Любовь всемогущая - Донна Грант

Движения обоих были яростными и нетерпеливыми. Брок и Соня словно сгорали от желания отыскать любовь, которую оба они втайне друг от друга прятали в самой глубине сердца. Не в их власти было выразить ее словами, но тела их говорили без слов, и скоро волна наслаждения, захлестнув их, подняла обоих к вершинам экстаза.

Потом они долго еще лежали молча, прислушиваясь к тому, как бешено бились в унисон их сердца, не находя в себе ни сил, ни желания разомкнуть объятия. Прижавшись к Броку, Соня потянулась, словно сытая кошечка.

— Я… я потерял голову, — немного отдышавшись, пробормотал Брок.

— Мне понравилось, — довольно промурлыкала она.

— Соня…

— Брок! — нетерпеливо перебила она. — Ты не сделал мне больно — ни разу! Если честно, я никогда в жизни не чувствовала себя лучше, чем сейчас.

Он только молча вздохнул. Соня знала, что Брок ей не поверил — ведь она была смертной. Вот упрямец! Ничего, придет время, и она убедит его, что это не так. И хорошо бы, чтобы это случилось поскорее, потому что ей нравится, как он теряет голову, когда они занимаются любовью.

Улыбнувшись, Соня крепче прижалась к нему. Теперь она принадлежала ему душой и телом.

Сложив крылья, Брок мягко приземлился у входа в пещеру, усмирил своего бога и подошел к еще тлевшему костру, возле которого спала Соня. Уже понемногу светало, но ему страшно не хотелось ее будить. День выдался долгий, и Соне нужно было отдохнуть. Подбросив в костер принесенные поленья, Брок слегка поворошил угли, чтобы огонь разгорелся поярче.

— Доброе утро! — Соня, открыв заспанные глаза, сладко зевнула.

Брок улыбнулся — ему до сих пор не верилось, что он овладел ею… потерял голову и овладел ею снова. И ей это понравилось. При одной мысли об этом Броку захотелось раздвинуть ей ноги и снова заняться любовью.

— Доброе утро, — пробормотал он.

— Где ты был? — Вскочив, Соня провела рукой по спутанным волосам.

— Ну, я тут подумал… Я ведь порвал твое платье, значит, тебе нужно новое, — смущенно промямлил Брок.

Соня рассмеялась — словно теплая волна мягко толкнула Брока в грудь.

— Да уж… иначе пришлось бы расхаживать голой.

— Ну, я бы не возражал.

— Еще бы ты возражал! — Соня игриво провела языком по губам.

— А заодно прихватил немного еды.

— Здорово! — обрадовалась Соня. — Умираю от голода.

Развернув один из свертков, Брок протянул ей новую шемизетку и платье густо-алого цвета.

— Ооо… — восхищенно выдохнула Соня.

Брок страшно переживал, что платье ей не понравится, но, увидев на ее лице восторг, догадался, что выбрал именно то, что нужно.

— У меня никогда не было такого потрясающего платья, — прошептала Соня, осторожно погладив мягкую ткань.

— Примерь.

Дважды просить не пришлось — вскочив на ноги, Соня схватила шемизетку, потерлась щекой о тонкую, словно паутинка, ткань, блаженно зажмурилась и только после этого благоговейно натянула ее на себя. Шемизетка беззвучно окутала ее тело, словно облачко белого тумана. Оправив ее, Соня поспешно натянула чулки и стала надевать платье.

Брок глаз не мог от нее отвести. Наконец юбки с легким шорохом упали к ее ногам, и Соня повернулась к нему.

— Потрясающе! — пробормотал он.

— Жаль, что я не могу сама на себя посмотреть.

— Можешь поверить мне на слово, ты выглядишь изумительно.

— Спасибо, Брок. За все.

Брок слегка кивнул, пытаясь проглотить застрявший в горле комок. Ни разу в жизни он не покупал женщине платье и был поражен, когда вдруг поймал себя на мысли, что с этого дня хочет сам выбирать, что она будет носить. Он купит ей все — платья, драгоценности, ленты, — все, что она захочет.

— Хлеб и сыр! — обрадовалась Соня, развернув второй сверток. — С ума сойти… Брок, как тебе это удалось?

— Были бы деньги, остальное несложно. — Он пожал плечами.

— Глядя на тебя, можно подумать, что ты просто купаешься в деньгах, — рассмеялась она.

— В сущности, так и есть, — невозмутимо произнес Брок. Взяв протянутый Соней ломоть хлеба с сыром, он жадно сунул его в рот. — За эти годы я накопил кучу денег. Устроил несколько тайников в разных частях Шотландии. На всякий случай — вдруг когда-нибудь понадобятся.

— Неужели ты не боишься, что кто-нибудь их найдет?

— Вряд ли. Разве что у него будут крылья.