Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать - Катерина Александровна Цвик

Только если Шаболданская думала, что на этом для них с дочерью все закончилось, то глубоко ошиблась. Смерть пришла, но унесла все самое светлое, чистое и прекрасное, что было у юной рыженькой ведьмочки, оставив вместо нее Черную даму, которая вознамерилась во что бы то ни стало отомстить за предательство и смерть.

— Они хотели меня изгнать, спалили мои останки и развеяли над рекой. Но я привязала свою душу не к ним, а к самой лаборатории. Только после ее уничтожения я смогу освободиться. Но это неважно. Важна месть, но это сложно сделать, находясь в этих стенах. Шаболданская нашла магический способ удерживать меня здесь и не пускать наверх… Но это продлилось недолго. Мироздание дало мне маленький шанс, когда адепты, балуясь и призывая несуществующих духов, создали нелепую, но действенную пентаграмму, которая помогала мне ненадолго покидать мою тюрьму. Чего только Шаболданская ни делала, чтобы ее изъять, — в бесстрастном голосе призрака я расслышала иронию. — Но пентаграмма все равно продолжала переходить из рук в руки. Я искала того, кому могу довериться, а она в это время сумела наложить на мой дух оковы, из-за которых я не могла говорить с магами, людьми и нечистью. Осталась лишь одна лазейка — ведьмы, которые попадали в академию только в качестве жертв. Она думала, что перекрыла мне все возможности. Спокойно продолжала свои безжалостные эксперименты, третировала нечисть, опасаясь, что они смогут что-то случайно увидеть и узнать, пыталась договориться с лесовиком и… убивала ведьм. Они вместе убивали.

Посмотри, как Ландерия на тебя смотрит…

Я сфокусировала взгляд на старушке, и по спине пробежала холодная капелька пота. Было в глазах секретарши что-то безумное. Она смотрела на меня не как на человека, а как на вкуснейший десерт, от которого не терпелось откусить кусок побольше.

— Я надеялась, что ты с ними не встретишься и успеешь рассказать все своему дракону. Надеялась…

Женщины тем временем доставали какие-то ингредиенты, общались на бытовые темы и не обращали на меня внимания. Будто меня и нет совсем, будто я уже и не живая…

Осознание этого подняло в душе волну протеста и… паники, успокоить которую удалось с большим трудом. Так не должно быть! Я же ведьма! Я обязана что-то придумать!

Но все, что я могла, — это шевелить глазами, слушать их разговоры и наблюдать за приготовлениями какого-то зелья. А еще взгляд периодически прикипал к двум большим, соединенным в одном месте пентаграммам, вычерченным на полу в другой части помещения. Я не сильна в рунология, но узнала многократно повторявшиеся руны крови, силы и связи с нижним миром. А это ох как нехорошо.

— Ты уже нашла способ снять с нас проклятие бесплодия? — зацепилась я за вопрос седовласой.

— Нет, посмертные проклятия ведьм — та еще мерзость, как и они сами, но я работаю над этим. Пока не верну себе молодость, это не так и важно, а для этого нужно будет отыскать еще один Желудь жизни и ведьму, которую не будут искать. К тому же после сегодняшнего ритуала проклятие может исчезнуть само. Отличный получится эксперимент!

— Не говори так. Я чувствую себя подопытным кроликом.

— Не хочешь — я сама рискну и заменю тебя сегодня. Мне, знаешь ли, тоже хочется, омолодиться и в разы увеличить свой магический резерв.

— Нет! — тут же истерично выкрикнула седовласая. — Лучше я. Вдруг что-то пойдет не так? Ты хотя бы сможешь мне помочь, а у меня нет магических сил, и, в случае чего, я тебе помочь не смогу. Но когда я омоложусь и получу магию, все будет иначе.

— Га-а-адины… — прошипел дух в моей голове. — Правильно сделала та ведьма, что прокляла весь род Шаболданской по женской линии. Такие твари не должны размножаться. Жаль, что я сама этого не видела. Но это случилось еще до моей гибели. Они часто ругались по этому поводу здесь, пока готовили свои эксперименты…

Картинка перед глазами снова поплыла, и я увидела Шаболданскую с дочерью. Они выглядели моложе и были одеты в другие наряды, но точно также что-то готовили на столе для эксперимента.

— Я хочу родить ребенка! Когда ты наконец снимешь это чертово проклятие?! — со злостью измельчая какую-то траву вопросила Ландерия.

— Я же сказала, что работаю над этим, — Шаболданская раздраженно стукнула пестиком о края керамической ступки, которую только что взяла в руки. — Скажи спасибо своему папаше!

— Если бы ты не решила убить его ведьму, все бы было хорошо, и она не наложила бы на наш род проклятие.

— Еще скажи, что я должна была ее понять и простить, — зло хмыкнула женщина. — Он бросил нас, чтобы быть с ней! Такое не прощают! Ненавижу этих тварей!

— Как же так получилось, что я у тебя родилась ведьмой?

— Ландерия, прекрати… — с угрозой в голосе произнесла Шаболданская. — Лучше скажи спасибо своему папочке, который и тут умудрился подгадить.

— Ты лишила меня этой возможности, — хмыкнула Ландерия.

— Если бы он не полез спасать из горящего дома свою мать, то остался бы жив.

— Ну-ну. Если бы ты не решила отомстить ей за то, что она оказалась ведьмой, то…

— Ландерия… — с угрозой произнесла Шаболданская и пристально посмотрела на дочь.

Кадр мигнул, и я осознала, что перед глазами снова картинка настоящего. Подобные переходы со столь реалистичными изображениями, возникающими прямо в голове, могут свести с ума. Но сейчас эта чехарда отвлекала от мыслей о собственной вероятной гибели от рук этих демониц. По-другому теперь я их назвать не могла.

Тем временем приготовления к созданию зелья окончились. Шаболданская подошла к закипевшему на огне котлу и начала по очереди высыпать в него ингредиенты. А когда из него повалил черно-сиреневый дым, с удовлетворенно вздохнула.

Прямо не магичка, а черная ведьма какая-то. Конечно, зелья умеют варить и маги, но именно ведьминские всегда имеют большую силу и эффективность из-за ведьминской силы, которую мы вливаем в него. К тому же мы не зря стараемся лично собирать ингредиенты для своих зелий — ведьмы интуитивно чувствуют и знают, когда это лучше делать, и даже могут насыщать их своей силой. Вообще, мы много что можем сделать с ингредиентами еще на стадии их приготовления, но знать об этом магам совсем не обязательно.

— А дальше настает время для Желудя жизни… —