Это случилось осенью - Лиза Клейпас

— Лилиан, Лилиан, дорогая, тебе пора просыпаться! Вот так. Я позвоню, чтобы принесли чай.

Возле ее постели стояла Дейзи, маленькие ручки осторожно трясли плечо Лилиан.

Ворча и забиваясь под одеяло, Лилиан одним глазом поглядела на сестру.

— Я не хочу вставать.

— Ты должна. Тут кое-что происходит, и я хотела тебя подготовить.

— Что происходит?

Она рывком села и схватилась руками за голову. Одного взгляда на озабоченное лицо сестры было достаточно, чтобы сердце забилось от тревожных предчувствий.

— Положи под голову еще подушку, — предложила Дейзи. — Я подам тебе чай. Вот так.

Лилиан взяла чашку с дымящимся напитком и попыталась привести в порядок мысли, столь туманные и беспорядочные. Задача казалась безнадежной. Это было все равно, что собрать спутанные клубки шерсти.

Она довольно смутно помнила, как вчера вечером Маркус вел ее назад в их с сестрой комнату. Здесь уже ждали наготове горячая ванна и услужливые руки горничной. Она вымылась и переоделась в свежее белье и успела прыгнуть в постель раньше, чем сестра вернется с праздничной прогулки в деревню. Затем был долгий глубокий сон. Она могла бы еще поверить, что вчерашние события ей привиделись во сне, если бы не тянущая боль внизу живота.

«Что еще? — подумала она со страхом. — Маркус заявил, что собирается на мне жениться?»

Однако сейчас, при свете дня, он мог и передумать. А чего хочет она сама? Ответа Лилиан не знала. Если придется прожить жизнь рядом с человеком, который женился на ней только из чувства долга.

— Что случилось? — спросила она.

Дейзи присела на краешек постели, пристально глядя ей в лицо. На ней было голубое утреннее платье, и волосы небрежно заколоты на затылке, а взгляд какой-то озабоченный.

— Около двух часов назад я услышала шум в комнате мамы и папы. Кажется, лорд Уэстклиф просил их о встрече с глазу на глаз в гостиной Марсденов. Потом папа вернулся, и я спросила, что происходит. Папа не стал ничего объяснять, но вид у него был взволнованный. С мамой приключилась истерика. Она то плакала, то смеялась. Папа потребовал виски, чтобы ее успокоить. Не знаю, о чем они говорили с лордом Уэстклифом, но я надеюсь, что ты…

Дейзи замолчала, испуганно глядя на сестру. У Лилиан так тряслись руки, что чайная чашка задребезжала на блюдце. Дейзи выхватила чашку с блюдцем из бесчувственных рук сестры.

— Дорогая, что с тобой? У тебя такой странный вид! Что-нибудь случилось вчера, когда меня не было? Ты опять поссорилась с лордом Уэстклифом?

Лилиан едва сдерживала приступ дикого смеха. Ей еще не доводилось испытать такого, балансируя на грани слез и гнева.

— Да, — сказала она, — кое-что произошло. И теперь у него есть повод, чтобы навязать мне свою волю, не спрашивая моего согласия. Он говорит с отцом за моей спиной… Ох, я этого не вынесу. Просто не смогу!

Глаза у Дейзи стали огромными как блюдца.

— Ты что, опять каталась на лошади лорда Уэстклифа без разрешения?

— Что? Боже, если бы дело было в этом! — Лилиан закрыла руками горящее от стыда лицо. — Я спала с ним. — Ее голос звучал приглушенно. — Вчера, когда в поместье никого не было.

Сестра встретила ее смелое признание гробовым молчанием. Она была шокирована.

— Ты? Но я не понимаю, как ты могла?

— Я напилась бренди в библиотеке, — бесцветным голосом продолжала Лилиан. — И он меня там нашел. Одно за другим, то да се, и я оказалась в его спальне.

Дейзи молча переваривала новость. Она пыталась было заговорить, потом схватила недопитый сестрой чай и сделала большой глоток.

— Полагаю, «переспать» — это значит не просто вздремнуть рядом с ним?

Лилиан скривилась.

— Дейзи, это совсем не смешно.

— Ты думаешь, он поступит как честный человек и сделает предложение?

— О да, — горько ответила Лилиан. — И это станет отличной дубинкой в его руках. Он будет оглаживать меня ею по голове, пока я не отступлю.

— Он говорил, что любит тебя? — Дейзи задала главный вопрос.

Лилиан презрительно фыркнула.

— Нет, ни словом не обмолвился. Сестра озабоченно нахмурилась.

— Лилиан, может быть, ты боишься, что… это из-за духов?

— Нет, я… Боже, я даже не подумала! Совсем про них забыла.

Застонав, она схватила подушку и упала в нее лицом, как будто хотела в ней спрятаться. Сейчас это было бы кстати.

— А ты хочешь выйти за него?

Ей как будто воткнули в сердце кинжал. Она отшвырнула подушку прочь и зло сказала:

— Но не так же! Он принимает решение, даже не интересуясь моими чувствами. Заявляет, что делает это, чтобы прикрыть мой грех.

Дейзи молча обдумывала слова Лилиан.

— Думаю, лорд Уэстклиф назвал бы это по-другому. Не такой он человек, чтобы тащить девушку в постель или под венец, если она ему не нравится по-настоящему.

— Остается только сожалеть, что его не интересует, чего хочется мне, — мрачно сказала Лилиан.

Она встала и направилась к умывальнику. Из зеркала на нее уставилось собственное измученное отражение. Лилиан налила воды в таз и умылась, промокнув лицо мягким полотенцем. Открыла коробочку с зубным порошком, и по комнате разлетелось облачко с ароматом корицы. Дразнящий вкус корицы прогнал кислое, вязкое ощущение во рту. Теперь ее зубы стали чистыми и гладкими, как стекло.

— Дейзи, — позвала она сестру, глядя через плечо, — сделаешь для меня кое-что?

— Да, конечно!

— Я не хочу сейчас разговаривать с мамой или папой, но мне нужно знать, в самом ли деле Уэстклиф делает мне предложение. Ты можешь как-нибудь выяснить?

— Ни слова больше, — быстро ответила сестра и бросилась к двери.

Лилиан успела закончить свой утренний туалет и застегнуть все пуговицы белой батистовой сорочки, когда вернулась младшая сестра.

— Не стоило и спрашивать, — грустно сказала Дейзи. — Папы нет, а мама сидит, уставившись в стакан с виски, и поет свадебные песни. Вид у нее самый блаженный. Думаю, сомнений нет — лорд Уэстклиф сделал предложение!

— Скотина, — выругалась Лилиан. — Как он посмел оставить меня в стороне? Как будто я случайный человек и ничто меня не касается. Интересно, что он сейчас делает? Вероятно, подбивает итоги. Следующим, с кем ему захочется побеседовать, будет…

Она издала невнятный вопль, наливаясь злостью. «Уэстклиф обожает все держать под контролем. Он не даст мне самой поговорить с Сент-Винсентом, как следует попрощаться с другом. Уэстклиф займется этим сам».