Встречая рассвет - Янина Логвин

Эшли

К вечеру снегопад в Рочестере усилился, а к ночи северо-западную часть штата накрывает снежный циклон, и мой рейс в Нью-Йорк откладывается на десять часов.

Я так устала и морально истощена, что засыпаю прямо в зале ожидания, подложив рюкзак под голову, а сумочку спрятав под пальто. А когда, наконец, прилетаю в Нью-Йорк, — оказывается, что мой рейс в Северную Каролину уже улетел, и мне снова приходится ждать.

Я возвращаюсь в Сэндфилд-Рок только к позднему вечеру следующего дня. Сегодня сочельник и в городе все светится от рождественских огней и праздничной иллюминации. Возле торговой плазы, у которой я остановилась, чтобы кое-что купить, рядом со сверкающей елкой группа девушек в костюмах ангелов поют рождественский гимн «Тихая ночь», обсыпая прохожих конфетти и раздавая леденцы. Когда-то в детстве я любила слушать подобное пение бесконечно долго и подпевать сама. Даже жаль, что эти беззаботные времена давно прошли.

Наш коттедж на улице Трех кленов тоже украшен парой гирлянд, на двери висит венок Адвента, но свет в кухне в этот вечер сочельника не горит, как во множестве домов по соседству, и это означает, что наша семья до сих пор не собралась за одним столом.

Я оставляю машину в гараже и захожу в дом. В гостиной полутемно, на первом этаже горят лишь несколько светильников. Раздевшись и немного постояв внизу, я поднимаюсь по лестнице наверх. Но вместо того, чтобы свернуть к себе, сворачиваю в соседнюю сторону крыла.

— Привет, Эшли. Ну, наконец-то!

Дверь в комнату сводной сестры открыта, и я захожу в ее спальню.

— Привет, Кейт.

Она сидит за компьютерным столом и что-то выбирает в интернет-каталоге — я не замечаю, что именно. Да это и не важно. Но услышав шаги и увидев меня, поворачивается на крутящемся кресле и встает. Замечает с легкой досадой:

— У тебя не работал телефон. С самого утра нет никакой связи.

— Разрядилась батарея. Если бы ты знала, сколько в Нью-Йорке людей! Терминал полон, у меня просто не было возможности достать хоть немного энергии. Перед этим мы почти час говорили с папой и… В общем, я надеялась, что вы меня не потеряете.

Я уже знаю, что случилось с Кейт прошлым вечером в кафе-баре «Шесть шмелей». Слава богу, что папа приехал вовремя и успел отбить падчерицу у подонков и арестовать их. Он рассказал мне о ситуации коротко, заметив в конце, что Кэтрин уже дома и с ней все в порядке. Но я не ожидала увидеть, как сильно она пострадала.

У Кейт медицинский бандаж на запястье и подбит глаз. Он практически заплыл и сейчас ужасного багрового цвета. Надетые на лицо очки только усугубляют картину, заставив меня опустить рюкзак у стены и выдохнуть:

— Господи… Что они… что эти мрази с тобой сделали?!

— Один сделал — Кори Райли, — со смешком бросает Кейт. — Это с ним мы схватились. Остальные лишь смотрели. Дуглас, Эван… и Шон. Не «Беркуты», а трусливые ублюдки! — презрительно поднимает уголок губ. — Но знаешь, Эшли, мне совершенно не было страшно. А потом ворвался Брайан… О, мой отчим — крутой коп, у этого Райли не было никаких шансов!

Невероятно, но у нее еще хватает сил шутить!

— Но как же твое лицо? Он сломал тебе руку? Еще что-то повредил?

— Не успел, хотя очень хотел — сволочь! У меня фингал под глазом и трещина лучевой кости. Врач сделал болевую блокаду и пообещал, что через месяц я о трещине и не вспомню. Зато видела бы ты, что я сделала с этим ублюдком, из-за которого оговорили Мэтью. Ему теперь всю жизнь со шрамами на лице ходить! Не поверишь, — Кейт улыбается так, как я не привыкла — довольно и без тени насмешки. Признается со смехом, непривычным для меня жестом поправляя очки: — Чувствую себя сейчас настоящей красоткой. Главное, что зубы целы!

— Да уж… — вздыхаю я. — Ну и Рождество. А где родители? Почему так тихо?

— Брайан в полиции, делает все, чтобы освободить Мэтью. Коллинз, Рентон и Харт тоже. Мамаша Дугласа уже успела поднять настоящий хайп по этому поводу — даже сюда дозвонилась. Представляешь, потребовала, чтобы я немедленно подтвердила, что ее сына не было в кафе, и Дуги оболгали. А когда я отказалась, пригрозила утром разбить у здания мэрии пикет протеста и поговорить с моим отцом насчет моего воспитания. Что ж, жду не дождусь, когда она узнает о видео, и о том, как ее сынок с друзьями развлекается в школе, пока она печет пончики и раздает их за голоса в его пользу. Маме я не стала об этом говорить. Ей сегодня не до этой сумасшедшей.

Мне страшно спрашивать у сводной сестры, но не спросить не могу.

— А где Пэйт? Внизу тихо. Ты не знаешь, ей удалось что-то разузнать в «Цветах магнолии» о малыше Бетти?.. Конечно, я понимаю, что после произошедшего с тобой Патриции было не до того, но вдруг…

— Она спит. У нее была бессонная ночь и половина дня. Но мама просила меня разбудить ее, как только приедешь ты или проснется Лео…

Тысяча мыслей в одну секунду проносятся в голове, и остается светиться одна:

— Что? — я не верю своим ушам и мои брови взлетают вверх, как только я слышу знакомое имя. — Ты сказала «Лео»?.. Неужели он здесь? Или… или я не правильно поняла?

Кейт широко улыбается и не выглядит расстроенной. Поразительно, но даже с синяком под глазом и растрепанными волосами, она сегодня действительно выглядит милой и по-светлому красивой.

— Ты поняла правильно. Пойдем, Эш!

Она берет меня за руку и ведет по коридору. Заводит в гостевую комнату, которая до сегодняшнего дня всегда пустовала, но сейчас в ней горит приглушенный свет и стоит кроватка, в которой лежит месячный малыш. Такой крохотный в этом большом коттедже, что его сразу и не заметишь…

Мы обе стоим и молча смотрим на него. Переглядываемся с растерянными улыбками на лицах. Потому что видеть здесь, в доме, такую кроху — одновременно и странно, и необычно, и….

— Неужели это правда?! — шепотом изумляюсь. — Но как Патриции удалось найти и забрать Лео?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Непросто, и это мало сказать, — подтверждает мои мысли Кейт, — однако у мамы отличная команда! Оказывается, у этого женского центра уже давно подмоченная репутация и есть что скрывать. После двух часов войны с Железной Пэйт они все же сдались. Деталей я не знаю, но Лари Форсайт утром сказал Брайану, что после сегодняшней ночи он гордится своим боссом… И знаешь, Эшли, — внезапно серьезно признается Кейт, — мне вдруг стало понятно, почему после стольких лет противостояния матери с отцом, я все еще с ней, а не с ним.