Сердце вне игры - Никки Лоусон

Мой ритуал после игры проходит как бы в тумане. Даю необходимые интервью для прессы, затем снимаю свое снаряжение и складываю все это в сумку. Приняв душ, натягиваю чистую футболку и джинсы, все время думая о Марго. Я быстро прощаюсь со своей командой и собираюсь выйти из раздевалки, когда Риз хмурится.

— Эй, Ноа, ты куда?

— Он сегодня никуда не пойдет, — отвечает за меня Тео. — У него «планы».

— Планы? — Риз встряхивает влажными светлыми волосами. — С кем?

— Это именно то, что я хочу знать!

— Неважно, — уклончиво парирую я. — У меня есть кое-что, что не могу перенести, хорошо?

— Ребята, отпустите его, — хмыкает Грант из-за угла, поднимая рубашку. Он бросает подавляющий взгляд на двух товарищей по команде, его темно-синие глаза заставляют их замолчать. — Он работал изо всех сил там, на льду. Ноа заслуживает того, чтобы расслабиться после игры, как сам этого хочет.

— Спасибо, чувак, — стреляю в него благодарным взглядом. — Ты прав.

— Ты понимаешь, что делаешь что-то не так, когда Грант встает на твою защиту, — говорит Тео. — Ты действительно хочешь, чтобы тебя объединили с Грантом Ворчуном? — он смотрит на нашего вратаря. — Без обид.

Грант фыркает и снова начинает стягивать рубашку через голову. Он явно не возражает против того, чтобы его называли неофициальным ворчуном команды. Грант — суровый, скованный человек, который ко всему относится слишком серьезно, и, похоже, ему это нравится. Мне, с другой стороны, не очень нравится идея получить репутацию, подобную той, что у Гранта, но это не значит, что одна ночь без собрания с парнями действительно сильно изменит динамику команды.

Кроме того, мы говорим о Марго. Я бы пропустил миллион ночей в баре, чтобы провести с ней хотя бы одну.

— Смотрите, — говорю я всему залу, поднимая руки вверх. — Я уже сказал Тео, что в следующий раз пойду с вами, ребята, и заплачу за все ваши напитки, клянусь. Только не сегодня.

Не дожидаясь, пока кто-нибудь пошлет меня, быстро выскальзываю из раздевалки и иду по коридорам к выходу. Когда иду к машине, получаю сообщение от Марго.

Марго: Еду домой, чтобы принять душ. Встретимся у тебя через час?

Я: Отлично.

Снова пишу ей, чтобы сообщить код доступа, который позволит войти в здание, так как швейцар не дежурит так поздно. Затем бегу в квартиру.

Следя за временем, я переодеваюсь в более красивую рубашку, расчесываю волосы и прибираюсь в квартире. Здесь не так уж и грязно, так как я стараюсь держать свое пространство более или менее чистым, но есть некоторые вещи, которые нужно убрать, и посуда, которую нужно вымыть.

Ровно через пятьдесят пять минут после того, как Марго написала, я открываю бутылку водки и нервно жду ее прибытия.

Две минуты спустя раздается тихий стук в дверь, и, клянусь Богом, мое сердце действительно замирает.

Я подхожу к двери и распахиваю ее. Марго с другой стороны, одетая в маленькое черное платье, которое идеально облегает ее формы. У нее сумка больше, чем я обычно видел, и мне интересно, взяла ли она с собой что-нибудь на ночь. Сердце колотится в груди, когда образ ее, лежащей в моей постели, заполняет разум. Черное платье, скомканное на полу, вместе с туфлями и трусиками…

Охуеть. Кажется, я только что узнал, как на самом деле выглядит рай.

— Привет, — шепчет она с улыбкой, которая почти сбивает меня с ног.

— Привет, — улыбаюсь ей, как идиот. — Я рад, что ты пришла. Как лифт? Все прошло хорошо?

Марго пожимает плечами и делает шаг вперед, и я отхожу в сторону, чтобы впустить ее.

— Он был медленным. Но не так, как было бы подниматься по лестнице.

Она пахнет моим любимым ароматом меда и ванили, и когда кладу руку ей на поясницу, чувствую тепло ее кожи сквозь платье.

— Ты хочешь чего-нибудь выпить? — предлагаю я, и тяну ее глубже внутрь квартиры. — «Манхэттен»?

— Да, звучит здорово.

Марго следует за мной на кухню, и я уверен, что она тайком рассматривает квартиру, пока я смешиваю напитки. Затем веду ее в гостиную, где окна от пола до потолка открывают вид на город и горы вдалеке.

Когда садимся на диван, понимаю, что мое сердце бешено колотится. Обычно я точно знаю, что сказать, но сейчас чувствую себя чертовым подростком, лишённым дара речи и неуклюжим. В моей квартире находится самая красивая женщина в мире, и какая-то часть меня, блять, не может поверить, что это реально.

Мы оба делаем глоток своих напитков, и Марго улыбается, ставя стакан, ее серые глаза мягки и светятся.

— Это была довольно напряженная игра, — говорит она. — Не могу поверить, что «Титаны» не забили ни одного гола.

— Иногда случаются такие чистые игры, — говорю ей, потирая ладонью затылок. — У «Титанов» в этом сезоне немного слабый оборонительный состав, так что это не является полной неожиданностью. Тем не менее, это хороший шанс для нас.

— Остальные ребята в баре? — спрашивает она, закусив губу. — Должно быть, они хотели отпраздновать победу.

— Да. Было нелегко отказаться, но я сказал им, что у меня есть важные планы.

Выражение легкого беспокойства пересекает ее лицо.

— Ты же не сказал им, что тусуешься со мной, верно?

— Нет, — быстро успокаиваю ее. — Не волнуйся. Знаю, что волнуешься о своей работе, и уважаю твои личные границы. Я бы никому ничего не сказал, не посоветовавшись сначала с тобой.

Тепло ее улыбки заставляет сердце расцветать, но еще сильнее меня поражает доверие в глазах Марго. Я много работал, чтобы завоевать это доверие, и буду продолжать работать, чтобы доказать, что достоин его. Что я стою того, чтобы она рискнула.

Открываю рот, собираясь завести еще какую-нибудь болтовню об игре, но, прежде чем успеваю начать болтать, как идиот, Марго поднимается на ноги. Она идет ко мне и в итоге заползает мне на колени, отчего у меня перехватывает дыхание. Платье задралось, когда она оседлала меня, Марго кладет руки мне на плечи, ее пальцы скользят по волосам, заставляя дрожать.

— Ноа? — шепчет