Развод по-драконьи - Екатерина Белова

Теофас шагнул вперед, почти вплотную ко мне и упал на колени, с силой забираясь ко мне под сорочку и покрывая поцелуями стопы, щиколотки, потом колени, скользя пальцами выше. Я совершенно окаменела. На мне даже белья не было, одна сорочка.

Несколько секунд я стояла, дрожа от всплеска эмоций и слыша только наше тяжелое дыхание, влажный звук поцелуев на коже.

Дверь распахнулась, и я с запозданием повернулась на звук, как кукла на шарнирах. В проеме стояла императрица с полной свитой, в которой я без всякого удивления обнаружили и свою сестру, и баронессу, и даже парочку своих верных фрейлин.

Дружное аханье сотрясло тишину.

— Что… Что здесь происходит? — выдавила графиня Клеви, самая старая и преданная фрейлина Ее бывшего Величества.

«А сама-то ты как думаешь»? — подумала я с раздражением.

Император шарится под юбкой низложенной супруги, не видно, что ли?

— Бант на туфельке развязался, — сказала с каменным лицом.

Двор так устроен, что даже пойманный на горячем ты обязан предоставить объяснение, пусть даже очень тупое. Вот как этот несуществующий бант. В конце концов, собравшиеся могут воочию лицезреть мои обнаженные ступни.

Теофас медленно поднялся, аккуратно поправив на мне платье и приобнял за талию.

— Я понимаю, что ты соскучилась по Эльене, мама, но дай нам побыть вдвоем.

Он как-то проказливо улыбнулся, что я сама, как и десяток вейр, залипла на его улыбку. Какая-то часть меня, все еще мертвая и ледяная автоматически отметила словно опущенную в воду баронессу и бледное лицо сестры. Гордо стоящая императрица кинула на меня один-единственный взгляд — ждущий, пугающий.

Куда только делись материнская доброта и ласка. Передо мной был хищник, знающий толк в кровавой охоте.

— Почему? — спросила шепотом, в никуда. — Почему?

Я старалась, соответствовала требованиям, была лучшей в учебе, этикете, танцах. Чем может вызвать ненависть такой старательный ребенок?

Теофас вдруг резко крутанул меня за руку и прижал к себе, так что я уперлась носом ему в грудь.

— Не бери в голову. Истинная связь не принесла счастья моей матери, и не принесла счастья нам с тобой. Она старалась полюбить тебя, но не смогла.

Так вот как это называется. Как говорила мама, до лампочки такую любовь, за это не убивают, а я еле выбралась из мясорубки.

Интересно, Теофас знает, что его мать пыталась меня убить? Поверит ли, если я скажу?

Я подняла взгляд на Тео и невольно отшатнулась. Очаровательная улыбка превратилась в жестокий оскал. Нет, у такого Тео я ничего не спрошу.

Он сжал мою талию чуть крепче, давая почувствовать, как легко причинить мне боль, а после, едва за последней вышедшей фрейлиной закрылась дверь, грубовато толкнул обратно в кресло.

— Я стоял на коленях, милая, договор выполнен, будь добра сдержать слово. А если нет…

— Если нет? —переспросила с интересом.

— Отправлю тебя обратно в Ленхард.

Я едва смехом не подавилась. С таким же успехом можно угрожать поварихе запереть ее на кухне, а кайранщика заставить всю жизнь кормить и вычесывать ездовых кайранов.

— Для этого тебе придется снова меня в чем-нибудь обвинить. Видишь ли, вчера наш договор был завершен, — подняла руку, на которой мерцали руны завершенного договора. — В любой момент я могу заставить тебя выплатить мне обещанное вознаграждение и дать титул, и уехать отсюда в любой момент.

Несколько секунд Теофас смотрел на меня нечитаемым взглядом.

— Хорошо, я выполню свою часть договора, — сказал он медленно. — А после казню Ранаша. Или Кантоша Раха. Предлагаю выбрать на свой вкус, раз уж они оба тебе нравятся.

Я ожидала нового всплеска ярости, но в груди был глухо, пощечина опустошила меня.

— Я помогу тебе с источником, — сказала устало. — А взамен ты прекратишь угрожать мне жизнью моих людей. Но я не могу обещать, что у меня получится, твоя… тьма слишком большая.

Теофас, давивший одним только присутствием, отступил, на этот раз я сама поймала его за рукав.

— Договор.

Намекающе покрутила запястьем. Теофас непонимающе взглянул на меня.

— До-го-вор, — произнесла я по слогам. — Я помогаю тебе с источником, а ты больше никогда не угрожаешь драконам и веям, принесшим мне кровную клятву.

— Моего слова недостаточно?

Видимо сегодня кто-то все-таки умрет. Либо я — от смеха, либо Теофас — от моей ярости, уже закручивающейся новой огненной спиралью в груди.

— Твое слово то дается, то отбирается, — напомнила холодно. — То я замужем, то не замужем, то вдруг опять. Можно подумать, я военный трофей, чтобы перекладывать меня с места на место.

Теофас криво усмехнулся и мягко сжал мою руку:

— Заключаю.

Дорогие читатели! Большое спасибо за ваши звезды, комментарии и награды! Это очень-очень приятно и мотивирует писать лучше ))

22. Опасный бал

Мы с Инес весь оставшийся день выбирали бальное платье, пока в обед не заявились знакомые горничные с готовым гарнитуром.

— Подарок Его Величества, — произнесла одна из них с благоговением.

Платье было явно не моего кроя. Я предпочитала газ, батист, виссон, кружево, воздушный фасон, мягко облегающий стан, и идущую облаком юбку. Присланное платье было из тяжкого плотного шелка, мягко вторящее моей фигуре с полузабытой накидкой из меха белой лисы. Когда-то Тео преподнес ее мне, как знак закрепления нашей связи.

Почему-то я думала, что он отдал ее баронессе. Или закинул в угол шкафа, а для баронессы выследил новую белоснежную лисицу, чтобы его милой не пришлось донашивать за бывшей.

— Камни, Ваше Высочество.

Горничные выложили из шкатулки бархатную подушку с невесомой диадемой, увенчанной россыпью королевских черных опалов, и идущие к ней в тон подвеску, серьги и браслеты.

Пока я раздумывала над прической, горничная ловко убрала волосы в сложную косу, перекладывая ее блестящей лентой с символикой клана Таш.

Перед выходом я долго-долго смотрела в зеркало.

Этот образ делал меня жесткой, земной, прохладной. В зеркале вместо нежной невесомой вейры отражалась юная женщина, знающая себе цену, цену своим улыбкам, жизненным испытаниям, древней драконьей крови.

Такой хотел меня видеть Теофас?

Что ж. Он меня сделал такой.

К выходу меня позвали, когда бал уже начался. В сопровождении нескольких рыцарей, горничных и двух спешно подобранных мне компаньонок, передо мной распахнули дверь в бальную залу.

— Ее Высочество, Эльене, принадлежащая клану Таш, — звучно провозгласил церемониймейстер.