Прекрасная спасительница - Конни Мейсон

Анджела невинно взглянула на него.

— Рейф Гентри, я никогда не попадаю в передряги. Мое дело — спасать людей, попавших в передрягу, особенно тебя.

— Я знаю, милая, ты — мой ангел-хранитель, — произнес он с такой нежностью, что у Анджелы на глаза навернулись слезы. — Плюнь на Кента и Чандлера. Позволь мне закончить все так, как я считаю нужным.

— Разумеется, — благонравно кивнула Анджела, скрестив за спиной пальцы. Потом она подтолкнула Рейфа к двери. — Над горами встает солнце. Поторопись, тебя могут увидеть.

— Еще одна вещь, — обернулся Рейф. — Выбрось из головы этот развод. Я не дам тебе уйти, Ангел.

Анджела зажмурилась, чтобы удержать слезы. Ей так отчаянно хотелось поверить ему! Рейф схватил мешок с припасами, поцеловал ее на прощание и выскользнул за дверь. Она смотрела из окна, как предрассветные тени поглотили его и его фигура слилась с лесистым горным склоном.

Отвернувшись, Анджела налила себе кофе и села у стола, чтобы поразмыслить над тем, какие последствия может возыметь неожиданное возвращение Рейфа. Может ли она поверить ему на этот раз? Действительно ли Десмонд заставил его уехать из Додж-Сити без нее?

Возможно, в этом есть смысл. Ни Рейф, ни Кент не знали, что Рейфа больше не разыскивают за убийства в Ордуэе.

Если бы Десмонд показал шерифу Диллеру объявления о розыске, Рейф снова оказался бы за решеткой. На месте Рейфа она тоже предпочла бы бегство виселице. И потом, ведь он вернулся, чтобы все объяснить, не так ли?

Не только вернулся, но и ласкал ее так, словно на самом деле любит. Он сделал все, только вот не произнес самых нужных слов. В глубине души Анджела верила, что он непременно скажет их, когда за его голову больше не будут давать вознаграждение. Тот Рейф, которого она знает, не убийца и не преступник.

Нравится ей это или нет, но помогать Рейфу — это, судя по всему, ее крест.

Рейф Гентри — невыносимый, хитрый, властный и упрямый человек, но другого Анджеле и не нужно. Она любила его даже тогда, когда думала, что ненавидит.

Что бы он там ни говорил, она поможет ему найти убийцу Бакстера. Ей легче это сделать: Больше того, у нее уже созрел некий план, и она намерена его осуществить.

В то утро Анджела занималась обычными повседневными делами. Снег еще не выпал, так что старатели пока выходили на работу. Анджеле никак не подворачивался случай поговорить с Кентом наедине, поэтому она выжидала, внимательно приглядываясь и прислушиваясь.

Вечером она оставила тарелку с едой в теплой печке, отодвинула засов на двери и стала ждать Рейфа. Он пришел сразу же после полуночи. Она провела его в кухню, налила чашку кофе и смотрела, как он с жадностью поедает то, что она приготовила. Наевшись, он схватил ее за руку и повел в спальню.

То, что последовало затем, было повторением предыдущей ночи, только не столь поспешным. На этот раз Рейф неторопливо возбуждал ее, как любовник, у которого впереди бессчетные часы.

Когда он хотел войти в нее, Анджела превратилась в тигрицу. Она толкнула его на матрас и стала ласкать его губами и руками. Она лизала его плоские коричневые соски, спускаясь все ниже и ниже, пока не дошла до той его части, которая доставила ей столько удовольствия.

Он чуть не выскочил из постели. Его руки запутались в ее волосах, и он не отпускал ее.

— Хватит! Ты сводишь меня с ума.

С густым гортанным рыком он схватил ее за плечи, усадил на себя и овладел. Содрогаясь и шепотом повторяя его имя, она почти сразу же достигла высшей точки; с Рейфом все произошло несколькими мгновениями позже.

Потом они уснули. Проспали до рассвета и снова занимались любовью, а потом Рейф оставил Анджелу спящей и крадучись вернулся в свое логово.

Анджела проснулась, как никогда, исполненная решимости привлечь Чандлера к суду за убийство Бакстера. Несправедливо, что Рейф боится показаться из-за него на свет Божий. Если она надеется в будущем жить с Рейфом, надо действовать. Анджела понимала, что Энсон никогда не скажет ей правды. Но она была почти уверена, что Десмонд все знает. Кент — человек жадный. Поэтому вполне вероятно, что его за хорошие деньги можно заставить выдать сообщника.

Словно угадав ее желания, Энсон немного погодя появился в ее домике.

— Пора закрывать прииск на зиму, Анджела, — заявил Чандлер, располагаясь как дома. — Уже октябрь, старатели боятся, что их застанет неожиданный снежный буран и они не смогут добраться до своих семей.

— Наверное, они правы, — согласилась Анджела. — Они знают эти края лучше, чем вы или я. Передайте рабочим, что завтра мы распустим их до весны. Я приготовлю счета.

Едва Чандлер ушел, как появился адвокат Гудмен, который привез на подпись Анджеле бумаги о разводе.

— Вам лучше бы переехать в город, — сказал Гудмен, дружески поздоровавшись с Анджелой. — Зимы в Колорадо холодные, особенно в горах.

— Я знаю, — согласилась Анджела, — Я немного помню о них с детства. Именно поэтому моя мама разошлась с папой. Она терпеть не могла изоляции от людей. Но я не мама. У меня получится. Пойдемте в кухню, разделите со мной ленч. Я только что сварила кофе.

— Кофе и ленч — с радостью, — улыбнулся Гудмен. — Как у вас дела, Анджела? Как себя ведут отчим и Чандлер?

— Энсон все еще намерен жениться на мне, но Десмонд сейчас ведет себя вполне прилично. Они оба кормятся за мой счет и должны быть мне благодарны.

Когда они покончили с едой, адвокат достал прошение о разводе, которое он составил и привез Анджеле на подпись.

— Здесь все в порядке, — произнес он, кладя документ перед молодой женщиной. — Подпишите вот здесь. — И он ногтем указал на нужное место. — Надеюсь, вы понимаете, что подобные вещи требуют времени.

Анджела не дыша смотрела на бумагу, а потом медленно разорвала ее на мелкие кусочки.

— Я передумала.

Гудмен, кажется, ничуть не удивился.

— Можно узнать почему?

— Я видела Рейфа. Он объяснил, что оставил меня не по своей воле.

И она коротко пересказала то, что услышала от Рейфа.

— И вы ему поверили?

— Сначала нет. Ему потребовалось много времени, чтобы убедить меня. Рейф, конечно, не ангел, но и не лжец. Я твердо решила доказать, что не он убил Брейди Бакстера.

— Где теперь мистер Гентри?

— Неподалеку, — уклончиво ответила Анджела, опасаясь открыть чужую тайну даже этому человеку.

— Чем могу вам помочь?

— Не говорите никому об этом.

— Об этом можете не беспокоиться, дорогая. Вы по-прежнему уверены в виновности Чандлера?

— Больше чем когда-либо. На самом деле я убеждена, что он признался в своем преступлении Десмонду. Мне кажется, я придумала, как заставить Десмонда рассказать все шерифу. Я знаю Десмонда. За деньги он родную мать продаст.