Ты меня забудешь...Книга 1 - Элизабет Гафри

— Если она умная, то постарается сделать так, чтобы в скором времени его не стало.

— Не сможет, — выдает Фисташка, — выйти замуж и убить — разные вещи.

— А я думаю, сможет. Уже то, что она сама решила все проблемы, сделав себя жертвой, говорит о многом. Ты представь, что она должна была выйти замуж за Ратмира девочкой, а потом отдала свою честь врагу. Для этого надо иметь стальные яйца. Так что не удивлюсь, если скоро появится новость о его безвременной кончине.

— Ну, и гореть ему в аду! И его отцу тоже.

— Согласен. Но сколько времени упущено. А тренер твой не может вернуться на родину.

— А если не станет этого Руслана, сможет?

— Думаю, да. Уже время прошло, да и не будет главного пострадавшего.

— Давно это случилось?

— 5 года назад.

— Так этот урод уже должен был сдохнуть.

— К мести надо подходить с холодной головой, Кира.

— А почему ты хотел, чтобы я ушла от него? Не из-за того, что ему срок грозит в России?

— Нет. Я уже говорил, не хотел, чтобы и ты попала в сложную ситуацию. Ты же нравишься ему и не вздумай отрицать.

— Да, не хотелось признавать, но ты действительно прав. Раньше я этого не замечала. Но уходить не буду. Нравится это одно, любить другое.

— Ты хочешь сказать, что он до сих пор любит Айшу?

— Думаю, да.

— А я думаю, нет. Как мужчина тебе говорю. Со всем можно справится вместе. Но не решать проблему самостоятельно, еще и в такой форме. Отодвину мужчину на задворки. Мы такого не любим и редко прощаем. Если конечно, мужик не тряпка.

— Да он на свободе благодаря ей. Спит, ест, преподает, все это только благодаря ей. Я просто не понимаю почему она тянет?

Кира много жестикулировала, когда злилась.

— Выйди она замуж и сразу убей его, это вызвало бы подозрения.

— Я никогда не смогла бы выйти за своего насильника, — выпалила девушка на эмоциях, — не смогла бы. Я бы лучше придушила его, где-нибудь по тихой.

Кира злилась, ее начало сильно потряхивать. Дыхание участилось, кулаки сжались, пальцы на ногах сильно подогнулись. Я заволновался. Странная реакция.

— Кира, малыш, что с тобой?

Но Фисташка вдруг перестала реагировать и застыла в несуразной позе, как сломанная кукла в спешке посаженая на диван.

Быстро окинул взглядом и ужаснулся. Мышцы на руках и ногах свело. На правой икре они просто ходили ходуном, как клавиши под крышкой пианино, а Кира не могла вымолвить и слова.

— Что с тобой? — переполошился я, но у девчонки даже губы исказило.

Я заметался по комнате в поисках телефона, когда Кира замычала. Подошел к кровати и увидел, что по щекам у нее бегут слезы. Ей больно. Боже… Глаза Киры скосились вниз, к ягодицам, где лежал телефон.

— Что милая? Что ты хочешь сказать?

— А-а-т, — мычала она, а я никак не мог понять в чем дело.

Челюсть сомкнулась, как будто на нее влияет, что-то из вне…

Первый раз в жизни, я растерялся. Когда собирал на нее досье, смотрел ее дело, историю болезни, но там нигде ни слова не было написано о ее диагнозе. Я точно уверен, я бы обратил внимание. Надеюсь, это не инсульт.

— Кира, Ратмир? Ты это говоришь?

— Д-д-д

— Я понял. Черт. Пароль.

— Мм-м-м

Я схватил свой телефон и набрал Ратмира. Потому что его номер у меня был. И пока Кира скажет пароль, мы потеряем время. Было около 4, надеюсь он не на тренировке.

— Алло? — на третьем гудке на звонок ответили.

— Так, слушай внимательно. Киру парализовало. Скрючило, как старый дуб. Говорить не может, челюсти намертво сомкнуло. Что делать? — я не преставился и ничего не стал про себя говорить.

— Бл*дь, — послышалось ругательство, — ты что ее насиловал, что ли? — мужик сразу понял, кто ему набрал и даже не переведя дыхание, снова затараторил, — быстро набирай ванную горячей воды. Горячей, не теплой. Попробуй локтем, как детям ванную готовишь. Чтобы терпимо, но не обожгло.

Кира продолжает сидеть, не шелохнется. Благо, что глаза закрыть может. Закрывает, а я опрометью кидаюсь в ванную.

— Джакузи есть?

Хм, в другой ситуации я бы порадовался его смекалке. Понял все-таки, что перед ним не средний класс.

— Есть, — мне не нравится его командный тон, но сейчас не буду об этом думать. Кира важнее.

— Когда ванная наберется, положи ее так, чтобы в ноги ей била струя, спину поддерживай.

А я недооценил его, — сознание по привычке обрабатывало любую поступающую информацию, — они с Кирой намного ближе, чем я думал. Значит, он уже видел такое…

— Меняй местами.

— Менять что? — не понял я.

— Ее верти, как юлу. Попеременно, чтобы струи попадали на все зоны мышц. Ее должно отпустить.

— Понял, — кладу телефон на бортик ванной и включаю весь напор, который может выдать кран.

— Где вы?

— А что?

— Сейчас приеду.

Зачем? — на секунду забываю про воду и напрягаюсь.

— Потому что ей лекарство нужны, успокоительные. У меня такие, как у тренера есть, а у тебя?

— В аптеке?

— Без рецепта не продадут.

Злюсь, но отель называю, а также этаж и номер. Пока ванная набирается, бегу к Кире. Девчонка так и сидит, закрыв глаза. Слезы уже не бегут, но лицо перекосило. Видно, как ей больно. Спина неестественно прямая, пальцы в кулаках сжаты с такой силой, что побелели костяшки.

Сажусь сзади, обнимая ногами ее тонкую спину, облокачиваю спиной на грудь и хватаю гостиничный телефон. Звоню на рецепцию, предупреждаю, что придет гость, прошу, чтобы пропустили. Через 5 минут, в таком же сидячем положении переношу Киру в ванную и опускаю в воду. Прямо, как есть, в одежде. После совместного душа, девушка все-таки облачилась в мою футболку и надела свои хлопковые трусы.

Растираю плечи, лодыжки, икры, хватаю везде, где успеваю, но боюсь переборщить. Она такая худенькая… а от того, как болезненно сейчас смотреться ее поза, кожа кажется перетянутой, будто вот-вот лопнет и откроет занавес на неприглядную картину крошева мяса с костями… поему-то именно такое лезет в голову.

Уже прошло не меньше 10 минут. Как она это терпит? Не представляю, какую боль она испытывает. Это же, как будто судорогой сводит все тело…

— Милая моя, — буру в руку ее маленький кулачок и пытаюсь просунуть меж ее пальцев, свой большой, — сейчас все пройдет, сейчас станет легче… — яростно натираю ее предплечья и кисти, но Кирино тело заклинило, оно как будто вообще не хочет поддаваться моим