Птичка - Арина Теплова

– Имеешь ли ты Аглая, желание непринужденное взять в мужья Дмитрия?

В тот миг она вся сжалась от охватившего ее ледяного озноба. Смотря в одну точку перед собой, она отчаянно не желала давать положительного ответа. Сильные пальцы Скарятина, который держал ее за локоток, сдавили до боли ее руку, и она метнула на него испепеляющий взгляд. Он же, поджав губы, смотрел на нее напряженными глазами, в которых была тьма. Тяжело вздохнув, через силу, Глаша похоронным голосом произнесла:

– Да…

И вот теперь они стояли на высоком крыльце церкви, под шум поздравлений и колоколов. Аглая чуть замедлила шаг и обернулась к Скарятину. Более недели было у нее, чтобы подготовиться к этому моменту. И более двух суток чтобы осуществить свой намеченный план. Она чуть прикрыла глаза, как будто жмурилась от яркого солнца, но на самом деле для того, чтобы скрыть в своем взгляде холодную ненависть к нему. И выдавила из себя не искреннюю улыбку.

– Могу я поцеловать иконы? – спросила она тихо, но настойчиво. Дмитрий внимательно посмотрел на нее, и видимо не заметив, что она напряжена как натянутая тетива, медленно кивнул. Он прошелся горящим взором по ее бледному личику и лишь спустя минуту глухо произнес:

– Что ж идите. Только прошу Вас недолго.

Она мгновенно вытянула свой локоть из ладони Скарятина и резко развернувшись, скрылась во мраке церкви. Дмитрий проводил ее долгим взглядом, а затем, быстро спустившись по ступеням, прошел мимо нарядных гостей, которые толпились на паперти, следуя в сторону заднего двора церкви.

Аглая вихрем пронеслась мимо темных ликов икон, устремившись в боковой предел. По дороге ей попался батюшка, что венчал их, и она испросила у него благословения на дальнюю дорогу. Батюшка благословил и его отвлек служка. Глаша беспрепятственно достигла бокового предела, не встретив более ни души и устремилась к дверям. Распахнув дверь, она быстро спорхнула с бокового крыльца. Пройдя несколько метров, она подбежала к ажурной церковной ограде, и приблизилась к мальчишке, который уже держал под уздцы ее лошадь. Мальчик помог ей облачиться в черный плащ с капюшоном и передал ей вожжи.

– Спасибо. Тебе за услуги, – произнесла Глаша, быстро забираясь в седло, и передавая ему деньги. Мальчишка улыбнулся ей и передал ей небольшой хлыст.

Аглая стегнула лошадь, и затравленно обернувшись к далекому гулу голосов, который доносился с другой стороны церкви, направила лошадь в боковые раскрытые ворота. Однако едва она выехала в ворота, как на ее пути неожиданно возникла высокая мужская фигура в черном парадном сюртуке.

Ловко схватив под уздцы ее лошадь, Скарятин заставил коня остановиться. Охнув от ужаса, Аглая, попыталась пришпорить лошадь. Но та лишь затравленно заржала, и попятилась назад, чувствуя превосходство и силу Дмитрия. Уже через миг, Скарятин неучтиво стащил молодую женщину с лошади, выхватил из ее руки хлыст, которым она пыталась ударить его. С мертвенно бледным лицом и лихорадочно горящими голубыми глазами молодой человек показался ей страшным. Бросив хлыст на землю, он, жестко сжав ее стан рукой, и потащил Аглаю обратно на территорию церкви. Скрывшись от заинтересованных взглядов прохожих, которые с интересом смотрели на них, Дмитрий притиснул молодую женщину к себе и прошипел над ее виском:

– Вы что же решили меня опозорить?

– Я все равно убегу! – прохрипела она, пытаясь вырваться из его железного кольца рук, которые больно удерживали ее.

– Вряд ли это у Вас получится, моя птичка. Более я не попадусь на Вашу уловку.

Она отвернулась от него, нервно кусая губы, и не понимая, как он так быстро раскусил ее план. Она видимо ошиблась, оценив его как слабого противника. Пока все, что он задумывал, ему прекрасно удавалось. А вот ее планы рушились с ужасающей быстротой.

Не спуская напряженного взгляда с ее бледного личика, Скарятин думал, лишь об одном: что ему сказочно повезло, что мальчишка оказался ненадежным, и решил подзаработать дважды. Оттого и доложил о ее побеге ему. Мысль о том, то Аглая хладнокровно решила убежать, и оставить его с носом, жутко травила его. Он на миг представил, как бы он выглядел спустя десять минут, когда бы все узнали, что молодая жена, которая должна была вместе с ним ехать на фуршет, просто сбежала. Конечно, он бы быстро отыскал ее, и вернул обратно. Но сам факт того, что на него будут смотреть косыми взглядами все приглашенные, до крайности разозлил его. Пытаясь сдерживаться и не выйти до конца из себя, Дмитрий, глубоко вздохнул и властно произнес:

– Сейчас мы пойдем обратно к гостям, и Вы будете послушной. И не будете устраивать на людях скандал. Вы поняли?

Отвернувшись от него, Глаша молчала, поджав губки. Ее взгляд блуждающий и нервный пробегался по маковкам церкви. Дмитрий вновь глубоко вздохнул, и жестко произнес, не спуская с нее тревожного взгляда:

– Я не хотел этого, но видимо придется это сделать…

Молниеносным движением, он залез в ее сумочку, и вытащил ценную бумагу, которую час назад она спрятала. Поняв, что он задумал, Аглая испуганно вскрикнула, пытаясь отобрать у него ценную вещь. Но он отвернулся от нее и, быстро разорвав бумагу о долгах и пожертвовании в клочки, бросил по ветру.

– Не смейте! – закричала она безумно, хватая обрывки. Тут же вновь схватив ее за локоть, Скарятин пригвоздил ее взглядом.

– Сегодня же я распоряжусь, чтобы был уничтожен и второй экземпляр!

– Ах, какой же Вы все-таки негодяй! – пролепетала она сквозь слезы.

– Спасибо, на добром слове, – произнес он жестко, почти волоком таща ее к боковому входу церкви. Приподняв Глашу за талию, он втянул ее по ступенькам, и дернул боковую дверь. – Вы сами виноваты, – бубнил он, входя внутрь. – Это Вы затеяли весь этот скандал. А я не собираюсь быть паяцем на собственной свадьбе. Советую Вам вести себя, как подобает, иначе Ваш приют…

– Вы теперь все время меня будете этим шантажировать? – в сердцах пролепетала она, чувствуя себя до крайности мерзко. Он тащил ее обратно, через всю церковь, и ее глаза сквозь слезы отражали лики икон, которые на нее смотрели.

У выхода он резко остановился и, повернув молодую женщину к себе лицом, проскрежетал:

– Посмотрите на меня.

Она демонстративно отвернула лицо в бок, повыше задрав головку. Он до боли стиснул пальцами ее подбородок, поворачивая ее лицо к себе.

– Смотрите на меня, я сказал! – уже повышая голос, произнес Дмитрий, сквозь зубы.

Обернув к нему темные, полыхающие ненавистью глаза, Аглая посмотрела на него. От ее горящего, прекрасного и в тоже время испепеляющего взгляда, Скарятин напрягся, понимая, что просто так она не сдастся. Однако он понимал, что надо продержаться хотя бы до вечера, пока гости не разъедутся по домам. А затем можно будет уже и повоевать.

Зачем он это делал, Дмитрий не понимал. Единственная мысль, что сидела у него в голове была о том, что Аглая через некоторое время должна обязательно смириться со своей участью, и вновь полюбить его как это было раньше. Иначе и быть не могло. Он уже обдумывал в своей голове план, как взять увольнение на несколько месяцев, дабы побыть рядом с ней, пока все не нормализуется. А затем, он вновь вернется на службу, уже успокоенный тем, что Глаша никуда не денется.