С драконами не разводятся, или Факультет злодеев - Юлия Сергеевна Ханевская

Я продолжаю спуск.

Прохожу мимо стойки регистрации, открываю тяжелые металлические двери выхода. Полной грудью вдыхаю морозный воздух.

Как вкусно.

Зима пахнет чистотой и свободой. Удивительно, раньше я этого не замечала.

Подумав немного, запускаю ладонь в карман пальто, игнорирую портальный камень и достаю переговорное зеркальце. Открываю серебряную крышечку и смотрю на свое заплаканное отражение. Улыбаюсь себе и произношу:

— Лоранд. Ты сейчас не занят?

Проходит лишь пара секунд, как зеркальная гладь покрывается рябью, являя взволнованное лицо.

— Рамона? Что случилось? Ты плакала?..

Улыбка моя сама по себе становится шире. На фоне распухшего лица и красных глаз выглядит, наверное, жутковато.

— Забери меня, пожалуйста. Навсегда.

— Где ты? — без малейшей задержки.

— В столице. На пороге главной клиники города.

Изображение дракона исчезает, я снова вижу себя. Убираю зеркальце и стираю с щек последние следы влаги. Поправляю волосы за уши, делаю пару глубоких вдохов — выдохов.

Лоранд де Мортен возникает прямо из воздуха на три ступени ниже того места, где я стою. Окидывает встревоженным взглядом, словно проверяя, цела ли, и в два шага оказывается рядом.

— Милая, что ты здесь делала?..

Тянусь к нему первой, обнимаю за талию и жмусь щекой к пахнущей морозом мантии на груди.

— Отпускала прошлое.

Лоранд сжимает мои плечи, чуть отстраняя от себя, и смотрит в глаза.

— Рамона, с тобой действительно все хорошо?

Киваю. Встаю на носочки и целую его в подбородок. Выше не достаю.

Он замирает на мгновение, а потом склоняется и сминает губы в сладком поцелуе. Обнимает так бережно, словно хрустальную вазу. От этой нежности щемит в груди, становится горячо-горячо на сердце и неимоверно легко на душе.

Теперь я готова дать шанс этой выстраданной любви. Помочь ей окрепнуть, расцвести, исцелить наши общие раны.

Готова довериться Лоранду де Мортену и в полной мере ощутить, что значит быть истинной парой дракона.

Эпилог

10 лет спустя

Июль

Мона

— Мама, мама, он опять это делает!

Отвлекаюсь от книги, поднимая взгляд на бегущую ко мне через сад доченьку. Каштановые кудряшки подпрыгивают в такт движению, подол платья развивается на летнем ветерке, а карие глаза прямо искрят возмущением.

Я улыбаюсь, успевая отложить «Теорию исключительных чар» до того, как девочка настигнет меня и схватится за колени.

— Тео снова подпалил мне платье!

— Да ты что! Где? — хватаю своего пятилетнего ребенка за плечи, принимаясь вертеть ее из стороны в сторону.

Розовая ткань без единого пятнышка, бант, собравший пару прядей на затылке, тоже на месте. Не удивительно, мы ведь вышли из дома минут пять как. Одежда страдать начинает чуточку позже.

— Здесь ничего нет, солнышко, — наконец успокаиваюсь я. Притягиваю малышку к себе и чмокаю в нос. — Твой брат пошутил.

Она досадливо морщится и фыркает, как лисенок.

— Ну, я ему!

Отталкивается от моих колен и мчит обратно. Я вздыхаю и откидываюсь на спинку лавочки. Наблюдаю, как Мелиса достигает старой яблони и отпрыгивает в бок от выскочившего на нее мальчишки с взъерошенными темными волосами.

Близнецы дались нам очень тяжело, если б не целительница, уже спасшая меня однажды, роды могли закончиться плохо. Мелька носит ее имя, потому что без этой чудесной волшебницы моего курносого чуда просто не было бы.

После первых родов я не могла забеременеть больше четырех лет. А потом случилось долгожданное счастье, над которым мы с Лорандом тряслись, как над самой яркой драгоценностью нашей жизни. После Солы, конечно.

Сола — наша выстраданная девочка, биологическая дочь Рэйзора Грайборга, перенявшая от отца лишь оттенок глаз. Как и у него, они у Солы зеленые. А вот волосы — густые, глубокого темного цвета.

Лоранд души в ней не чает. Она буквально на коленях его выросла, проводя больше времени в ректорском кабинете и академии, нежели дома. Более спокойного, вдумчивого и серьезного ребенка еще поискать. Порой мне кажется, что ей сейчас не десять, а гораздо больше.

А вот Тео с Мелисой — озорные драконята. Причем в шалостях ни капельки не уступают друг другу, а уж когда скооперируются — берегись! У сына уже начала проявляться магия огня, хотя он еще очень мал для этого. Леди Беррингтон говорит, из него вырастит талантливый маг и могущественный дракон. Проявление пламени в раннем возрасте издревле считается маркером силы.

Слышу шаги за спиной и улыбаюсь, безошибочно определяя, чьи они. В следующую секунду на плечи ложатся тяжелые ладони, а виска касаются теплые губы.

— Доброе утро, любовь моя.

Лоранд приносит с собой свежий запах омытого дождем леса и терпкие нотки чего-то особенного, мужского, принадлежащего лишь ему одному.

Он обходит лавку и садится рядом, обнимая меня за плечи.

— Я отвез Солу на занятия. Леди Харвуд говорит, в скором времени ее придется отправлять в академию.

— А где у нас принимают с такого возраста?

На самом деле эта мысль уже давно сидит у меня в голове. Дочке уже скучно на индивидуальных уроках, ей нужна более сложная программа и простор в магии.

— Я займусь этим вопросом, — он бросает взгляд на книгу рядом со мной и вскидывает бровь. — Все ж решила вернуться на должность? Не привлекает тебя спокойная домашняя жизнь…

Фыркаю, хлопая ладонью по широкой груди мужа.

— У нас же был уговор! Я и так просидела с малышами больше положенного.

— Отсюда сбежали четыре няньки.

— Да, но…

— Это их проблемы, верно, дорогая.

Вздыхаю, находя глазами близнецов. Вот уже несколько минут подозрительно тихо. Ну да, все верно, залезли в шалаш, что строили с папой неделю назад, и о чем-то там шушукаются.

Несмотря на частые перепалки, Тео с Мелисой очень дружные. В моем маленьком еще хрупком мальчике уже прослеживаются мужские черты характера. Не раз он брал ответственность на себя за их общие проделки и защищал сестру в детских спорах с другими ребятами.

Из всех нянек и гувернанток с ними могла справиться одна только Марта. Но на ней и так много забот по дому. Сейчас, когда дети немного подросли, я смогу вернуться в академию. После рождения Солы у меня это вышло уже через год.

Как оказалось, короткий опыт кураторства в боевой академии оставил в душе определенный след. И очень скоро после «увольнения» захотелось продолжить. Факультет злодеев на тот момент уже выпустили, пришли новые ребята. С ними было не так весело, но зато спокойно. И я окончательно срослась со своей должностью.

О тяжелых моментах прошлого я стараюсь не вспоминать.

Когда вышла