Королевство грез - Джудит Макнот

— Кремовый бархат, — заметила тетушка Элинор, улыбаясь ишироко простирая руки. — Весьма непрактично, моя дорогая, но до чего жекрасиво! Почти так же красиво, как…

Дженни кинулась в ее объятия:

— О тетушка Элинор! Как я счастлива вас видеть! Я боялась,что вы не приедете…

Бренна выглянула на стук в дверь, обернулась на Дженни, ислова ее враз оборвали радостные излияния сестры:

— Дженни, папа хочет, чтоб ты сейчас же сошла вниз. Бумагиприготовлены к подписанию.

Ужас, почти смертельный, объял Дженни, болезненно скрутиввнутренности, согнав краски с лица. Тетушка Элинор просунула ей под локоть рукуи, откровенно пытаясь отвлечь от мыслей о предстоящем, мягко потянула к двери,неустанно щебеча и описывая ожидающую их внизу картину.

— Ты глазам своим не поверишь, зал просто битком набит, —тараторила она в ложной уверенности, что вид толпы развеет страх Дженни передвстречей с будущим супругом. — Папа твой выставил сотню вооруженных людей водном конце зала, а он — легкий оттенок высокомерия пояснил, что «он»— этоЧерный Волк, — чуть ли не столько же своих рыцарей прямо напротив, лицом к лицус вашими.

Дженни деревянной походкой шагала по длинному коридору,считая каждый свой медленный шаг последним в жизни.

— Похоже, — натужно проговорила она, — готовятся к битве, ане к свадьбе.

— Ну да, только это не так. Не совсем так. Там внизу дворянбольше, чем рыцарей. Король Джеймс, должно быть, половину двора отправилприсутствовать на церемонии, и вожди соседних кланов тоже тут.

Дженни сделала еще один скованный шаг по протяженномутемному коридору.

— Я видела, как они прибывали нынче утром.

— Да… Ну и король Генрих, наверно, пожелал, чтоб это сталоповодом для особого торжества, ибо сюда явились английские дворяне всех сортов,а некоторые привезли с собой и жен. Чрезвычайно поразительное зрелище —шотландцы и англичане, в атласе и бархате, собравшиеся вместе…

Дженни повернула и принялась преодолевать короткие крутыепролеты лестницы, витками каменных ступеней сбегающей в зал.

— Там, внизу, очень тихо… — заметила она дрожащим голосом,стараясь уловить приглушенные звуки мужских голосов, преисполненных вымученноговеселья, нервные смешки женщин… и ничего более. — Чем они все заняты?

— Ну либо обмениваются ледяными взглядами, — весело отвечалатетушка Элинор, — либо прикидываются, что не замечают присутствия в зале второйполовины.

Дженни совершила последний поворот почти в самом низулестницы. Помедлила, собираясь с силами, прикусила трясущуюся губу, потомвызывающе тряхнула головой, высоко вздернула подбородок и шагнула вперед.

Зловещая тишина медленно опускалась на зал при появленииДженнифер, а представшая ее взору картина сулила мрачные предзнаменования неменее красноречиво, чем молчание. Факелы ярко пылали в гнездах, вделанных вкаменные стены, бросая отсветы на застывших, недружелюбных зрителей. Подфакелами недвижно высились вооруженные мужчины; леди и лорды стояли бок о бок —англичане в одном конце зала, шотландцы — в другом, точно так, как рассказывалатетушка Элинор.

Но не гости были причиною непроизвольной дрожи в коленкахДженни, а высокая мощная фигура, одиноко громоздящаяся в центре зала исозерцающая ее твердым сверкающим взором. Дьявольским призраком она вырисовываласьперед ней, в плаще винного цвета с черными полосами, пылая такой страшнойяростью, что даже соотечественники старались держаться подальше.

Отец Дженни вышел, чтобы предложить Дженнифер руку, всопровождении стражей по бокам, но Волк стоял один. Всемогущий и полныйпрезрения к заклятым врагам, он открыто пренебрегал необходимостью защищатьсяот них. Отец продел руку Дженни себе под локоть, повел вперед, и широкаяполоса, отделяющая в зале шотландцев от англичан, стала еще больше по мере ихприближения.

Справа от Дженни стояли шотландцы, обратив к ней суровые,гордые лица, выражавшие гнев и сочувствие, слева — надменные англичане,глядевшие на нее с холодной враждебностью. А впереди преграждала путь грознаяфигура ее будущего супруга с чуть выдвинутой ногой, со скрещенными на грудируками; он разглядывал ее, словно она была неким мерзким созданием, ползущим пополу.

Не в силах выдержать этот взгляд, Дженни вперила глаза вточку, находящуюся над его левым плечом, в смятении гадая, отступит ли он в сторону,дав им пройти. Сердце ее колотилось о грудную клетку, как осадный таран, онавцепилась в руку отца, но дьявол отказывался пошевелиться, нарочно заставив ихс отцом обойти его. Дженни почти в истерике сообразила, что это лишь первый актпрезрения и унижения, которым он будет публично и наедине подвергать ее всюоставшуюся жизнь.

К счастью, особо раздумывать по этому поводу не оставалосьвремени, ибо другое кошмарное событие уже поджидало ее — подписаниерасстеленного на столе брачного контракта. У стола стояли двое мужчин, один изних был эмиссаром двора короля Иакова, другой — посланником двора короляГенриха; оба присутствовали на церемонии в качестве свидетелей.

Подойдя к столу, отец Дженни остановился и выпустил еехолодную, липкую ладонь, лишив своего успокаивающего пожатия.

— Варвар, — отчетливо проговорил он так, чтоб все слышали, —уже подписал.

Враждебность в зале выросла до угрожающе ощутимых масштабовпри этих словах, распоровших воздух словно миллионы кинжалов, метнувшихся отшотландцев к англичанам и обратно. Застыв в немом упорстве, Дженни глядела надлинный свиток, заключающий в себе все статьи, составляющие ее приданое, инеобратимо, навечно приговаривающий ее к жизни жены и рабыни мужчины, которогоона ненавидела и который ненавидел ее. В конце свитка герцог Клеймор нацарапалтвердой рукой свою подпись — подпись ее захватчика, а теперь и тюремщика.

На столе рядом с бумагой лежало перо, стояла чернильница, ихотя Дженни заставила себя прикоснуться к перу, трясущиеся пальцы отказывалисьповиноваться. Эмиссар короля Иакова шагнул вперед. Дженни подняла на негобеспомощный, сердитый, несчастный взгляд.

— Миледи, — проговорил он с сочувственной вежливостью иявным намерением показать англичанам, присутствующим в зале, что леди Дженниферпользуется уважением самого короля Иакова, — государь наш, король ИаковШотландский, поручил мне передать вам его поздравления и заверить, что всяШотландия перед вами в долгу за жертву, которую вы приносите ради нашеговозлюбленного отечества. Вы — гордость великого клана Мерриков, равно как ивсей Шотландии.

Дженни заинтересовалась, нарочно ли он подчеркнул слово«жертва», а эмиссар взял перо и многозначительно протянул ей.