Арахна - Евгения Владимировна Потапова

Еще один коридор. Заглянули. Боязно было оставлять дверь так. Поставили охранять Аню и Леху. Стали спускаться дальше. Тишина. Еще одна такая же дверь. Вертели, крутили и открыли. В глаза ударил свет от ламп дневного света, а в уши гул от станков. В огромном помещении стояли какие-то станки. Работали люди в рабочей спецовке. Вова попытался сделать шаг в помещение, я схватила его за куртку.

— Тут, что-то не так, — прошептала я. — Столько лет люди под землей просидели и не вымерли? Не ходи пока, давай подождем.

— Чего? — удивился он.

— Того. Грохот такой стоит, а мы спокойно перешептываемся. Так должно быть?

— Нет.

Мы продолжали топтаться около двери. В какой-то момент пошла рябь по воздуху, словно по воде. Картинка с цехом исчезла, и появилась часовня монастырская. Какая-то женщина, по всей видимости, монашка, молилась на коленях пред образами. Честно говоря, мы обалдели.

— Это что за фигня, — прошептал Макс.

Женщина вздрогнула, повернула голову к нам. Ей было чуть больше сорока. Волосы были убраны под платок, на груди висел массивный крест. Она перекрестилась, встала, снова перекрестилась, поклонилась образам и повернулась к нам. Женщина практически дошла до нас, остановилась в паре метров.

— Отец прислал? — спросила она.

— Какой отец? — переспросил Вова.

— Мой, я Ляля, которая с Бригом, — она откуда-то вытащила потрепанную, но еще яркую заячью лапку.

— Ну, да, — кивнул Слава.

— Пусть больше не ищет, я не вернусь. Мне тут хорошо, в этом состоянии, в этом времени, в этом монастыре. Скажите, что я погибла, — она кинула Славе лапку, — Я вела дневник, спрятала его в доме в подполе, там же рюкзак лежит мой. Мы ходили налегке.

— А где этот твой, ваш Бриг в колготках? — поинтересовался Макс.

— Не знаю, он шагнул в цех, а я в монастырь, — пожала она плечами, — Папа все же послал за мной, искал, только мне теперь уже ничего мирского не надо. Уходите, скоро двери закроются, — она перекрестила нас, — С Богом ребятушки. Прощайте.

За спиной заскрипела дверь.

— Бежим, — скомандовал Вовка.

Мы рванули по темному коридору. Позади захлопнулась дверь, завертелось колесо замка, щелк, щелк. Тишина.

— Быстрей, шевелите костями, мы ее не удержим, — кричала впереди Аня.

Успели. Макс был последний, кое-как протиснулся в щель закрывающейся двери. Щелк, щелк, прокручивалось само колесо замка, налево, направо, снова налево. Дверь прямо на глазах покрывалась мхом и ржавчиной.

— Валим быстрей, вдруг тут и ворота такие же волшебные.

Добежали, выскочили на воздух. Пытались отдышаться. Кругом ночь, звезды на небе. Где-то завыл то ли волк, то ли собака. Воздух шел волнами. Стрекотали сверчки и противно зудели комары с мошкой.

— Прошло ведь минут двадцать? Почему ночь? — спросил Леха.

— Молись, чтобы мы в своем времени оказались, — усмехнулся Вова.

— Оба на, — произнес Макс, разглядывая подземный цех.

Мы повернулись, пред нами красовалась дыра затопленного бункера с битым стеклом и кирпичами. Ворот не было, даже петли были срезаны.

Глава 52

Надо выбираться

Мы постояли несколько минут, разглядывая заросли и обвалившееся строение. На небе луна освещала разрушенные здания и сорную траву по пояс.

— Чего стоять, пялиться, валим отсюда, — сказал Вова, включив фонарик.

— В деревню? — спросил Слава.

— Да, туда. А куда еще прикажешь? Не идти же в эти чертовы катакомбы или в центральное здание. Там ни дверей, ни окон, мало ли какие твари там обитают в ночное время.

— Надо своих вызывать и выбираться из этой аномалии пока еще живы и целы, — сказал Леха.

В кустах кто-то тяжело задышал, захрипел, резко завоняло псиной. На противоположной стороне тоже послышались хрипы и тяжелое дыхание.

— Твою ж налево, кажись нас окружают. Бежим, — просипел Вова.

Мы рванули в предполагаемую сторону выхода. Однако через несколько метров уперлись в полуразваленный бетонный забор. Сзади продолжали тяжело дышать и хрипеть, в темноте горели красным фосфором чьи-то глаза.

— Назад, в темноте сложно сориентироваться, — произнес Вова.

— Пахнет зверем, — ответила Аня и повела носом.

— Не ты одна это учуяла, — усмехнулся Славик.

Она преобразилась, но скорее всего в темноте никто этого не заметил. Женщина немного постояла, прикрыв глаза, принюхиваясь к воздуху.

— Выход там, — сказала она и ринулась в самые заросли.

Мы побежали за ней. Кто-то рванул за нами и несся параллельно нас в кустах. Они ждали подходящего момента, может, быть даже окружали. Не понятно было сколько этих тварей в зарослях.

— Главное не останавливаться, — произнес Слава.

Парни еле поспевали за крупной Аней. Она легко перепрыгивала через невысокие кусты, и точно знала, куда ставить ногу, чтобы не напороться на какую-нибудь железяку и не свернуть шею на каменных развалинах. Мне было легко следовать за ней, и я чуяла, что эти твари меня не тронут, им страшно, они просто за нами следят. Ждут, когда кто-то из людей допустит ошибку, и вот тогда, тогда они нападут всей стаей.

Добрались до деревни. Домов вроде столько же, везде темно. Только в крайней хате горит свет, как раз там, где жили местные парни.

— Давай к ним, — скомандовал Слава.

— Может, до нашего пристанища добежим? — спросила я.

— Не факт, что там нас не ждут. Эти твари умеют выживать, а мы лакомая добыча. Нас на несколько дней хватит, — ответил он.

Быстро перемахнули через низкий забор. Странно, кругом стаи голодных собак бродит, а у них штакетник низкий. Постучали в дверь. Нам долго не открывали, снова стали стучать и ломиться. Совсем рядом завыли собаки. Дверь заскрипела и отворилась. В проеме стоял Иван с ружьем наперевес.

— Вы кто такие? Чего надо? Ночь на дворе, нормальные люди в такое время не шатаются, — начал он кричать, — А ну пошли вон отсюда, иначе буду отстреливать, как собак бездомных.

— Вань, это же мы, туристы, наши девчонки еще ваши ружья притопили, — опешил Вова.

— Никто наши ружья не топил, и туристов никаких у нас уже две недели не было. Пошли вон, — мотал он туда-сюда ружьем.

— Ванек, кого там нелегкая принесла? — спросил у него Василий, и выглянул через его плечо. — О, ребята, живые. А мы думали, вы к живоглотам в подвал попали, или вас дикие собаки порвали.

— Васька, ну кто тебя просил высовываться, — зло ответил Ваня, а потом начал громко хохотать, — Вы бы видели свои рожи.

— Не смешно, — ответил Вова.

Наши ребята облегченно вздохнули.

— Да ладно тебе, надо же как-то компенсировать потерянное оружие. Хоть моральное удовлетворение получить, если с материальным туго. Заходь, сейчас чайку попьем, али чего покрепче соорудим, — он подмигнул, — У нас вон и магнитофон