Любовь в огне - Хизер Грэм

В то утро у нее появились дурные предчувствия. Видения были смутные, но не предвещали ничего доброго. Промучившись наедине с ними примерно с час, она наконец решилась. Вымыла голову, переоделась, отдала своим помощницам распоряжения насчет больных и отправилась в штабную палатку к генералу.

— Миссис Тремейн, сюда нельзя. Генерал очень занят, — сказал лейтенант Гарби, пытаясь остановить ее на входе.

— Мне совершенно необходимо увидеться с ним, и как можно скорее.

Тем временем из палатки вышел второй адъютант и тоже загородил ей дорогу.

— Миссис Тремейн, это военное совещание, а не светская вечеринка. Будьте так добры, приходите позже.

— Мне нужно поговорить с генералом безотлагательно, и я с ним поговорю, — решительно сказала Рианнон и сделала шаг вперед.

— Мэм, не заставляйте нас… — донесся до нее сзади голос лейтенанта Гарби.

— Стреляйте, если хотите, — отозвалась она и вошла в палатку.

Адъютанты не осмелились коснуться ее, но устремились следом.

Генерал Маги сидел за столом и разговаривал с полковниками Уитоном и Уиллоуби. Оба командовали эскадронами разведки.

— Сэр, мы пытались ее остановить, но она не послушалась… — виновато сказал Гарби.

— Ничего-ничего. Господа, возвращайтесь к исполнению своих обязанностей, — сказал генерал. — Миссис Тремейн, у меня сейчас совещание. Чем могу быть полезен?

Она подошла к столу и ткнула пальцем в одно место на расстеленной карте.

— Не ходите туда.

Генерал и полковники изумленно переглянулись.

— То есть как это не идти? Именно туда мы и собираемся повернуть!

Рианнон покачала головой.

— Не делайте этого! Сколько сабель в нашем отряде? Несколько сотен. А мятежников там гораздо, гораздо больше. Это верная гибель.

— Миссис Тремейн, нас как раз за тем и послали, чтобы отыскать противника, — вежливо возразил полковник Уитон.

— Но не ценой же гибели отряда! Если мы повернем в ту сторону, на юго-восток, клянусь вам, мы потеряем больше половины всех наших людей. Конфедераты на этом участке превосходят нас в живой силе в несколько раз. Прошу вас, генерал, пошлите разведчика, и он скажет, права я или нет.

— Это будет пустая трата времени, — буркнул Уиллоуби.

— Прошу вас! — продолжала настаивать Рианнон.

— На чем основаны ваши опасения? — спросил Уитон.

— На интуиции.

Уиллоуби расхохотался:

— Генерал, неужели мы будем вершить стратегию под влиянием женских капризов?

Маги внимательно посмотрел на Рианнон, та выдержала этот взгляд, твердо решив не отступать от своего.

— На проверку моих капризов уйдет всего несколько часов, — заявила она. — Генерал, если ваши разведчики обнаружат противника именно в том количестве, в каком я сказала, неужели это можно будет назвать пустой тратой времени? А если я не права, то несколько потерянных часов — разве это так много?

Маги задумался на минуту, а потом принял решение:

— Господа, поручаю вам обоим проверить утверждения миссис Тремейн. Будьте осторожны. Если сведения подтвердятся, вы, Уиллоуби, вернетесь ко мне, а вы, Уитон, отправитесь к нашим главным силам и поторопите их.

Уитон и Уиллоуби отдали честь и вышли из палатки. Они не посмели оспаривать решение своего командира, но смерили Рианнон на прощание такими взглядами, что она невольно поежилась. Не хватало ей еще наживать себе в армии Потомака личных врагов…

— Спасибо, генерал. Вы не пожалеете о том, что послушались моего совета.

— Надеюсь. Скажите, откуда у вас такие видения?

Она пожала плечами:

— Сама не знаю. Они просто есть.

На этом они попрощались, и Рианнон вернулась к своим пациентам.

Лагерь ждал возвращения разведчиков.

Наконец спустя несколько часов, когда она освободилась и ушла в палатку, чтобы привести себя в порядок, к ней явился вестовой и потребовал к генералу. Она поспешила в штаб, но генерал уже вышел и вскочил на крепкую серую в яблоках кобылу.

— Вы оказались абсолютно правы. Мятежников там в три раза больше, чем нас. Мы угробили бы отряд, если бы сунулись туда сейчас.

Рианнон промолчала.

— Вы думаете, что это ваше проклятие?

— Вы о видениях? Да, пожалуй…

— По крайней мере они помогли уберечь жизни многих десятков солдат, дитя мое. Отныне я доверяю вам всецело. Всякий раз, как вам будет что сказать мне, говорите не стесняясь.

— Хорошо, генерал…

Сидни расхаживала по камере взад-вперед, не находя себе места. Впереди еще одна ночь, которую придется провести за решеткой. Господи, много бы она отдала сейчас за то, чтобы заснуть…

Днем в тюрьму поступили новички, солдаты из осажденного Виксберга. Вид у них был жалкий. По их рассказам, обстановка в городе и окрестностях приближалась к катастрофической. Генерал Ли отчаянно пытался оттянуть на себя силы северян, но ему это пока плохо удавалось.

Зато она встретила солдата, который видел Брента. Он рассказал ей, что ее брат работает в каком-то секретном госпитале под Ричмондом. Он же слышал, что Джером оправился от ранения и продолжает ходить в море на своей барке. Джулиан находился в расположении армии северной Виргинии, а Йен — в армии Потомака… И теперь в любой момент они могли встретиться. Либо в сражении, либо после него, отыскивая раненых среди груды трупов.

Стук в дверь прервал течение ее грустных мыслей. Было уже поздно, в такой час ее обычно никто не тревожил. Сидни подошла к двери.

— Кто?

— Это я, мэм. Можно войти?

Она узнала голос и улыбнулась.

— Конечно, сержант Грейнджер. Заходите.

Дверь открылась.

— К вам гости, мэм.

Сидни удивилась, в сердце забилась слабая надежда на чудо. Но в следующее мгновение она увидела в дверях Джесса Холстона и инстинктивно отшатнулась. Он вновь был в форме офицера кавалерии. Этот синий мундир вызывал в душе Сидни неприязнь. Овладев собой, она бросила на него настороженный взгляд и… вдруг смутилась.

Ей казалось, что она вся пропиталась неприятными тюремными запахами. Сидни почувствовала себя дурнушкой и грязнулей, и ей трудно было прямо смотреть в глаза этому лощеному молодому красавцу.

— Какого черта вам здесь нужно? — спросила она сухо.

— Ну, не буду вам мешать… — кашлянув, сказал Грейнджер и вышел за порог.

— Нет, стойте! Я не хочу, чтобы вы оставляли меня наедине с этим… с этим…

Но дверь уже захлопнулась.

Она вновь обернулась к Джессу. Тот подошел к стене и смотрел в окно. Оно было небольшое, но из него открывался неплохой вид на улицы Вашингтона. По слухам, когда здесь содержали Розу Гринхау, она умудрялась передавать какие-то сведения своим соратникам даже через это окно.