Смерть ей к лицу - Ани Марика

– Ты усыпляешь дракона!

Осознав подлость родственника, вскочил. Картус тоже встал и перехватил за предплечье.

– Не сопротивляйся, Хозер, я хочу помочь тебе. Ты ведь поэтому вернулся? Не хотел принимать такую истинную. А ипостась не даст тебе самому разрушить связь! Мы усыпим его, и жрецы аннулируют брак.

– Ты убьёшь моего зверя! – рявкнул, отталкивая брата.

– Не драматизируй! Побудет немного в спящем режиме. А когда человечка умрёт естественной смертью, выпустишь дракона. Потоскует и забудет. Вы же не закрепили ещё брак. Привязка не полная, – Картус уговаривал меня, но я практически его не слушал. Боролся с сущностью.

Дракон грубо перехватил контроль над телом и, совершив оборот, послал струю огня на всех, кто решил запечатать его насильно. Он поджег весь замок и, разломав тушей окно, вылетел на свободу. С громким рёвом зверь полетел на соседний остров. Там, где билось сердце его истинной.

Мы залетели в поселение и закружились над кособоким домиком у озера. Торвика… А точнее Вика, стояла в окружении двадцатки мужчин и размазывала кровь на рабской метке. Заревел, привлекая внимание. Она опять окружает себя рабами! И Элор не мешает ей! Бесов наёмник! Я подавлял ипостась, разрывая сознание противоречивыми чувствами.

Элор закрыл собой женщину, а та испуганно прижалась к его спине. Обнимала за торс и смотрела на меня, дразня нутро ещё и ревностью. Дракон снизился. С рыком перехватил Элора и вышвырнул наёмника в сторону. Вика испуганно вскрикнула и, попятившись, уселась на ступеньку крыльца. Рабы сами отошли, открывая больше места. Приземлился рядом, ломая тушей деревья, забор и часть дома. Зверь приблизился вплотную и, урча, положил голову на ноги пары.

– Бисквитик мой, ты цела? – раздался насмешливый незнакомый голос где-то сбоку. С ревностным рыком повернул морду, желая испепелить нарушителя.

– Цела. Просто сбежавший муж явился, – с нервным смешком ответила Вика и провела тёплой ладонью по носу.

Я долго смотрел в знакомое и незнакомое лицо. Удивительно то, что не видел больше в ней Торвику. Зелёные, словно два изумруда, глаза светились радостью и нежностью. Её аура светилась тёплым жёлтым светом. И пахла она изумительно. Чем-то солнечным, воздушным, весенним. Как я не разглядел в ней то, что сейчас вижу через дракона?

Глава 33

Новоиспечённые мужья переложили всю ответственность на мои хрупкие плечи. Мол, хочешь встретиться с Хозером – препятствовать не будем. Я же решила поступить как страус. Хотя бы на время зарыть голову в песок. Нет, нужно, конечно, подтвердить наличие идентичной татуировки и выяснить, почему же он не остался со своей парой. Может быть, вправду не почувствовал. Вот Шаеган тоже не сразу распознал эту истинность. Только когда я помирать собралась на его руках, осознал, проникся и действовал молниеносно. Просто он плут тот ещё. Но встретиться с Хозером решила чуть позже. Поэтому с чистой совестью отложила эту «судьбоносную» встречу.

А вот проблема с императорами пока повисла в воздухе. Если Тамир явится сюда и будет требовать ответы под зельем правды, тогда уже и будем действовать. Очень надеюсь, не радикально.

Остаток дня пролетел очень быстро. До обеда мы с Азером и Арчи гуляли по цветущим лугам. Два хранителя рассказывали о жрецах, пророчестве и почему они передумали. В обед мужчин срочно вызвали в Всесвятилище. Мужчины обещали узнать всё и непременно рассказать, и укатили.

После обеда я провела время с Бъёрном. Мы прогуливались по деревне, знакомились с бытом поселенцев, и мужчина дотошно выспрашивал моё прошлое. Вроде как ненавязчиво, но очень его интересовало, чем я в прошлой жизни занималась. Оставила ли кого-то из любимых и дорогих сердцу существ. Честно ответила ему, не видела смысла скрывать. Ведь Элору открылась, и глупо утаивать прошлое от остальных. И нет, я не скучала по Земле, по Родине. Как и по близким. Скорее всего, и они по мне не скучают. Да и наши отношения разрушились задолго до моей смерти.

Ближе к вечеру нас отвлёк Шаеган. Я ещё за завтраком обмолвилась, что в мой домик нужно немного мебели. Он как раз уезжал в город по своим делам и спрашивал о списке. Быстро набросала необходимое и протянула последний оставшийся мешочек с деньгами.

– Обидеть меня хочешь, Круассанчик? – иронично выгнул бровь контрабандист и, развернувшись, удалился.

Закатила глаза и убрала деньги. С Волшебником ушёл и Фэрро. Вообще, эти двое как-то быстро спелись и сдружились.

Как-то незаметно целая неделя пролетела в спокойствии и бытовых хлопотах. Чтобы не быть обузой и не заниматься самоедством, я начала помогать женщинам. К готовке меня не подпустили, так как тут были свои повара. А вот мелкие задачки выполняла наравне со всеми, хоть Элор постоянно рычал и требовал прекратить это безобразие. Мол, я его жена и не обязана работать. Он вполне способен обеспечить мне безбедную и комфортную жизнь. Но в безделье накатывала хандра и разного рода дурные мысли. Да и дурацкие сны преследовали по ночам, и сомнения одолевали меня.

Каждое утро я просыпалась с одним из мужей. И под сладкими утренними поцелуями и обнимашками ночные кошмары отступали. Мужчины не торопили и двигали наши отношения медленно. Хоть их нетерпение, желание и ревность я чувствовала всеми фибрами души.

Каждый день они устраивали романтические свидания. Водили на прогулку, показывали достопримечательности и потихоньку знакомились со мной. Если ещё и был страх, что мужья будут напирать с закреплением брачных уз, то к концу недели я полностью расслабилась. Никто не давил, никто даже не заикался. Хотя нет, вру. Заикался. Волшебник, чтоб его! Этот контрабандист часто отлучался и приходил к ужину и, играя бровями, выспрашивал, не готова ли я даровать ему титул графа Внешнего мира? Сначала считала, он так шутит. А потом Бъёрн объяснил, что мой графский титул перейдёт и к остальным мужчинам, как только мы консумируем брак и сообщим о таком важном событии братьям Торвики. Странные законы. Ведь по своей земной жизни помнила, что титул