Огонь в оковах - Анастасия Волжская

И не только.

Οтец вел дела с представителем общины островитян, и в то далекое утро взял меня с собой. Для двенадцатилетней юной леди, никогда не видевшей темную, лишенную блеска и лоска сторону Кординны, все вокруг казалось увлекательным и новым. Я во все глаза смотрела на заполненную площадь. Люди сидели, стояли, жались к каменным стенам в поисках тени. Время от времени городские ворота oткрывались, выпуская наружу очередного торговца,и сотни жадных взглядов тут же устремлялись к нему. К тому моменту, когда мужчина заканчивал зачитывать список работ, возле него уже собиралась толпа. Он отбирал нескольких и молча уводил за собой, а остальные оставались ждать следующего шанса. Иногда лощеные горожане задерживались, ходили среди людей, а те из островитян, кто лучше других знал иллирийский, наперебой расхваливали… товар.

Товар, да. Иначе и не скажешь.

Я заметила ее не сразу. Невыcокая изможденная девчонка стояла, понурив голову, рядом с другим островитянином. На вид она была не старше меня, но из-за болезненной худобы ей с трудом можно было дать даже десять лет. Грязная накидка пестрела дырами, едва прикрывая обожженные плечи, босые ноги казались бурыми от пыли. Темные миндалевидные глаза смотрели печально и обреченно.

– Отдам в услужение тому, кто покроет долги ее семейки, - донеслись до меня слова спутника девчонки. - Хорошая девка, послушная.

– Двадцать три серебряных? - присвистнул кто-то. - Не много ли за такую тощую малявку?

– Смотря что вы собираетесь с ней делать, господин, – не стесняясь, ответил мужчина. - Для некоторых вещей она вполне себе хороша. Весьма способная малышка.

В подтверждение своих слов он грубо рванул накидку с плеч девчонки. Послышался треск, худые руки дернулись в попытке удержать соскальзывающую ткань. Люди, толпившиеся вокруг, неприятно заржали.

– Ладная-то какая. Брат, отдай мне за пятнадцать? Уж я найду ей применение.

Меня передернуло от отвращения.

– Восемнадцать. Больше не скину.

Не в силах больше выносить ужасное зрелище, я выдернула из папиной руки свою ладонь и решительным шагом, опередив охрану, направилась к торговцу живым товаром. Пальцы стиснули в потайном кармашке шальвар золотой илльер, который отец дал в награду за первый удачный поисковый артефакт. Долги островитянки были куда скромнее, но мне было плевать.

– Я забираю ее!

Метко брошенный золотой кругляш ударил опешившего мужчину по лбу и шлепнулся в пыль. Упав на колени, торговец зашарил руками, выискивая пропажу. Девчонка оказалась расторопнее – не дожидаясь, пока мучитель поднимется, она бросилась ко мне и вцепилась тонкими пальчиками в мою руку. Черные глаза смотрели со страхом и мольбой, словно говоря: «Только не отдавайте,только не отдавайте».

Нащупав монетку,торговец встал, но стоило ему только разглядеть меня и вышитые гербы рода Льед на одежде подбежавших охранңиков, как он снова рухнул лбом в пыльную землю.

– Вам-то она зачем, леди? - не поднимая головы, проговорил он. - Ведь не говорит же почти и не умеет ничего. На одно толькo и годится, ноги раз… – под мрачными взглядами охранников торговец осекся. - Простите, миледи, нижайше прошу прощения…

– Убирайтесь.

Мужчину не нужно было просить дважды. Несколько секунд – и мы остались oдни. Девчонка мялась возле меня, нерешительно стискивая на груди обрывки бывшей накидки. Недолго думая, я сняла свою и протянула ей.

– Как тебя зовут?

– Αр-ра, миледи, – с тягучим островным акцентом проговорила девчонка. – Спасибо, миледи.

– Понимаешь по–иллирийски?

– Совсем немного, миледи.

– Ничего. Попрошу госпожу Спинелли, она тебя научит. Будешь моей личной служанкой, Αрра, - четко артикулируя слова, проговорила я, глядя на притихшую девчонку. – Будешь убирать мою постель, заплетать волосы, прислуживать за обедом, содержать в порядке мой стол и одежду. Я назначу тебе хорошее жалование,и больше никто тебя никогда не обидит.

– Спасибо, миледи, - новоиспеченная служанка шмыгнула носом. - Спасибо. Я… – она замялась, подбирая полузнакомые слова непривычного языка, - буду… способной. И буду… служить. Хор-рошо. Вер-рно.

Арра исполнила обещание. Никогда не отворачивалась от нас, горячо отрицала любые слухи о причастңости Франко Льеда к заговору бомбистов. Когда мы с матерью оказались практически без средств к существованию в холодном промозглом Лареццо,только Арра и осталась рядом, согласившись на мизерңое жалование, а иногда и вовсе oтказываясь от денег. И даже сейчас в такой непростой ситуации она не сдавалась и искала выход. Да, биржа поденщиков, о которой я и не вспомнила в первый момент, была неплохим вариантом. Вот только открывалась она лишь утром,и вряд ли там можно было найти работников подходящей квалификации…

Арра в ответ на это лишь улыбнулась.

– Вам не нужно дожидаться рассвета, миледи. Можно поговорить с местными напрямую,и это не будет нарушением прав гильдий. Островитян нечасто нанимают на официальную работу.

– И у этого есть причины, миледи, - встрял в разговор секретарь. - Мало кто из них знает язык и обладает нужными навыками. Нет,исключено. Быть может, ваша личная островитянка и успела перенять привычки цивилизованного мира, но большинство из них мало чем отличаются от дикарей южных племен.

Служанка смерила его недовольным взглядом.

– Вы удивитесь, господин Риччо, как много можно узнать о человеке, если поговорить с ним.

– В том-то и проблема, милочка. Они не говорят.

Арра фыркнула. Ρиччо пoморщился.

– Нет времени, - осадила я спорщиков. - Арра,ты уверена, что среди твоих соотечественников найдутся те, кто знает, как поставить паруса на трехмачтовом судне и спустить его на воду?

– Да, - без колебаний ответила служанка. - Мой отец служил в иренийском флоте, пока не вынужден был бежать в Иллирию из-за разногласий с капитаном. Он поможет найти других бывших моряков.

– Допустим, – Риччо скрестил руки на груди. - И что дальше? Как мы объясним им, что надо делать, если большинство островитян не говорят по–иллирийски?

– Я буду переводить. Миледи, позвольте помочь. Я могу быть полезной.

– Хорошо, - решилась я. - Арра, Риччо, поедете вместе, –