Мой мужчина - Джоанна Линдсей

Мэриан поймала себя на том, что сидит, подобно Кэтлин, зажмурившись, как бы открещиваясь от мира, что рухнул так внезапно и в одночасье. Из богатой наследницы она превратилась в бесприданницу. На душе было пусто, под ложечкой неприятно посасывало.

Как это можно — вот так, вдруг? Отец ничем не показывал, что у него неприятности. До самой поездки он вел себя совершенно как всегда. Человек, который терпит финансовый крах, не может себя не выдать, хоть как-нибудь, хоть один раз!

— Держись, дорогая моя, — сказала Кэтлин сочувственно. — Поверь, я не преувеличиваю — в Техасе все иначе. Если ты думаешь, что завтра все поклонники от тебя отвернутся, ты ошибаешься. Предложения, которые ты получила, были ради тебя самой, не ради твоих денег!

— Верю, тетя Кэтлин. Дело не в этом. Я просто не могу себе представить, каким образом отец мог обанкротиться. Если верить завещанию, он был весьма состоятелен, деньги вложил в целый ряд предприятий и всевозможную недвижимость. Мы с Амандой даже не надеялись на такое наследство! И ко всему прочему он имел большой наличный капитал в банке.

— Полагаю, так оно и было на момент составления завещания. Одно время это был процветающий делец. Кто знает, может быть, деньги ударили ему в голову… Так или иначе, он зарвался.

— То есть?!

— Затеял ремонт и усовершенствование почти всей своей недвижимости сразу, делал все новые заказы, не дожидаясь, пока прежние окупятся, и в конце концов оказался при товаре, на который нет спроса. К тому же он начал расширять дело, взял несколько ссуд под большие проценты — и не уложился в сроки. Чтобы выкрутиться, он начал распродавать имущество, а когда и это не помогло, залез в долги.

— Но он ни словом не обмолвился!..

— Зная его, не удивляюсь. Мортимер безоглядно верил в себя. Верил, что сумеет вовремя поправить дела. Потому он и не переписал завещание. А следовало бы. Знаешь, зачем он уезжал в тот последний раз? Занять еще денег.

— Возможно, что-то удастся выручить за недвижимость?

— Недвижимость пошла с молотка, чтобы покрыть долги. Это случилось вскоре после вашего отъезда. Ничего не осталось, Мэриан, и придется вам с этим смириться.

Она все еще не могла осознать услышанное. Новость была слишком тяжелой, слишком оглушающей. Хорошо помнился отец незадолго до своей смерти: ни обеспокоенно сдвинутых бровей, ни горьких складок вокруг рта, ни беспредметных вспышек раздражения — ничего, что отличает человека на краю банкротства.

Он лишь однажды затеял что-то новое: выстроил обувной магазин и, не постояв за расходами, устроил там торжественное открытие. Других новшеств Мэриан припомнить не сумела, как ни старалась.

— А как случилось, что Альберт Бриджес ни о чем не подозревал? Он же семейный поверенный!

— Он все знал, — ответила Кэтлин с гримасой отвращения. — Это жалкий трус, вот и все. У него не хватило духу сказать правду, он предпочел отправить вас сюда как богатых наследниц. Этот негодяй пишет, что боялся истерик Аманды, и тут я могу его понять, но, вообще говоря, с его стороны это бессовестно. Впрочем, ты можешь убедиться сама — вот письмо. Бриджес утверждает, что надеялся на ваш скорый брак. А новости, выходит, приберегал в качестве свадебного подарка!

— Но он же дал нам денег на дорожные расходы!

— Из своего кармана. Можешь считать, что он откупался. Успокаивал совесть. На, прочти.

Мэриан начала читать. Письмо оказалось не слишком длинным, большую часть содержимого конверта составляли бумаги на продажу имущества и расписки кредиторов о погашении долгов. Последним пошел с молотка дом в Хейверхилле — за смехотворную цену, только потому, что последний кредитор отказался ждать, пока дадут больше.

— Придется отменить заказ на платья, — со вздохом заметила Мэриан, складывая бумаги в конверт.

— Не говори глупостей! — возмутилась Кэтлин. — Твой новый гардероб не разорит меня. Спасибо Чаду — благодаря ему ранчо процветает. В дни упадка я едва ли могла бы себе это позволить. Кстати, он наладил связь с местными оптовиками, так что теперь не придется перегонять скот на дальние расстояния. Сколько хорошей говядины удастся сберечь! Короче, сейчас мои финансовые дела в том же состоянии, что и при муже, даже немного лучше.

Мэриан промолчала, не желая поддерживать тему о достоинствах Чада Кинкейда. Ей было хорошо известно, что он за человек, и как раз поэтому ее чувства были в таком смятении. Слушать похвалу в его адрес было выше ее сил.

— У тебя самой есть немного денег, — продолжала Кэтлин, ничего не замечая. — К тому же ты могла бы пополнить свой кошелек.

— То есть найти работу? Хм.., почему бы и нет? Но для этого придется перебраться в город.

— Совсем не обязательно! — с воодушевлением заявила тетка. — Ты можешь зарабатывать, продавая свои картины. Это покажется тебе странным, но наш захолустный городишко испытывает недостаток в предметах искусства. Орвилу, владельцу универсального магазина, время от времени удается заказать картины на побережье, так вообрази себе, их раскупают загодя, еще до прибытия! Вот почему он держит у себя на полках запас рисовальных принадлежностей: надеется, что однажды кто-нибудь этим займется и напишет полотна, достойные того, чтобы выставить их на продажу.

— А я-то думаю, отчего он так обрадовался, когда я спросила, где можно найти холсты и краски!

— Ну как, стало полегче?

В самом деле, стало. Большим облегчением было узнать, что не все в жизни зависит от наследства. Правда, Мэриан и раньше так не думала, но она выросла в богатстве и не предполагала, что оно может исчезнуть. Это был подходящий момент, чтобы начать мыслить по-иному: например, смириться с тем, что нельзя иметь все, что хочется.