Легенды девяти миров. Пробуждение - Daria Zubkova

— Не знаю, Скотт. Что-то во всей этой истории не даёт мне покоя — я тяжело вздохнула, и устало откинулась на спинку дивана — Отец на моей памяти впервые завёл подобные разговоры, а его удрученный и усталый вид дают мне основания задуматься над подобной перспективой.

— Не думала попробовать разузнать правду о матери?

— Думала и не раз, но вот как это правильно сделать, я не могу понять.

— Так спроси ее напрямую. Ты сама сказала, что она врет твоему отцу, прикрывая свои отъезды из дома своими визитами к тебе. Спроси ее напрямую, о каких визитах идёт речь и где она пропадает все это время, а главное, зачем она все это скрывает.

— Ты думаешь, что вопрос напрямую даст какие-то ответы?

— По крайней мере, я предполагаю, что даст.

— Все-таки мне всегда будет интересно, кем же ты был в своей прошлой жизни — я внимательно осмотрела Скотта, будто видела его впервые в жизни.

— Мне тоже, но мы оба знаем, что нам не суждено этого узнать — в голосе Скотта впервые за долгое время промелькнула некоторая грусть, которую он позволял себе крайне редко.

— А я не была бы так в этом уверена. Ты читал мою диссертацию?

— Большую ее часть, но не всю. А причём здесь твоя диссертация?

— Ты прочитал мою основную теорию о восстановлении ментальной памяти личности и возвращении глубоко сокрытых воспоминаний?

— Прочитал. И как я понял, чтоб вернуть память и потерянную личность, человеку необходимо пережить сильный стресс или эмоциональный всплеск неимоверной силы, чтоб заставить мозг активно работать, а его нейроны привести в быстрое и активное движение.

— Ого. Вот это память — восхитилась я столь неожиданному и развернутому ответу Скотта — Не удивительно, что тебе довольно легко даётся актерская деятельность.

— Так ты продолжаешь верить, что рано или поздно, но память вернётся ко мне?

— Я не исключаю такой возможности — я немного задумалась и тихо произнесла — Мы не знаем, что случится с нами завтра, через неделю или через год. Любой сильный стресс или какая-то ярчайшая эмоция могут вызвать у тебя подобный симптом и вернуть тебе память.

— Даже не могу представить, какого мне будет в этот момент.

— Довольно паршиво скажу я тебе.

— Почему паршиво?

— Ты же проживаешь сейчас новую жизнь с новой личности внутри. Вспомнив себя прежнего, у тебя произойдёт своеобразное наложение этих двух личностей из твоего прошлого и твоего настоящего. Ты вновь можешь потерять себя, но уже из-за непонимания, кто из этих двух личностей ты настоящий.

— Ты права. Довольно паршивая перспектива скажу я тебе — Скотт немного усмехнулся, желая развеять повисшее между нами напряжение — Так что ты решила делать со своими родителями?

— Отец собрался съездить на отдых с матерью. Я же в этот момент хочу приехать к ним домой и попробовать найти подсказки там, пока их обоих не будет дома.

— Довольно смело с твоей стороны — Скотт что-то прикинул в своей голове — Тебе нужен подсобник в твоем проникновении?

— О чем ты? Какое ещё проникновение?

— Как какое? Которое ты собираешься осуществить в скором времени — глаза Скотта вновь горели тем странным отблеском, который я видела в моменты его неимоверного воодушевления.

— Ты серьезно собрался ехать со мной и помочь мне обыскать дом моих родителей в поисках непонятно чего?

— А почему собственно нет? — Скотт пожал плечами и слабо засмеялся — Я же вроде как злодей, и это моя отрасль деятельности — взлом с проникновением в чужое жилище.

— Начнём с того, что это дом моих родителей, а значит и мой дом тоже. У меня есть все права на него, так же, как и все ключи от входных систем.

— Из-за чего наша задача в разы упрощается — Скотт подмигнул мне и как можно воодушевление произнёс — Так, когда едем?

Когда отец позвонил мне и сообщил об их с матерью скором отъезде, я была как никогда счастлива. У меня в душе разгорелась надежда, что все родительские недомолвки и недопонимания вскоре разрешатся и их отношения придут в норму. Через несколько дней родители улетели, а я и Скотт решили воплотить оговорённый нами ранее план в жизнь. Вечером, когда Скотт вернулся с очередного съёмочного дня, мы с ним пересели в мой автомобиль и направились в дом моего детства. Резиденция родителей располагалось в элитном районе Лос-Анджелеса. Беверли-Хиллс был районом проживания не только кинозвёзд, но и всех магнатов и богатеев Америки. Мои родители, являясь таковыми, не смогли отказать себе в довольно комфортабельной и внушительных размеров вилле. Я с раннего детства помнила все это богатое окружение и огромную зелёную территорию вокруг дома. Наш дом был словно крепость, которая скрывалась в тени деревьев за высоким забором. Когда я и Скотт подъехали к массивным кованым воротам, я отключила все охранные системы, и мы без труда въехали во двор. Оставив автомобиль около входа в дом, я прошла ко входной двери и дрожащей рукой открыла ее. Огромный холл был погружён в темноту, но свет уличных фонарей отбрасывал слабые блики внутри помещения. Я отключила охранную систему и включила свет в доме. Скотт вошёл в дом следом за мной, и я услышала еле различимый свист.

— Ничего себе — проговорил Скотт удивлённым голосом — Я, конечно, знал, что твои родители богаты, но чтоб настолько.

— Это не единственное их имущество — я немного смутилась такому прямому замечанию Скотта — У них есть ещё несколько объектов недвижимости.

— Почему тогда ты живешь в довольно стандартном доме? Я бы в жизни не сказал, что ты принадлежишь к довольно богатым слоям населения.

— Мне деньги родителей не нужны — мой голос стал твёрд и уверен — Я решила сама себя обеспечивать и жить за свой счёт. Я благодарна им за все, что они мне дали в жизни. Мой дом, учеба в Стэнфорде, поездки заграницу и хороший уровень жизни, за все это я буду их благодарить до конца своих дней.

— А почему ты отказалась дальше принимать их помощь? Сомневаюсь, что родители хотели лишить тебя всех благ этой жизни.

— Не хотели и до сих пор не хотят, но они смирились с моим стремлением и моей позицией на этот счёт.

С этими словами я прошла к огромной винтовой лестнице и стала подниматься на второй