Заложница миллиардера - Агата Лав

— Спасибо, Тамара.

Голос Макара приводит меня в чувства. Я успеваю кивнуть красивой девушке с рыжими волосами прежде, чем она исчезает за дверью. Пространство наполняется чарующими нотками свежесваренного кофе.

— Здесь ничего не поменялось, — задумчиво произносит Макар. — Как будто только вчера вышел за дверь.

Он смотрит на большой письменный стол, на котором стоит моноблок, я на краю лежат разные бумаги и буклеты.

— Убирали, но ничего не трогали. Даже клавиатура на том же месте. Я уронил ее и забросил на стол в сердцах… Так и валяется. Я тогда еще плохо управлялся с коляской, вот и сшибал вещи.

Я подхожу к нему и кладу ладони на плечи. Мы приехали в офис по моей просьбе, я подумала, что мне нужно какое-то дело. Я привыкла работать, а среди проектов Макара оказалось сотрудничество с компанией из Германии. Переводчик с немецкого языка во мне сразу заинтересовался.

— А кофе такой же? — я мягким голосом перевожу тему и беру чашку со стола.

Терпкий и насыщенный. Макар прав, Тамара умеет готовить кофе.

— И костыли тоже здесь, — отзывается Макар.

Я вижу, как он подкатывается к длинному столу для переговоров. На его лакированную черную поверхность брошены костыли крест-накрест.

Макар собирает их со стола, спуская на пол. Он о чем-то раздумывает и сжимает костыли крепче. Мне становится неуютно, словно дунуло холодом поздней осенью. Я смотрю на Макара и пытаюсь понять, о чем он размышляет. Почему вдруг затих и остановился?

— Ты в порядке? — я все же подаю голос.

И шумно выдыхаю через мгновение. Макар рывком встает из коляски, перенося вес на костыли. У него это выходит так быстро и ловко, что я реагирую слишком поздно. Подхожу лишь когда он покачивается, делая первый шаг…

Боже!

Он делает шаг.

Балансируя.

Отходя от стола и переступая с ноги на ногу.

Он помогает себе, удерживая вес на руках, но выпрямляет стопу и делает настоящий шаг. И еще один.

Смелея.

— Макар…

Я накрываю губы ладонью, не зная, как справиться с эмоциями, которые душат меня. Я не вмешиваюсь, хотя в первую секунду хотела придержать его. Но нет, моя помощь не требуется, он отлично справляется сам. Словно все его тренировки и старания Алекса, наконец, оказались достаточными.

— Это уже похоже на походку? — Макар иронично смотрит на меня, не забывая усмехнуться. — Что-то намечается, да?

— Да, — я киваю как заведенная.

Он подшучивает, но я вижу по его глазам, что он тоже взволнован. Он впервые за долгое время чувствует собственное тело, которое слушается его. Я не представляю, какие это должны быть ощущения, но я знаю, как важен для Макара контроль. Он возвращает его. Он разобрался со своим прошлым, со своей жизнью, которую круто изменил и которую взял в свои руки. И теперь осталось самое главное — его здоровье.

— Я дойду до кресла, — Макар указывает подбородком на большое кожаное кресло во главе стола. — Должно получиться.

Я разворачиваю кресло, чтобы ему было удобнее сесть, и вонзаюсь ногтями в спинку на нервах. Я подбадриваю Макара улыбкой, радуясь всем сердцем за него. И за то, что он не спешит. Макар откуда-то раздобыл благоразумие, он постепенно и аккуратно преодолевает дистанцию, становясь всё ближе.

— Я придержу, — бросаю Макару, когда он переносит ладонь на подлокотник кресла. — Не бойся, не укатится.

Макар буквально падает в кресло, которое я придерживаю бедром, и выпускает из рук костыли. Те с противным звуком падают на пол.

— Мне же это не приснилось? — Макар усмехается. — Ты же тоже видела?

Он делает глубокие вдохи, переводя дух, а на лице чистая радость. Впрочем, тут мы похожи. Я почти что плачу от счастья, не в силах ответить на шутливые вопросы. Мне не верится, что всё случилось. Я ждала этого, как чуда, верила и молилась, но не смогла подготовиться. Поэтому я хлопаю ресницами и могу лишь поглаживать плечи Макара.

— Надо позвонить Алексу, — выдавливаю из себя через минуту. — Ему нужно знать, он обрадуется больше нас!

— Нужно будет попробовать с тростью.

— Что? — я округляю глаза. — Нет, Макар, это не делается так быстро.

— Я понимаю, — он послушно кивает. — Я потерплю до завтра. Как раз пока привезут.

— Макар.

— Саша, — он произносит мое имя моим же тоном. — Ты же видела, мне почти не нужны костыли. Я могу ходить, я это чувствую. И это не просто слова или надежда, я чувствую это в своем теле. В мышцах.

Он притягивает меня к себе, обдавая жаром своих рук.

— Всё, — произносит он так, словно разделяет нашу судьбу на до и после. — Всё плохое осталось позади.

