Наследница солёной воды - Кэссиди Кларк

Плечи Элиаса напряглись.

— Вы уже подозревали.

— Я надеялся, что слишком остро реагирую.

Каллиас провел руками по бороде, слишком внимательно изучая Элиаса, чтобы чувствовать себя комфортно.

— Как много, по-твоему, ты знаешь о подобном?

Благодаря своему духовному сану он слишком много знал обо всех видах магии, даже о незаконных.

— Достаточно. Больше, чем большинство.

— Хорошо. Считай себя нанятым.

— Что? — Элиас и Симус сказали одновременно, в голосе Элиаса слышалась едва сдерживаемая паника, в голосе Симуса — откровенное недоверие.

— У меня точно нет никакого опыта в этой области. Моя сестра может знать больше, но она… — принц запнулся, и Элиас навострил уши. Может быть, разлад в семье? — Она занята повседневным правлением. Это останется между нами троими. Я хочу, чтобы было начато полное расследование.

— Мы сами по себе вдвоём не можем справиться с целым расследованием, — запротестовал Симус. — Особенно с Эли, таким новичком.

— Может, я и новичок, но я всё равно видел больше, чем ты, — холодно напомнил ему Элиас.

Челюсть Симуса задрожала.

— Как бы то ни было, двух человек будет недостаточно.

— Тогда возьми ещё парочку, но не больше трёх. Чем больше умов хранит тайну, тем больше найдётся ртов, готовых её раскрыть.

— Вы не собираетесь рассказать королеве?

Челюсть Каллиаса дрогнула.

— Нет, пока не будет чего-то конкретного, что я могу ей рассказать. Сейчас она занята военной работой.

Это было ещё не всё. Несмотря на то, что Элиас так мало общался с этим принцем, он знал эту едва уловимую перемену в его тоне, странный угол, под которым звучали его слова. Это был тот же тон, что и у Сорен, когда она лгала.

Он отогнал эту мысль, молча проклиная себя. Они с ней не могли оба начать идти по этому пути. Один из них должен был придерживаться реальности.

— Я счастлив служить.

Каллиас слегка ухмыльнулся.

— Хороший ответ. А пока давайте закапаем эту могилу. Не хочу, чтобы кто-нибудь наткнулся на это и поднял панику на весь город.

Элиас кивнул, хотя страх скрутил его изнутри. Его уже тошнило от этого королевства, от каждой его части: его странной магии, его кровожадных и лживых королевских особ, его рыбного запаха и тяжёлого воздуха. Но оно вцепилось когтями в его боевого товарища, а зубами — в его руку, и пока они не придумали, как вытащить их обоих…

Он поймал лопату, которую бросил ему Каллиас, и начал копать.

ГЛАВА 27

КАЛЛИАС

Были только две обязанности Первого Принца, которые Каллиас по-настоящему ненавидел. Первая, конечно, был брак по договоренности, но он не хотел сейчас зацикливаться на этом. А вторая…

— Говорю тебе, — рявкнул Финн, злее, чем когда-либо слышал его Каллиас, растопыривая руки, как будто хотел задушить их старшую сестру, — ты не можешь запускать фейерверки во дворе!

— А я тебе говорю, — возмутилась Джерихо голосом, граничащим с криком, щёки раскраснелись от пыла, а накрашенный ноготь был в дюйме от носа Финна, — что на пляже ты их не запустишь! Это загрязняет воду и пачкает песок на недели…

— А если ты запустишь их во дворе, нам придётся перестраивать дворец во второй раз!

Второе, что Каллиас ненавидел, очень ненавидел, всем своим нутром ненавидел, — это планирование мероприятий. Он уехал бы жить в кишащий жуками лес со всеми семью своими дикими двоюродными братьями-арборианцами, если бы это означало, что ему никогда больше не придётся планировать ещё один проклятый богами фестиваль.

Каллиас и Вон сидели на одном из многочисленных диванов в центре дворца, передавая друг другу пакетик ирисок из солёной воды и наблюдая за препирательствами Финна и Джерихо. Этим утром аппетит Вона проснулся с удвоенной силой; Каллиас не видел, чтобы он переставал есть с самого завтрака. Его глаза стали ярче, и на этот раз на щеках появился румянец. Каллиас был бы гораздо больше раздосадован ссорой, если бы не испытал такое облегчение, увидев, что у его шурина хороший день.

— Послушайте, — наконец, прервала Джерихо свои разглагольствования о здоровье морских черепах, махнув рукой, чтобы привлечь их внимание. — Забудьте о фейерверках. Что, если мы посмотрим, что устраивает Никс во время своих празднований, и включим некоторые из этих традиций? Это может заставить Солейл чувствовать себя как дома.

— Это противоположно тому, что мы хотим сделать, — запротестовал Финн. — Мы пытаемся увести её от Никса.

Джерихо нахмурилась.

— Я знаю это. Но, боги, разве вы не видели её лицо? Она грустная. Уже не просто злая, а грустная. Она скучает по дому. Может быть, если бы мы потрудились проявить немного сострадания…

— Это неплохая идея, — прервал её Каллиас, прежде чем Финн снова смог вцепиться ей в горло. — Но это должно быть тонко. Иначе у мамы случится припадок.

— Удачи с этим. Они, вероятно, приносят жертвы на алтарях и украшают дворец кровью, — мрачно сказал Финн, заработав пинок от Джерихо.

— Ты ужасен, — пожурила она его. — Они, вероятно, говорят то же самое о нас. Война порождает монстров в умах каждой стороны, но правда не часто бывает такой ужасной.

Каллиас поморщился, вспышки поля боя играли в прятки в его голове.

— Сказала как человек, который ещё ни разу не пробовал чужой крови во рту.

— Я так и знал. Я знал, что ты вампир, — выпалил Финн, подтолкнув Каллиаса ботинком в голень. — Все эти размышления должны были откуда-то взяться.

— Вампиров не существует, Финн, — хором произнесли Каллиас, Вон и Джерихо, их тон варьировался от усталого до откровенно раздраженного.

Финн ткнул в них пальцем.

— Вы увидите. Однажды вы все увидите. Говорю вам, старая леди Агата с Конч Стрит, она слишком жуткая, чёрт возьми, чтобы принадлежать к этому миру.

— Ей девяносто лет, Финн. И она очень милая, — сказал Вон. — Она печёт хорошее печенье.

Джерихо изумленно уставилась на мужа.

— Она давала тебе печенье?

Улыбка Вона, какой бы маленькой она ни была, стала самодовольной.

— Она говорит, что я очень милый молодой человек.

— Научи меня своим приёмам, — сказал Финн. — В прошлый раз, когда я проходил мимо её дома, она швырнула в меня метлой.

Джерихо бросила на него взгляд.

— И что ты делал, когда проходил мимо её дома?

Финн нахмурился.

— По её словам, я прятался, как хулиган.

— И я уверен, что так оно и было, — сказал Вон, протягивая руку своей жене.

Джерихо подошла и села рядом с ним, уткнулась носом в его бок и рассеянно поцеловала в уголок его подбородка. Каллиас поймал обеспокоенный взгляд, который она бросила в сторону своего мужа, который на её безмолвный вопрос ответил спокойной