Когда приходит шторм - Карина Шнелль

Похоже, Рейчел догадалась, что была излишне категоричной. Счастливая! Она еще ни разу в жизни не испытывала любовных мук. Обычно плакали другие – те, кого она оставляла.

– Давай начистоту, Марли, – сказала она. – Допустим, Джек не чувствует того же, что и ты. С трудом могу представить себе подобное. Вы были так счастливы вместе – это невозможно сымитировать. Я не могу поставить себя на место Джека, но, полагаю, вам следует еще раз все обсудить. Дай ему шанс объясниться.

– Я так и сделала! Спросила напрямую, насколько он ценит то, что есть между нами… в смысле было… Я теперь и сама не знаю…

– И?

– И ничего. Я дала ему шанс объясниться, а он его проворонил. Клялся, что не спал больше ни с кем, пока мы встречались. Однако этого недостаточно! Я имею в виду, если Джек не представляет себе будущего со мной, что я тут вообще делаю? Ведь маму я в городе не нашла…

Очередной шрам. И новая уязвимость.

– Окей. Теперь помедленнее. У тебя есть планы, непосредственно с Джеком не связанные. Тебе нравится работать в ветклинике, нравится в Сент-Эндрюсе; в конце концов, ты уже подыскивала университет поблизости.

– Да, это верно, – робко произнесла я и высморкалась.

– В таком случае вот тебе такой вариант: я приеду в августе, как запланировано, и мы с тобой покажем Джеку, что он упустил. Подыщем квартиру и ударимся во все тяжкие!

– Следовательно, ты полагаешь, что я, несмотря ни на что, останусь здесь?

И буду постоянно встречать его на улице, снова бередить раны?

– Разумеется! В топку этого парня. Твоя жизнь. Твое будущее. Ты не позволишь никому его разрушить.

Я по-прежнему относилась ко всему скептически, однако пришлось признать: я была бы рада показать Рейчел свою новую жизнь, сводить ее в ветклинику доктора Сью, познакомить с новыми друзьями… и, само собой, с Джеком.

Снова сглотнула и вытерла носовым платком опухшие глаза.

– Ну хорошо. Завтра официально начинается моя последняя неделя в Сент-Эндрюсе. Еще есть время подумать, стоит ли здесь оставаться после всего. Возможно, ненадолго съезжу домой, собрать вещи и навестить бабушку с дедушкой. А потом приму решение.

– Умная девочка! – в восторге выкрикнула Рейчел. – Кто знает, вдруг уже завтра утром Джек явится к тебе с букетом роз и будет на коленях просить прощения?

В этом я сильно сомневалась – розы абсолютно не в его стиле, – однако надежда теплилась. Я вспомнила его оскорбленный вид, за миг до того как отвернулась и ушла. На сердце стало тяжело. Наш разговор повернул не в ту сторону. Я хотела сказать намного больше и потребовать ответов. Но не смогла совладать с эмоциями и наговорила много всего, в чем теперь раскаивалась. К тому же все произошло очень быстро; я сбежала, поддавшись непреодолимому инстинкту, так хорошо мне знакомому.

Мы еще немного поболтали. Рейчел несколько приободрила меня и попрощалась, чтобы успеть поспать. Я поблагодарила подругу и извинилась, что разбудила ее.

– Ты самая лучшая, Рейч.

– Всегда к твоим услугам. В любое время дня и ночи. Неважно, сколько километров нас разделяют.

Как бы я хотела сейчас ее обнять! И, закончив разговор, просто крепко обхватила руками сама себя и уснула, совершенно обессиленная.

34. Марли

На следующее утро я приплелась на работу с трудом. С одной стороны, была надежда, что Джек забежит в клинику, с другой – новая встреча страшила. Я уже не знала, чему верить. И как вести себя с Джеком. Нерешительность поедала изнутри; опять казалось, я нахожусь в свободном падении.

Не хотела давать Джеку слишком много власти над собой и в то же время ничего не могла поделать с тупой болью в груди. Очевидно, чувства к нему слишком глубоки, чтобы просто взять и преодолеть их. В довершение всего мне совсем не хотелось их преодолевать! Я не хотела вычеркивать Джека из своей жизни – наоборот, хотела провести ее с ним! Вот только понятия не имела, возможно ли это вообще после случившегося.

Мысли вращались по замкнутому кругу. Я была благодарна своему телу, за то что оно вопреки всему функционировало и делало рутинную работу. Я ассистировала доктору Сью, выполняла обязанности администратора, шутила с владельцами наших пациентов и обедала с Фионой. Конечно, обвести вокруг пальца Фиону я не смогла. Она сразу заподозрила неладное.

Когда мы, как и в первый совместный перерыв на обед, уселись на террасе ресторана «Гейблз», коллега принялась разглядывать меня в упор. Я отвернулась и начала рассматривать бухту. В воде отражалось полуденное солнце; белоголовый орлан кружил над вершинами елей. Легкий бриз ерошил мои волосы, аромат жареной рыбы смешивался с запахом морской соли. Как обычно, здесь царила идиллия. Я тяжело вздохнула, в очередной раз подумав, насколько Сент-Эндрюс покорил мое сердце, и неохотно повернулась к Фионе. Нельзя вечно откладывать разговор.

Она подняла бровь.

– Ну и?.. Как вчера все прошло? Ты ему сказала? Обещала же написать мне!

Я вспомнила вечер пятницы. Тогда мы с Фионой сидели на пляжном коврике и обсуждали мои планы на будущее. Она упирала на то, что я должна сообщить Джеку о своем решении остаться. Я пообещала сделать это в воскресенье, после ужина у родителей. Вот только до признаний очередь не дошла.

Мысленно вернувшись к тому безмятежному вечеру на пляже, когда казалось, что нет ничего невозможного, вдруг подумала – ведь тот эпизод принадлежит к прошлой жизни! Словно воспоминания другого человека. Некоей Марли, слишком легковерной, слишком оптимистичной, слишком… влюбленной. Я воспарила в небо на крыльях мечты, а затем снова грохнулась на землю, в реальность.

Внутренне собралась и посмотрела Фионе в глаза.

– Я не сказала ему.

– Как? Почему?

Я только покачала головой, не в настроении еще раз переживать нашу ссору.

– Мы поссорились. До серьезного разговора дело не дошло. Теперь я вообще не знаю, хочу ли остаться.

У Фионы от изумления упала челюсть. Похоже, она искала нужные слова, однако лишь открывала и закрывала рот, как выброшенная на сушу рыба. Не будь я настолько подавлена, наверняка рассмеялась бы.

– Но…

– Джек оказался тем еще бабником, – пояснила я. – Даже его семья в курсе развлечений с туристками. Почему ты меня не предупредила сразу? Ведь сама нас сосватала!

Фиона ошеломленно вытаращила глаза, а затем всплеснула руками.

– Боже, Марли, что случилось?

– Ничего. Я всего лишь узнала, что Джек, в отличие от меня, не воспринимает наши отношения всерьез.

Фиона опять уронила руки на колени.

– Марли… я… я и правда не думала, что прошлое Джека имеет какое-то значение. Дело не обстоит так, будто я хотела это утаить от тебя. Поверь, с тобой у него было все иначе. Между вами с самого начала возникло притяжение. У Джека просто крышу снесло! Сейчас он, несомненно, по тебе с ума сходит. У вас произошло явное недоразумение!

Я отмахнулась.

– Буду очень признательна, если мы прекратим этот разговор. Такой прекрасный день жаль портить.

– А как же твоя работа? Как же планы на будущее? Как же… как же мы?

Я пожала плечами.

– Постараюсь выпутаться. Но в данный момент чувствую себя немного потерянной.

Судя по виду Фионы, она встревожилась не на шутку.

– Ничего страшного, – поспешно добавила я. – Заблаговременно сообщу свое решение тебе и Сью.

– Марли, я не это имею в виду. Замену мы, конечно, найдем, но… мы не хотим! Ты должна остаться! Ведь ты все спланировала! Еще в пятницу была настолько…

Я прервала ее движением руки.

– Пожалуйста. Действительно не хочу сейчас об этом говорить. И без того… – Я прижала руку к груди, к тому месту, где находилось сердце. – И без того очень тяжело.

Фиона закрыла рот, сочувственно посмотрела на меня и положила свою ладонь на мою. Я ощутила невероятную благодарность – за то, что она с уважением отнеслась к моей просьбе.

– Ладно. Не буду подгонять. Но если захочешь выговориться, я всегда рядом.

Я кивнула и резко сглотнула слюну – глаза предательски защипало. Фиона оглядела меня и прикусила губу, словно удерживая себя от продолжения темы. Затем сжала мою руку и жестом подозвала