Воскресшая тень - Анастасия Пименова

Я потерялась в этом мгновении, когда мир вокруг исчез, оставив лишь его и меня. Поцелуй оказался нежным, но полным страсти, как будто он захотел передать мне что-то важное, что словами невозможно выразить.

Глава 21

Я закончила очередной разговор с отцом по пути к комнате Рэйвен. После того, как меня выписали из больницы, то родители звонят раз в неделю, чтобы спросить у меня, как я. Подобного они ранее не делали, поэтому мне даже как-то непривычно. Вероятно, они сильно испугались тогда и волнуются до сих пор.

Остановившись напротив двери девушки, постучалась и стала ждать, пока Рэйвен откроет. Телефон убрала в карман.

– Леонора?

– Привет, Рэйвен. Могу зайти?

– Конечно, – она пропустила меня вперед, и я огляделась, понимая, что её комната почти ничем не отличается от моей. Так и должно быть. – Что-то случилось?

– Мне нужна твоя помощь, Рэйвен, – сразу же перешла к сути.

– В чем? – девушка напряглась.

– Я хочу, чтобы у Освальда пропало всякое желание получать что-то силой. То, что он тогда чуть не сделал с тобой… ужасно, ты и сама это понимаешь.

– Да, но что ты хочешь от меня, Леонора?

– Ты ему нравишься, вернее, он давно, судя по всему, хочет затащить тебя в постель. И вряд ли оставит попытки. Если бы Кайден узнал, то…

– Нет. Я не хочу, чтобы он знал и хоть как-то в этом участвовал, ему и так тяжело в последнее время.

– Мне нужно только от тебя одно. Чтобы ты заманила Освальда туда, куда я скажу.

– Что ты собираешься сделать ему?

– Ничего такого. Всего лишь заставлю испытать каплю страха.

Рэйвен задумалась над моими словами, вероятно, взвешивая все плюсы и минусы.

– Кайден говорил держаться мне от них подальше. Не думаю, что он будет в восторге от всего этого если узнает. Тебя это тоже касается, Нора. Он будет переживать.

– Всё будет хорошо, Рэйвен.

Она выдала нерешительный кивок, а я кивнула и сообщила, что напишу ей позже. После покинула её комнату, отправившись прямо к двери, где находится комната Николаса.

В мужском крыле на меня с интересом стали поглядывать, однако, я не обратила на остальных никакого внимания.

Подойдя к его двери, громко постучалась. Спустя минуту мне никто так и не открыл. Но я точно знаю, что он должен быть там. Ещё слишком рано для занятий, тем более Николас часто опаздывает. Откуда я всё это знаю? Привычки возможных врагов нужно хорошо знать.

Постучалась ещё раз. Возможно, за последние месяцы он вдруг изменился, нормализовав режим, хотя я сомневаюсь.

Дверь открылась, и в проеме появился заспанный с растрепанными волосами полуголый Ник. Он поморгал и для убедительности потер глаза, вероятно, чтобы удостовериться, что я ему не мерещусь.

– Нам нужно поговорить.

– Не думаю, что это хорошая идея. Лучше тебе вообще уйти.

– Хорошо, но если я уйду, то отправлюсь прямо к мистеру Абрамсу, расскажу, что я вспомнила все события на обрыве.

Его лицо тут же изменилось, став слишком напряженным, как и он сам.

– Заходи, – пропустив меня, Николас зашел следом, но дверь так и не закрыл.

Я же заметила в его кровати девушку, которая старше меня на год, если не ошибаюсь.

Её губы сложились в букву "о" при виде меня, и она захотела уже задать Нику вопрос, но тот её опередил.

– Собирайся и уходи, – парень взял с пола её вещи и кинул на кровать. – Живее.

Никогда не смогу понять, как девушки могут так позволять с собой обращаться.

Она даже слова не сказала, лишь кивнула и начала быстро одеваться, когда я отвернулась.

– Напишешь мне ещё? – услышала её вопрос возле выхода, на что Николас ничего не ответил, закрыв за ней дверь.

– Мне вот интересно. Что сделает Рован, если узнает, что там случилось? – как только задаю первый вопрос, то понимаю, что попадаю в самую точку, хотя опять же почти бью в слепую. – Те твои слова. Я вспомнила. Что значит "меня нельзя трогать"? Когда Уэсли и Освальд схватили меня. И почему ты запугал Рэйвен? Зачем ей понадобилось врать, ведь там был несчастный случай. Я оступилась, а вам бы в любом случае ничего не было.

Николас стал мрачнее тучи, когда я договорила.

– Ещё давно Рован ясно дал всем понять, что тебя трогать нельзя, – он произнес это нехотя, а я нахмурилась. – Не замечала, что никто из парней к тебе никогда не приближался?

Замечала. Но я всегда думала, что это по той причине, что меня боятся или считают ненормальной.

– А если кто и осмеливался, то Рован объяснял им ещё раз, только уже по-другому.

Я вспомнила две ситуации. В первой два года назад мальчик по имени Люк позвал меня погулять в сад после всех занятий, но так и не пришел. На следующий день я увидела его в школе с синяком под глазом, захотела тогда поговорить с ним, а он сказал, чтобы я больше к нему никогда не подходила. Тогда я не придала этому значения, хоть мне и было неприятно. Вторая ситуация была не совсем похожей. Йен, только уже года полтора назад, насмехался надо мной из-за чего-то такого, что уже и не помню. Тогда он тоже на следующий день появился на занятиях с разбитой губой, больше даже несмотря в мою сторону.

– То есть только ему позволялось и позволяется издеваться надо мной? – задала вопрос больше для себя.

Николас накинул футболку и надел спортивные брюки.

– Я не знаю. Никогда не лез ему в голову и не разбирался, что у него творится, но четко понял одно, что тебя трогать нельзя. Только Грин этого до сих пор не понимает.

– При чем тут Кайден?

Николас достал из-под матраса сигареты и закурил одну.

– Серьезно? Я думал, ты умнее.

– Тоже самое могу сказать и на твой счет.

Мне никогда было непонятно, почему Николас или Доусон связались с таким человеком, как Рован.

– Сейчас это не так важно. Возвращаясь к Рэйвен, то ты заставил солгать её для того, чтобы Рован не узнал, что Освальд и Уэсли схватили меня? – Николас выдал кивок и выдохнул дым. – Чтобы в противном случае им сделал Гарнет?

– Ничего хорошего. Может, скинул этих двоих с того обрыва и меня заодно тоже.

Я подумала, что это его своеобразная шутка, но по серьезному выражению лица