Все время мира - Сара Пурпура

Мои подруги затихают. Бри отрицательно качает головой, и я киваю: я согласна, что это невозможно.

– С Дезом я, наоборот, распахнула настежь все двери. Я дала ему ключи, чтобы он мог открывать и закрывать их по его собственному желанию, и самое абсурдное: я знаю, что он воспользуется возможностью, только если это будет по-настоящему нужно мне. Он всегда знает, когда. Не спрашивайте, откуда. Он меня понимает. Ощущает, чем я живу и как себя чувствую. Дез не просто смотрит на меня, он видит меня настоящую. И мне это нужно. Мне нужно чувствовать его взгляд.

Я начинаю плакать. Когда ты открываешь свое сердце, то становишься хрупкой, и в этот момент я беззащитна перед тем, что чувствую и что не могу больше игнорировать.

– Анаис… – Бри обнимает меня, и Фейт тоже присоединяется к объятиям.

Я чувствую себя немного виноватой перед Фейт. Я никогда не доверялась ей достаточно, чтобы рассказать о своих проблемах, хотя она всегда была хорошей подругой. И остается такой уже много лет.

Когда мы прекращаем обниматься, я шмыгаю носом. У обеих моих подруг глаза на мокром месте. Фейт вытирает выступившие слезы.

Я решаюсь: теперь пусть узнает и она.

– Фейт, мне нужно тебе кое-что рассказать, – я делаю несколько глубоких вдохов и гляжу на Брианну. Та поняла мое намерение и кивает в знак поддержки.

Фейт – хороший человек. Она заслуживает моего доверия и наилучшего отношения.

– У меня булимия, и я занимаюсь селфхармом.

Фейт, очень серьезная, сидит молча. Еще одна слеза скатывается по ее щеке, а затем она снова заключает меня в свои объятия.

– Я догадывалась об этом. Наконец-то ты решилась рассказать об этом и мне, а то я не знала, как тебе помочь, – говорит Фейт.

– Что?

– Я знаю, что Брианна в курсе. Каждый раз, когда ты бегала в туалет, она уходила вслед за тобой. Я замечала ее бессильный взгляд, когда ты перебарщивала с едой. Я видела отметины на твоих руках. Я знала об этом, Анаис. Я знала, что у тебя проблема и что Бри рядом. Так что я ждала, когда ты будешь готова поделиться этим и со мной.

– Боже! Прости меня, – я вытираю подступившие слезы.

– Не извиняйся. Как часто ты это делаешь?

– Каждый раз, когда теряю контроль над своей жизнью и чувствую себя опустошенной. Когда мне кажется, что настоящую меня никто не замечает. Каждый раз, когда я страдаю. Я подменяю страдание физической болью, пока мне не удается с ним справиться и я не выблюю все, что меня мучает. И порезы работают так же.

Фейт крепко хватает меня за руки, будто хочет сказать, что никогда не даст мне упасть.

– Это происходит часто, Фейт.

– С того момента, как появился Дез, стало реже, – вмешивается Бри.

Я откидываю назад голову и пытаюсь скрыть слезы.

– Это правда. С тех пор, как он появился в нашем доме, я прибегаю к этому не так часто, но прошлым вечером снова пришлось. И в этом была и его вина.

Я рассказываю подругам о своем недавнем вечере с Брайаном. И о том, что он ударил меня, потому что Дез хотел причинить боль ему, а вместо этого сделал больно мне.

– Подожди минутку… Брайан тебя ударил? – Брианна в ярости. – Тот синяк у тебя на щеке не от удара об шкафчик?! Значит, это был он? Я убью его. Клянусь, я убью его. Почему ты мне не сказала?

Она наставляет на меня палец.

– Потому что я решила забыть об этом.

– Как можно забыть о таком поступке? – ошеломленно произносит Фейт. Она пытается скрыть свой гнев, но я знаю, что на самом деле она, возможно, злится еще сильнее, чем Бри:

– Анаис, он применил к тебе силу. Нельзя, чтобы это просто сошло ему с рук!

Мне слишком стыдно, чтобы я могла рассказать им всю правду.

Я не могу признаться им, что после случившегося я позволила ему раздеть меня и касаться моего тела. Не могу заявить, что согласилась на секс с ним, потому что теперь я вижу все куда яснее и понимаю, что произошедшее было… отвратительным.

– Знаю, что так поступать нельзя, но, думаю, в тот момент в глубине своего сердца я считала, что заслужила пощечину.

– Что? Какого черта ты говоришь? – Бри хватает меня за подбородок и не дает отвести взгляд. – Ты так считала, Анаис? Нет ни единой причины, позволяющей мужчине ударить женщину, никогда и ни за что, и потом, он…

Я киваю в ответ и сжимаю свои запястья.

– Знаю. Но я чувствовала себя виноватой.

– Виноватой… – Бри отпускает мое лицо. – И за что же?

– За то, что целовалась с Дезом в футбольной раздевалке. Если бы тогда не вошел Татчер, мы бы…

– Святая Дева Мария! – вырывается у Фейт.

– Ты собиралась заняться сексом с Дезмондом? – спрашивает Бри.

– Да.

– В раздевалке футбольной команды?

– Да! – выкрикиваю я.

– Боже, Анаис! Ты в беде, милая.

Мне и самой это известно, но Брианна не упускает из вида то, что считает главным:

– Ты должна расстаться с этим куском дерьма.

– Не знаю, смогу ли я… – нерешительно тяну я.

– Разумеется, сможешь! Он изменил тебе с этой мерзавкой Джиллиан! – взрывается Брианна.

– Что он сделал? – вскрикивает Фейт.

– Да, он изменил ей. Я видела собственными глазами, как он с Джиллиан выходил из женского туалета. И что Анаис чувствует себя виноватой – это настоящий абсурд. Ты должна бросить его, подруга.

– Брайан, он… Это было странно. На День благодарения произошло вот еще что. Они поругались с Дезом. Вообще-то Дез защищал меня, – я понижаю голос. – Он защищал меня в том числе и от моих родителей. Это было…

– Великолепно, – заканчивает фразу Фейт. – Люблю его.

Я косо смотрю на нее. Знаю, что она говорит это в переносном смысле, но все равно испытываю жгучую ревность. А это означает, что я в шаге, чтобы до безумия не влюбиться в Дезмонда.

– Короче, суть в том, что я привела Брайана в садовую оранжерею, чтобы немного его успокоить, и там он мне сказал, что покончит с собой, если я его брошу. Он говорил это очень серьезно. И у него был безумный взгляд. Он напугал меня.

– Что за идиот! – вопит Брианна.

– То же самое сказал и Дез.

– Я уже говорила, что люблю его? – Фейт смотрит на меня мечтательным взглядом, и я вырываю у нее из руки расческу, которой она уже какое-то время расчесывает свои