Доверие - Алёна Сереброва

— Ты как?

— Он отозвался.

Язык не хочет ворочаться во рту, а губы едва слушаются. Странное, непривычное ощущение. Макар тут же приникает к кружке, допивая оставшиеся капли воды.

Мир вокруг него снова раскрашивается звуками: шумно выдыхает Алиса, довольно цыкает Глеб, у кого-то из соседей тихо звучит музыка.

— Ещё налить?

— Нет.

Кружку из рук выпускать всё ещё не хочется. Словно без этого керамического подобия якоря он не справится.

— Что он говорит?

И в этот же момент в голове звучит голос брата: «Я слышу чьи-то голоса».

Макар только и успевает качнуть головой и прошептать: «Потом», прежде чем прикрыть глаза и вернуться к брату. Можно и не закрывать, но… Макар просто боится, что с таким трудом налаженная связь оборвётся.

«Сможешь понять, о чём они говорят?»

«Нет. Слишком тихо. Но мужские».

— Он слышит голоса, — едва шевеля губами, передаёт Макар.

Он не знает точно как нужно вести этот разговор. Что спрашивать? Тем более, когда Костя говорит, что ничего не знает. Как подвести к нужной им информации? За что цепляться? Ведь это не фильм о спецагентах. Да и они не такие.

«Все кроме, разве что Луки» — осеняет Макара.

Тот, конечно, тоже не тянет на крутого спецагента из фильмов и сериалов, но гораздо ближе ко всему этому, чем они сами. А доверие… Он получил его, пообещав пойти за Костей.

Именно поэтому Макар передает слова брата вслух, а не оставляет при себе.

— Мужские.

— Два или больше?

Это похоже на какую-то игру: Лука задаёт вопросы, Макар спрашивает и передаёт ответы. Только это им почти ничего не даёт. Костя по-прежнему не знает, где находится. А описание: холодно, темно, пахнет сыростью и какой-то гадостью, не особо помогает.

— Мне тут предложили. — После очередного «Не знаю» слышит Макар голос Луки.

Тут же, на заднем плане звучит недоверчивый и недовольный голос Глеба: «Кто предложил?» и шиканье Алисы.

Макар в ту сторону не смотрит, только вскидывает вопросительно брови в ожидании продолжения. Не так уж важно сейчас знать «кто» предложил, важнее «что». Какая в принципе разница кто может бродить в доме медиума. А Макар погуглил о людях видящих призраков прошлым вечером.

— В общем, ты с твоей связью можешь попробовать «одержимость». Понимаю, это скорее применимо к ду…

— Да ты издеваешься⁈

Возмущение Глеба смешивается с недовольным кошачьим шипением. И даже непонятно, кто из них звучит громче.

— И что это даст? — он готов цепляться за любую возможность. Макар, конечно, не призрак и вряд ли что-то получится, но…

— Я не уверен точно ли получится, — вторит его мыслям Лука. — Но если выйдет, то ты сможешь сам посмотреть его глазами на место. Вдруг увидишь то, что упустил он.

«Вполне логично. Посмотреть на всё глазами брата…» — перекатывает в голове мысль Макар.

«Чего?» — растерянный голос. Костя не слышал ничего из сказанного в реальности.

— Я готов, что надо делать?

— Идём. Думаю в комнате будет удобней.

Макар решительно отставляет кружку на стол и поднимается. Пальцы немного подрагивают то ли от предвкушения, то ли от старательно подавливаемого страха. Он смутно представляет, что такое эта «одержимость». Лука прав, чаще всего это слово ассоциируют с духами.

«А ещё призраками и демонами…»

«Макааар?»

«Всё хорошо».

Лука бросает быстрый взгляд в сторону коридора и Макар ещё больше убеждается, что в квартире они не одни. Только сейчас мысль о ком-то потустороннем и невидимом почему-то его не трогает. Лишь сердце в груди бьётся быстрее.

Совсем скоро они смогут понять, где находится брат.

Макар уверен, что сможет в этом разобраться. Ведь Костя такой невнимательный и рассеянный. Наверняка что-нибудь да упустил.

Глеба и Алису они оставили на кухне. Макар не слышал, что именно сказал Лука и как убедил. Не вслушивался в чужие слова, предпочитая обратиться вовнутрь, а не вовне. Туда, где брат.

— Проходи.

Комната как комната: обставленная по минимуму, да вместо кровати диван. Только неприятно холодно и такое ощущение, что эта прохлада даже под джемпер забирается.

«Макар?»

«Кость, ты же согласен на эксперимент?»

Пока дверь не закрылась и пусть и эфемерного, но пути назад не стало, Макар молчал, не дёргая брата. Позволил продолжить осматриваться и прислушиваться к окружающей его темноте, хотя точно уже знал: ничего нового они, скорее всего, от него не получат.

«Какой?»

«Забавный. Если получится, я смогу забраться в твою голову».

«Ты и так в моей голове» — смешок звучит так, что хочется ответить улыбкой. Потому как внутри от этого звука становится теплее.

«Посмотрю твоим глазами» — продолжает Макар.

«Звучит жутко!»

«Ненадолго».

«А если нет?»

«Всё останется как прежде».

Макар не уверен в этом, но говорить брату не собирается.

— Я готов.

— А я немного нет, — честно признается Лука, подвигая кресло ближе к дивану. — Садись, а я пока проконсультируюсь. В смысле не пугайся, если что, и пальцем у виска тоже не крути. Крыша у меня на месте, — криво усмехается Лука. И, Макар готов поспорить, что не ослышался, добавляет себе под нос: — Хотя последнее время сам порой в этом неуверен.

Хочется уточнить с кем именно он собрался консультироваться, чей тут призрак, но Лука уже отворачивается от него в сторону двери. Сосредоточенный, спокойный. И словно продолжает начатый уже ранее разговор, хотя ни к кому кроме них он на кухне не обращался.

— Я понимаю просто взять и войти, но… Ты понимаешь что то, что просто для тебя, невыполнимо для него? Принимающей стороны здесь нет, сам Макар тоже живой человек… — Лука хмурится, видимо вслушиваясь в ответ.

Макар оборачивается снова в сторону двери, но там, как и прежде, пусто. Ни движения тени, ни колыхания воздуха. Мурашки ползут по