Открытие сезона - Линда Ховард

— Ну и что, что ты дьяволенок, — промолвила Дейзи. — Ты мой дьяволенок, и я в тебя влюбилась в ту же секунду, когда ты забрался ко мне на колени.

Его хвостик завилял еще сильнее, словно он понимал, что она говорит, и радовался воркующей нотке в ее голосе.

— Мне нужно подобрать тебе хорошее имя. Такое, чтобы было мужественным и крутым. Ты ведь должен будешь меня защищать. Не думаю, что грабитель испугается, если я крикну: "Ко мне, Пушок!" Что, если назвать тебя Брут? Как это тебе?

Щенок широко зевнул.

— Ты прав. Ну какой ты Брут? Ты слишком красивый для такого имени. А как насчет Дьявола? — Но, полюбовавшись на него минуту, она отвергла и эту кличку. — Нет, мне это не нравится, потому что уверена, что когда ты вырастешь, станешь милым и добрым.

Весь вечер она перебирала и примеряла ему имена: Конан, Дюк, Кинг, Рэмбо, Самсон, Рокки, Тор, Вульф… Ни одно не подходило. Не могла она, глядя на улыбающуюся щенячью мордашку, подобрать ему суровое имя.

Она научилась не оставлять воду в поилке, иначе она оказывалась на кухонном полу. Когда щенок направлялся к своей мисочке, она подливала туда понемногу воды, пока он не напивался. К несчастью, в мисочке всегда оставалось чуточку воды, и, окончив пить, он прыгал в нее. Дейзи пришлось вытирать лужи семь раз за вечер, причем каждый раз щенок отчаянно бросался на тряпку.

Он был на удивление сообразительным. За какие-то полдня и вечер он научился подходить к задней двери и проситься, когда ему было нужно на двор. Когда же он наконец умотался, Дейзи показала ему собачью кроватку, которую поместила в спальне, чтобы ему не было одиноко и страшно по ночам. Затем она закрыла дверь в спальню, положила ему в постельку под бок мягкую уточку и устало улеглась сама. Но ровно через две секунды, после того как она выключила свет, он начал жалобно повизгивать.

Пятнадцать минут спустя Дейзи сдалась и забрала его к себе в постель. Он обрадовался до истерики, прыгал, тянул на себя простыни, облизывал ей лицо. Едва она его утихомирила, как раздался телефонный звонок. Это был Джек. Пока он говорил, щенок обнаружил халат, брошенный ею в ногах постели, и стал тянуть его за рукав. Она закричала:

— Киллер, нет! Не трогай! — И, бросив в трубку: — Я должна идти, — кинулась через постель, чтобы успеть схватить маленького разбойника, пока он не свалился на пол.

Когда через пять минут зазвонил дверной звонок, Дейзи, борясь с изнеможением, сползла с кровати, подхватила на руки щенка и понесла его к двери. Это казалось самым безопасным. Быстрый взгляд в глазок обнаружил на крыльце Джека, нетерпеливо переминавшегося с ноги на ногу. Она включила свет и, отодвинув засов одной рукой, впустила его в дом.

Он вошел и замер, уставясь на щенка.

— Это щенок, — потрясенно произнес он, проявив недюжинную наблюдательность. В конце концов, Дейзи ведь предупредила его, что завела собаку.

— Не может быть! — притворно ужаснулась Дейзи. — Хозяйка меня обманула.

— Это щенок золотистого ретривера!

Она нежно прижала свое сокровище к груди.

— Ну и что?

Размеренными движениями Джек запер дверь на замок и стал ритмично биться головой о косяк.

— Что неладно с моим щенком? — возмутилась Дейзи.

— Вся идея заключалась в том, чтобы приобрести собаку для защиты, — сдавленным голосом ответил Джек.

— Он вырастет, — нерешительно проговорила она. — Посмотри на размер его лап. Он будет огромным.

— Но все равно останется золотистым ретривером!

— А чем тебе это не нравится? По-моему, он очень красив.

— Безусловно. Он великолепен. Но золотистые ретриверы настолько дружелюбны, что быть охранниками не могут. Они всех считают друзьями, которые родились на свет, чтобы их ласкать и баловать. Он может гавкнуть, чтобы сообщить тебе о том, что кто-то пришел… но это и все.

— Вот и хорошо. Он идеально мне подходит. — Она поцеловала щенка в макушку. Тот задергался, стараясь вырваться и попасть на пол, дабы обследовать этого нового человека.

Джек вздохнул, протянул руки и взял малыша в свои большие ладони. Щенок тут же стал бурно облизывать каждый дюйм кожи, до которого мог дотянуться.

— Значит, его зовут Киллер? Убийца?!

— Нет. Я просто примеряю к нему разные имена. Пока ничего не подходит.

— Конечно, не подойдут, если они все вроде Киллера. Золотистых ретриверов называют Счастливчиками или Мохнатиками. — Он поднял щенка к лицу, так что они оказались носом к носу. — Как насчет Мидаса? Или Райли? Или…

— Мидас! — со вкусом произнесла Дейзи, переводя загоревшиеся глаза со щенка на Джека. — Это идеально! — Она вскинула руки и обняла его, одновременно поднявшись на цыпочки в попытке его поцеловать. Однако новоназванный Мидас прорвался вперед и лизнул ее в губы. — Спасибо, лапочка, но ты и вполовину не такой хороший целовальщик, как этот детина.

— Благодарю, — откликнулся Джек и, отведя щенка на безопасное расстояние, нагнулся и поцеловал ее. Их губы встретились и прикипели друг к другу. Поцелуй становился все глубже. Дейзи начала млеть. — Как ты отнесешься к тому, что я останусь у тебя на ночь? — пробормотал он, прокладывая цепочку поцелуев вниз по ее шее.

— С восторгом, — промолвила она, зевая. Джек расхохотался:

— Лгунья! Ты на ногах не стоишь от усталости.

— У меня вчера был очень активный день, — смущенно покраснела Дейзи. — И прошлый вечер. — Она посмотрела на Мидаса. — И сегодняшний день. Я на минуту не могу от него отвернуться.

— А что, если я останусь и мы просто поспим? Удивленно моргнув, она поинтересовалась:

— Почему ты так хочешь сделать?

— Чтобы удостовериться, что с тобой все в порядке.

— По-моему, ты хватаешь через край с этой твоей защитой и охраной.

— Может, да, а может, и нет. Сегодня мэр дал мне пробить по компьютеру один номер машины. Сказал, что видел этот автомобиль перегородившим дорогу у двери приемной доктора Беннета. Догадайся, чей это был номер?

— Чей же?

— Твой.

— Мой?! — возмутилась она. — Я никогда, паркуясь, не перегораживаю дорогу. В жизни такого не делала.

Джек, ухмыляясь, опустил Мидаса на пол.

— Я ни секунды в этом не сомневался. Есть у тебя какие-нибудь соображения, зачем мэру понадобилось выяснять, кому принадлежит твой номер?

Она медленно покачала головой.

— Если бы он сам видел машину, то понял бы, что она твоя. Значит, его кто-то попросил это выяснить. Все это меня немного тревожит. Хорошо, что ты переехала, так что у тебя сейчас не тот адрес, что зарегистрирован.

Дейзи ахнула:

— Господи! Я совсем об этом забыла! Завтра пойду и переменю…