После тебя только пепел - Алекс Хилл

Женя еще раз послушно кивает, и я ощущаю тихое рычание в груди. Все, что происходит, кажется неправдоподобным, будто подстроенным или наигранным. Женя не производит впечатление человека, способного на насилие. Да, он любит флиртовать и иногда перегибает палку, но он точно не похож на маньяка без принципов и совести. Что-то не сходится.

– Жень, у тебя есть семья? – спрашиваю я без лишней враждебности. – Кто тебя растил?

– Дед, – глухо отвечает он, опуская взгляд.

– Он еще жив?

– Нет.

– У тебя с ним были хорошие отношения?

– Когда он не бухал, да.

Ледяной ветер свистит в ушах и проносит с собой шепот жалости: «Бедный мальчик. Несчастный».

– Давно он умер?

– Три года назад.

– Моих родителей нет уже десять лет, – печально произношу я, почесывая подбородок о холодный воротник куртки. – Ты по нему скучаешь? По деду?

Женя сжимает губы, вскидывая подбородок, в его глазах царапающая сердце скорбь. Он любил деда. Он скучает. Для меня этого достаточно, чтобы убедиться в своем решении. Человек, способный на искренние чувства, не станет делать зло незнакомцу просто так. Хоть убейте меня за наивность, но я уверена, что в мире больше людей, чем зверей!

– Жень, я хочу предложить тебе сделку. Мне нужна твоя помощь, как и тебе моя. Ты честно ответишь на несколько вопросов, а я сделаю так, чтобы Мнац отстал. Конфликт будет исчерпан. Идет?

Женя мнется на месте, кусая обветренные губы. У нас нет времени на уговоры.

– Ты ведь не сам это придумал, – стреляю на поражение. – Тебя надоумил кто-то другой. Тот, кто хотел меня подставить.

Он замирает, напрягая челюсть, и я впервые чувствую себя настоящим хищником рядом с жертвой. Непередаваемые ощущения.

– Можешь не называть имен. Просто кивни, если я права.

– Ты ведь и так понимаешь, кто это. У тебя здесь не так уж много врагов, – тихо произносит Женя.

– Ты прав. И мне не очень хочется вносить тебя в этот список.

– Мне бы тоже этого не хотелось, – мрачно отвечает он. – Алена, я не мог отказаться. Прости. И я не могу сказать тебе больше. Пусть вокруг все играют в добрых друзей и стаю, что держится друг друга, на самом же деле здесь все одиночки. Никому нельзя верить.

– Спасибо за совет, Жень. И, я надеюсь, за правду, – смотрю на него не моргая, чтобы ничего не упустить. – Мне на самом деле не нужны неприятности, и я не хочу, чтобы наша с тобой ссора затянулась. Мне еще здесь учиться, и тебе тоже. А теперь нам все-таки придется сделать то, что от нас ждут.

Вытаскиваю руки из карманов и сжимаю кулаки до хруста в пальцах, а губы Жени дергаются в подобии улыбки.

– От такой девушки, как ты, даже в нос получить приятно.

Прищуриваюсь и делаю шаг вперед:

– Этого не будет. Ты выполнил свою часть сделки, я выполню свою.

Женя пораженно моргает, и я отступаю, склоняя голову.

– Знаешь что, Жень? Если бы не все это, то, может быть, через пару нормальных свиданий у нас бы что-то и получилось.

– А вот это по-настоящему больно, – с печальным весельем отвечает он.

Коротко оглядываюсь через плечо, Мнац стоит под фонарем, широко расставив ноги. Глубоко вдыхаю, готовясь к рывку, и серьезно обращаюсь к Жене:

– Тебе лучше поскорее уйти и не попадаться Мнацу на глаза пару недель.

– Понял, – кивает он. – Спасибо и… прости еще раз.

– Просто забудем.

– Алена… – несмело зовет Женя и тут же отводит взгляд. – Ему тоже нельзя верить.

Принимаю информацию, но пока не знаю, что с ней делать. Разворачиваемся с Женей в разные стороны, слышу за спиной быстрые шаги и сама срываюсь с места, потому что Мнац уже несется вперед. Перегораживаю ему путь и легонько толкаю в плечи. Он открывает рот, но я его опережаю:

– Я закончила!

– А я не закончил, – рычит он и пытается меня обойти.

Зеркалю его движения, снова оказываясь перед ним и для убедительности толкаю еще раз.

– Ты должен обо мне кое-что узнать, Мнац. Я Лев по гороскопу.

Он на секунду теряется, услышав модернизацию своей же фразы, и я продолжаю, пользуясь случаем:

– И если я сказала, что закончила, значит закончила. Не вмешивайся. Женя всего лишь пешка во вчерашней ситуации. Злодей не он.

– А кто?

– Спроси у своей бывшей, – едко бросаю я.

Мнац снисходительно качает головой, и на этот раз его отношение ко мне, как к ребенку, злит в сто крат сильнее, чем обычно.

– Это он так сказал?

– Это я так сказала! – заявляю уверенно, взяв эмоции под контроль.

– Считаешь это оправданием? – пытливо прищуривается Мнац.

– Не совсем, но и нет смысла вымещать злость на пистолете, из которого в тебя стреляли. Верно?

– Кажется, наши тренировки окончены, Алена, – обескураженно произносит он. – Мне больше нечему тебя учить.

– Тебе самому еще учиться и учиться.

Мнац приподнимает уголок губ, заметно остывая, и я тихо опустошаю легкие, понимая, что победила. Правда, облегчение длится недолго, потому что Мнац подступает:

– Завтра у тебя выпускной экзамен. Придешь?

– Надо же. У меня есть выбор?

– Надо же, – весело повторяет он. – Ты вышла из стадии амебы?

– Пришлось, – пожимаю плечами, не желая оправдываться.

– Если хочешь закрепить все, чему научилась, то я буду ждать тебя в шесть.

– Я подумаю.

– Подумай, – вкрадчиво произносит он.

– Тогда… пока, – прощаюсь я, но не могу уйти.

Что-то еще держит. Его взгляд или недосказанность, что повисает между нами. Если тренировки закончены, то и наше общение тоже, но Мнац мне все еще нужен. Для дела, разумеется.

– Может, сходим поужинать? – вдруг предлагает он.

Соглашусь – проиграю. Все, что дается легко, тут же обесценивается.

– Нет, – качаю головой. – Не сегодня.

– Завтра?

– Ты что, клеишься ко мне? – не могу сдержать усмешки.

– Мы с тобой не чужие люди, Алена.

Ну конечно! Почти родственные души, или что еще он может наплести ради того, чтобы получить нужный ему результат.

– Я так не думаю, – отвечаю гордо.

– Подумай еще, – дерзко и самоуверенно произносит Мнац.

Делаю небольшой шаг вперед и приподнимаю подбородок, не показывая на лице лишних эмоций:

– Пока, Даниил. Хорошего тебе вечера.