Драконы средней полосы - Маша Старолесская

– Куда, в ветеринарку?

Золотой дракон дышал хрипло и тяжело, в горле у него что-то булькало. Кару присела рядом с ним на корточки, коснулась шеи Альорда, и пальцы её провалились во что-то влажное и липкое. Желудок сжался, в голове всё поплыло, но Кару удалось взять себя в руки и начать действовать.

Дальнейшее она помнила смутно, обрывками и отдельными картинами.

Вот Рита подбегает к ним с пятилитровой канистрой воды, и увидев кровь, бледнеет и резко оседает на землю. Кару рявкает на неё и приказывает другим Непроявленным лить воду на рану и приводить в чувства девчонку.

Вот золотой дракон резко дёргается и крылом сшибает с ног Серёжку, но тот быстро вскакивает и продолжает светить фонариком. Фонарик дрожит и пляшет в его руках, Кару ругается и продолжает сыпать на рану сенет-аннуи.

Вот Рита приходит в себя и бросается помогать им. Кару отдаёт ей вторую банку и объясняет, что делать.

Вот на ране в боку, длинной и глубокой, пузырится зелёная пена – это начинают работать целебные травы.

Вот могильщицы помогают перевернуть золотого дракона, и Кару молится про себя, чтобы они не переломали Альорду все кости. Золотой дракон слаб и безучастен, он даже не шипит от боли.

Вот Кару уговаривает Альорда превратиться в человека в надежде, что так ему будет легче.

Она не понимает, сколько времени прошло, несколько минут или несколько часов. Не понимает, почему Непроявленные вдруг засуетились и расступились. Её мир сжался до золотого дракона, истекающего кровью у него на руках.

***

Когда к ней вернулось прежнее восприятие действительности, Кару увидела, что рядом с ней шипел и бился ещё один золотой дракон, а Серёжка с фонарём в одной руке и банкой сенет-аннуи уговаривал его успокоиться и подпустить к себе. С другой стороны золотого увещевала Ахорет.

Альорд лежал на земле, облепленный зелёной коркой, как тушка маринованного цыплёнка перед отправкой в духовку.

Кару села на землю рядом с ним, положила его золотую рогатую голову на колени, уговаривая потерпеть и не сдаваться. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что она сделала всё правильно, что ничего не упустила, что травы подействуют… Дальше мысли Кару упирались в непробиваемую стену.

Второй дракон (по обрывкам речей, с которыми к нему обращалась Ахорет, Кару поняла, что это была Ната) успокоился и подпустил Серёжку и Риту к себе. Ната ревела и дёргалась, когда рваные раны на щеках залепляли сенет-аннуи, но в целом проявляла несвойственное ей терпение.

«А ничего, толковые ребята, сообразительные», – думала Кару, глядя на то, как слажено Рита и Серёжка засыпали длинные порезы на боку золотой драконихи. Судя по всему, она почти не пострадала: Ахорет послала кого-то за сладким чаем, значит, Ната должна была вскоре превратиться в человека.

Альорд лежал неподвижно, только бока чуть колебались в такт дыханию. Хрипы и бульканья исчезли. Кару осторожно тронула зелёную корку сенет-аннуи и почувствовала под ней не липкую поверхность раны, а гладкую чешую.

– Вот и молодец, вот и умница, – ласково проговорила Кару, погладила золотого дракона по лбу и горько зарыдала.

А вокруг продолжалась какая-то суета. Для Наты принесли из дома стул, кто-то достал флисовый плед, и она уже сидела в окружении Непроявленных со стаканчиком от термоса в руке, рассказывая о том, как дралась с Чёрной. Кару не прислушивалась к разговору. Решимость и сдержанность покинули её окончательно: сегодня она сделала, что могла, и теперь всё зависело только от выбора, который совершит Чёрная. Но где, когда и как это произойдёт, не мог сказать никто.

***

Лёгкие горели огнём. Он резко вдохнул и почувствовал, как горло заливает солёной водой, и к нему тотчас вернулись все чувства.

Альорд забился, замахал руками, пытаясь выбраться наверх. Всё внутри плавилось от боли, саднило и жгло бока, в голове мутилось, но он не собирался сдаваться так просто.

Как он очутился в толще воды, не слишком далеко от поверхности, Альорд не знал, да это сейчас было и неважно. Он снова и снова взмахивал руками, поднимаясь к свету, но продвигался слишком медленно. В глазах потемнело. Он снова вдохнул – и снова только нахлебался воды.

Сознание гасло. Альорд ещё пытался бороться за жизнь, ещё пытался грести руками, но движения получались совсем вялыми.

Плеск, звук удара о воду – справа, слева, далёкий и искажённый, донёсся до его слуха. С двух сторон в вихре пузырьков мелькнули две фигуры, похожие на человеческие. Мелькнули на краю сознания…

В следующее мгновение Альорд ощутил, что его подхватили и потянули вверх чьи-то руки.

«Бред, предсмертный бред», – мелькнула и растаяла мысль в его голове.

Четыре руки вытолкнули его на поверхность, и Альорд наконец, тяжело откашливаясь сделал первый глоток воздуха. Рядом с ним на волнах качались два существа, похожих на людей. Их облик показался Альорду смутно знакомым – большие неморгающие глаза, кожа странных оттенков – жёлто-золотая у одного и зелёная, как у ящерки, у другого. Волос на голове у обоих существ не было. Остальное Альорд рассмотреть не сумел, да и не хотел.

– Значит, ты и есть тот новенький! Нас предупреждали, что ты скоро появишься, – сказало существо с зелёной кожей. Голос у него был женский, и Альорд решил пока считать, что это девушка.

– Кто предупреждал? – спросил он. – Где я?

– Госпожи наши Непет и Таха. Мы сейчас плывём в Артан-Наруат. Тебе повезло, это очень близко, – ответило второе существо. По его голосу Альорд предположил, что это мужчина. Имена, которые назвал незнакомец, были откуда-то известны Альорду. Но вот откуда?

***

– Отмучился, бедолага, – сказала над ухом у Кару Непроявленная с усталым лицом. Кару вздрогнула и растерянно огляделась по сторонам. Она не успела заметить, когда Альорд успел превратиться, – так быстро и внезапно это произошло. Только что у неё на коленях покоилась золотая драконья голова, рогатая и с парой длинных усов, а вот уже она гладила по лбу и вискам человека.

Альорд лежал на боку, поджав ноги и бессильно раскинув руки. Глаза его были закрыты, а лицо расслаблено. Тело, там, куда Кару сыпала сенет-аннуи, покрывала тёмная ломкая крошка. Ткань, обмотанная вокруг бёдер, стояла колом от высохшей крови.

Кару взяла его за запястье, пытаясь нащупать пульс, и внутри у неё всё упало. Рука у Альорда была холодной, как у мертвеца. Пульс не прощупывался.

– Там золотая, Ната которая, хочет увидеть Избранника, – сказала беленькая Непроявленная. – Что ответить?

– Сказать, пусть идёт в задницу, а мне не мешает. – Кару всё ещё сжимала запястье Альорда. Ей казалось, что она