Опекун - Ана Сакру

Тая медленно развернулась, стараясь его не разбудить, и уставилась на такое спокойное во сне мужское лицо. Кирилл казался моложе спящим, его ресницы едва заметно дрожали, губы были чуть приоткрыты. Тянуло к ним прикоснуться до зуда в кончиках пальцев, потрогать, почувствовать такие же они мягкие и податливые сейчас какими кажутся. Но Тая не смела. Лишь продолжала жадно его разглядывать, запоминая каждую родинку, каждый волосок пробивающейся темной щетины на подбородке и щеках.

У них была удивительная ночь. Для нее волшебная…Самая волшебная из всех, что были прежде.

Потому что впервые они почти всю ночь проговорили.

Кир, взбудораженный ссорой с матерью и последующим разговором с Соколовым, долго ворочался, пытаясь уснуть, потом сдался и его будто прорвало. Казалось, он просто не мог молчать.

– Не верю, что он настолько вызверился от всей этой ситуации, чтобы, ради желания напакостить мне, потерять доход. Мои проблемы, если они будут, заденут компанию и его долю в ней гораздо серьезней, чем прибыль от возможной отмены слияния, – говорил Кир про Соколова, уставившись в потолок и рассеянно поглаживая Таино плечо, – Андреич умеет считать. Деньги всегда были для него главным. Он блефует.

– А для тебя? – подняла Тая взгляд на мужчину, отрывая щеку от его груди.

– Что? – лениво покосился на нее.

– Тоже деньги – главное?

Кир неопределенно хмыкнул и снова устремил взгляд в потолок.

– Еще пару недель назад, Тайка, я бы тебе по пунктам расписал, что для меня главное и в каком порядке, но…Но сейчас я наверно в самом эпицентре пересмотра многих своих убеждений.

И сменил тему. Больше он не обсуждал с Таей что-то конкретное, скорее затрагивал волнующие его моменты и прощупывал то, что интересовало ее. Позволял ей задавать вопросы и насколько мог прямо, учитывая его характер, отвечал.

– Почему ты не женат?

Она спросила это неожиданно даже для самой себя. Прикусила щеку изнутри, не сильно рассчитывая, что он поддержит такой разговор, но Кир внезапно не стал увиливать.

– А должен? – хитро покосился на нее только, и ладонь с плеча сползла ниже по спине в чувственном жесте.

– Не знаю, да…То есть нет, конечно, но…– замолчала, теряясь под его насмешливым взглядом.

– Если ты хочешь знать, осознанный ли это мой выбор, то нет, Птенец, – вздохнул Кир, говоря уже более серьезным тоном и поглаживая ее спину вдоль позвоночника, – Пару раз я даже почти…Но как-то не сложилось. Не знаю. В первый раз расстояние и молодость, она была итальянкой, мы познакомились в Америке на стажировке. Студенты. Шумно, пьяно, весело… Потом разъехались, несколько месяцев что-то пытались поддерживать, но оказалось, что это не надо ни ей, ни мне. А после у меня были отношения с племянницей Соколова. Обычная в моих кругах история. Мы знали друг друга с детства. Ничего особого я не испытывал. Симпатия. Но на юбилее ее отца как-то закрутилось, а таких близких знакомых так просто не послать. Да и в общем меня все устраивало. До определенного момента. Все ждали, что мы поженимся, это было бы логично и выгодно. Так выгодно и так ждали, что в итоге меня начало от этого тошнить, – невесело усмехнулся Кир, прикрыв глаза и почесав бровь, – Это была ошибка. Тяжелое расставание, испорченные отношения…После этого я стал избегать каких- либо официальных статусов. Чтобы потом это дерьмо не разгребать. Так, всё! – оборвал сам себя нарочито бодрым голосом и притянул Таю ближе,тиская как мягкую игрушку, – Давай теперь про тебя, Птенец.

– А что я? – беззаботно рассмеялась Тая, нежась в его медвежьих объятиях, – Белый лист. Мой плюс. Никаких особых сожалений.

– И плюс, и минус, – пробурчал Кир, целуя ее в висок.

– Почему же минус? – возмутилась она.

– Вот пройдет время и начнешь думать, а как это с другими мужчинами, а мне тебя сторожить, – сощурился с демонстративным подозрением.

Тая захохотала громче.

– Мне не нужны другие мужчины, – признание легко слетело с губ.

– Правильно, я дам тебе все, – неожиданно тихо и серьезно отозвался Кир, перестав улыбаться.

Это было так по-настоящему, что Тая смутилась. Они ведь шутили только что.

– Даже то, что я действительно хочу? – поинтересовалась кокетливо,чувствуя , как ступает на острую грань реальных, а не игривых признаний.

– А что ты действительно хочешь? – спросил Кир.

Вместо ответа, посмотрела ему прямо в глаза и медленно положила руку на область сердца. В ладонь глухо забился его учащающийся пульс. У Кира ноздри дрогнули от того, как сильно он втянул воздух. Взгляд темных глаз застыл, когда зачарованно смотрел на девушку, пока она передвигала ладошку к центру его груди.

– И даже душу? – хрипло усмехнулся, выгибая бровь, – Зачем она тебе? Поверь, она у меня так себе…

– Ты просто плохо о ней заботишься, а я буду, – шепотом возразила Тая.

Замолчали, смотря друг другу в глаза. Тае казалось, что вокруг все звенело в этой тишине наэлектризованным донельзя полем. Первым не выдержал Кир. Отвел взгляд, тихо рассмеявшись и покачав головой.

– Ты конечно немного не от мира сего, Тайка, – пробормотал рассеянно, – Мне бы и в голову не пришло, что когда- нибудь буду вести подобные разговоры…– снова притянул ее к себе. Крепко стиснул до боли в ребрах, вновь переходя на шутливый тон, – Договорились, буду как Кощей держать самое главное отдельно от себя, у Птенца в яйце.

Тая заливисто рассмеялась

– Или как Волан- де- Морт, – подсказала еще вариант.

– Да уж, – протянул Кир недовольно, – В любом случае я выхожу какой-то страшный злодей.

Все эти разговоры, шуточные и не очень, теперь кружились у девушки в голове, будоража.

Тая чувствовала, что для Кира это непривычное что-то, особенное – открываться, говорить о себе. Внутри теперь трепатало от тонкого, едва уловимого ощущения близости.

И уже было не уснуть.

Вздохнув и окинув спящего мужчину последним влюбленным взглядом, Тая бесшумно встала с кровати и начала одеваться, решив отправиться на пробежку и надышаться этим прекрасным ранним утром.

Глава 59

Кир нагнал ее в лесу быстро, минут через десять. Тоже с белыми капельками наушников в ушах, помятый, сонный еще, с румянцем на заросших за ночь щеках, в черных трениках и серой толстовке. Шлепнул по заднице, пробегая мимо и перегнал. Тая засмеялась, ускоряясь.На ногах любимые, стоптанные уже кроссовки, в ушах легкий транс, перед глазами утренняя серая хмарь, никак не желающая окрашиваться во что-то более солнечное. В воздухе так пахло подступающим ливнем, что легкие