Отвергнутая жена дракона. Второй шанс для попаданки - Чинара

— А куда ты меня сейчас несёшь, дорогой? — сонно пробормотала я, прильнув к его широкой груди.

— В мою спальню, любимая, — тихо ответил он, нежно целуя меня в макушку.

— Не хочу в твою, хочу в свою, — капризно протянула я, надув губы.

— Хорошо, как скажешь, — покорно согласился муж, свернув в сторону.

— А что мы там будем делать, в моей спальне? — мечтательно засопела я, прикрыв глаза. — Ты продолжишь отдавать мне свой супружеский долг? Или уже устал?

Мои глаза по-прежнему были закрыты, но я почему-то была совершенно уверена, что на его губах в этот момент мелькнула ироничная, лукавая улыбка.

— Ты мне, между прочим, очень много задолжал, — напомнила я ему, зевнув.

Иэрон нежно чмокнул меня в висок, и мне это очень понравилось.

— Я мог бы вернуть тебе всё разом, прямо сейчас, — прошептал хитрый дракон, прижимая меня к себе ещё сильнее. — Но боюсь, что я тебя уже немного утомил за сегодня. Тебе нужен отдых.

— Я составлю для тебя специальный график, — важно сказали мы, стараясь придать своему голосу как можно больше серьёзности.

— Хорошо, как скажешь, — согласно кивнул дракон.

И вот, наконец, меня бережно уложили на мягкую, пуховую постель, укрытую шёлковым одеялом. Но что-то внутри меня вдруг встрепенулось. Испуганно сжалось, словно предчувствуя беду. Недолго думая, я тут же схватила Иэрона за руку, крепко вцепившись в неё побелевшими пальцами.

— Ты ведь не уйдёшь?

Но мужчина, к моей огромной радости, вовсе не собирался уходить. Он ласково притянул меня к себе. Заключил в сильные объятия, словно в тёплый, надёжный кокон, защищая от всех бед. Мой собственный, такой родной.

Мне было очень хорошо и спокойно вот так лежать рядом с ним. Я чувствовала себя в полной безопасности.

Но потом внезапно, словно удар молнии, в моей голове вдруг вспыхнуло воспоминание… Я вдруг вспомнила, что в его жизни есть ещё одна женщина… другая…. Алдея…

Страстное желание тут же с громким треском разбилось о холодную, ледяную стену.

— Уходи, — тихо, сквозь обиду и разочарование, сказали мы, отворачиваясь от него. — Просто уходи и не надо ничего говорить. Я не хочу тебя видеть. Я больше не хочу. Забудь, все что случилось.

— Почему ты так говоришь, Нэсс? Что случилось? — мягко и обеспокоенно спросил он, пытаясь заглянуть мне в глаза.

— Ты теперь чужой. Ты больше не наш, — прошептала я, чувствуя, как к глазам подступают предательские слёзы.

— Несса, я… — начал было Иэрон, но я уже не слышала, что именно он хотел сказать. Мои силы на дальнейшие разговоры резко закончились. Будто кто-то выключил свет. И я тут же, провалилась в глубокий, беспробудный сон, надеясь забыть обо всём на свете.

Глава 39. Цена доверия

Я беспомощно плавала среди зыбкого, белесого тумана, совсем как жалкая щепка в бушующем океане. А он безжалостно швырял меня то в одно, то в другое болезненное воспоминание Ванессы, словно испытывая на прочность.

Сначала я оказалась в том суровом, незабываемом дне, когда полностью разочарованный в своей дочери отец, с презрением вышвырнул несчастную, маленькую Нессу на темную улицу. Выкинул, как надоевшую игрушку, лишь за то, что безжалостный фэс публично огласил её лименом, обрекая на вечное презрение и одиночество.

Ещё тогда, в первый раз, когда я оказалась в этом страшном воспоминании, я отчётливо помнила, что кто-то всё-таки пришёл потом на помощь к маленькой Нессе. Пришёл и искренне утешил ее, дрожащую от холода и страха. Пришёл и подарил робкую надежду, что хоть кому-то она все же нужна в этом жестоком мире. Что есть на свете добрый человек, который не отвернётся от нее, даже после того, как полностью подтвердилось, что она проклятый лимен, изгой общества.

И этим человеком была… Алдея.

Когда она протянула тоненький плед замёрзшей маленькой Ванессе, то тут же, в одно мгновение, стала для неё настоящим героем. Спасителем. И лучшим другом на всю жизнь.

Но всё же Несса не хотела, чтобы подруга пострадала из-за неё. Не хотела подвергать её опасности, потому нервно озираясь по сторонам, с тревогой в голосе прошептала:

— Уходи, Алди, прошу тебя, уходи. Вдруг папа увидит тебя здесь! Тогда его страшный гнев неминуемо падёт и на тебя. Я не хочу, чтобы тебя наказали из-за меня.

— Не волнуйся, Несси, взрослые всегда слишком заняты своими важными делами и редко обращают внимание на детей, тем более на таких маленьких, как мы, — успокаивающе ответила подруга и, недолго думая, присела на скамейку рядом со мной.

Она нежно обняла меня за плечи, и мы вместе укрылись под тёплым пледом, пытаясь согреться. Какое-то время мы молча сидели, прижавшись друг к другу, и смотрели в одну точку.

Алди, опустив голову, задумчиво чертила туфелькой какие-то бессмысленные линии на грязной земле. Она казалась немного взволнованной и словно пыталась найти ответ на мучающий её вопрос. А потом, будто решившись на что-то очень важное и ответственное, быстро и пылко произнесла:

— Несси, а давай создадим особую, нерушимую связь между нами? Давай станем сёстрами по крови?

— Особую связь? — удивлённо переспросила маленькая Ванесса, с любопытством глядя на подругу.

— Да! Давай станем не просто обычными подружками, а почти настоящими сёстрами! — секундное замешательство на лице подруги, её неуверенность и колебание вызвали у Алди лёгкое недовольство и обиду. — Или ты не хотела бы иметь такую верную сестру, как я? Я для тебя недостаточно хороша?

— Что ты, Алди, конечно, хотела бы! — поспешно заверила её Несса, боясь обидеть подругу. — Ты самая лучшая!

— Честно-честно?

— Конечно, честно! Я никогда тебя не обманываю, ты же знаешь!

— Тогда… — Алди оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подсматривает за ними, и достала из кармана очень маленький, острый кинжал с красивой рукоятью.

Затем, ловко нырнув рукой под длинный рукав платья, она стянула с запястья тоненький браслет, состоящий из тёмных, мерцающих камней.

И тут внезапно туман вокруг меня резко захлопнулся. Полностью поглотил. Закружил, завертел, как бедную Алису, случайно угодившую в таинственную кроличью нору…

И вот, в следующее мгновение, я уже взрослая Ванесса, стою напротив повзрослевшей Алдеи. Рядом то самое старое, развесистое дерево, чья густая крона надёжно скрывает нас от посторонних наблюдателей и чужих глаз.

Моё сердце бешено стучит в каждой клеточке тела. Мне страшно, очень страшно. Я нерешительно колеблюсь, сомневаюсь, стоит ли делать это. Но в то же время прекрасно понимаю, что другого выхода у меня просто нет. И ждать помощи больше неоткуда.

Отец