Сверкающая надежда - София Лилли

Он не подал виду, что очень рад отцу Уэстона, но было ясно, что эти двое очень близки.

— Уэстон выполнял домашние задания, потом работал здесь, а теперь он привел сюда и тебя.

Улыбка расплылась по его губам, когда он укладывал котлеты на бургеры и рассказывал об Уэстоне.

— Он действительно отличный парень. Уэстон может быть довольно трудным, но когда он любит, он действительно любит.

Руди завернул картофель фри, бургеры и маленький стаканчик с оливками в бумажный пакет.

Я спрыгнула с табурета, когда Уэстон появился из дверного проема, и улыбнулась ему, когда он подошел ко мне.

— Ужин за счет заведения для вас обоих. — Сказал Руди, протягивая мне пакет.

— Хотя бы чаевые возьми. — Попросил Уэстон, но Руди отказался от десятидолларовой купюры.

Уэстон сложил купюру пополам и положил ее в коробку для денег в форме гамбургера, после чего Руди вытолкал его за дверь.

— Убедись, что вы добрались до дома. Не стесняйтесь, заходите еще. — Крикнул он, когда мы уже стояли на ступеньках, которые были покрыты.

— Спасибо, сэр. — Я протянула пакет, и он усмехнулся.

— Не забывай о моих словах. — Подмигнул он мне, и я кивнула.

Я навсегда запомню слова Руди.

— Держи ее, Уэстон, и заботься о ней. Она мне нравится.

— Буду. Обещаю. — Улыбнулся он, и я подняла на него глаза.

Мой живот наполнился таким количеством бабочек, что я могла поклясться, что внутри меня был целый зоопарк, а сердце ощущало полноту и удовлетворение.

Может ли это быть вечно?

Только он и я.

Мы попрощались с Руди, быстро подошли к машине и сели в нее.

— Какие слова ты должна запомнить? — С любопытством спросил он, выезжая с парковки на улицу.

— Пожалуйста, только не ту историю, когда я случайно пролил молочный коктейль на гостя?

— Нет, но спасибо, что упомянул об этом. Теперь я хочу услышать эту историю, — начала я смеяться, — но как ты пролил молочный коктейль на гостя?

— Я наткнулся на их пуделя, который носил розовые бантики на ушах. — Начал рассказывать он.

К тому времени, когда мы вернулись домой, он рассказывал обо всех своих выходках, которые произошли с ним там, в закусочной, когда он помогал оплачивать хоккейную экипировку.

Когда мы пришли домой, во всем доме было темно, кроме одной комнаты.

— Пойду пожелаю маме спокойной ночи. — Прошептала я Уэстону, который уже шел впереди с едой.

Я осторожно постучала в деревянную дверь маминой комнаты и приоткрыла ее, чтобы просунуть голову. Мама сидела на кровати, прислонившись к изголовью, с тюрбаном на голове и книгой в руках.

— Привет, Луни. — Она посмотрела на дверь и положила книгу рядом с собой.

— Привет, мама, я просто хотела сообщить тебе, что я вернулась.

Что-то в мамином взгляде было странным, каким-то напряженным.

— Итан уже говорил с тобой?

Я растерянно посмотрела на нее и покачала головой.

— Нет, но я собиралась встретиться с ним завтра.

Что-то кольнуло меня в лоб. Итан заходил в кафе раньше, и мы договорились, что я приду к нему завтра, потому что он будет готовить свою знаменитую пасту с лососем, и я не могла пропустить это мимо ушей. Я была уверена, что в прошлой жизни мой брат был шеф-поваром в Италии, и до сих пор жалею, что он не превратил свой кулинарный талант в профессию.

— Присядь на минутку.

— Мама, — сказала я в некоторой панике, — мне лучше остаться здесь.

Мама смотрела на меня, сначала растерянно, пока я не вошла в ее спальню, и она не увидела мою промокшую одежду.

— Твой папа пытался позвонить Итану и мне. — Сказала она.

Почему не мне?

Этот вопрос сразу же возник у меня в голове. Почему он пытался позвонить маме и Итану, а не мне?

— Я думала, у него новый номер.

— Похоже, что так. Вот почему мы оба ответили, ведь мы не знали номера. Твой папа, наверное, сохранил наши номера. — Объяснила она.

Он не запомнил мой номер.

— Я пойду наверх и переоденусь.

Я не хотела, чтобы эта тема испортила мне вечер, поэтому я отвлеклась от разговора. Теперь, когда все снова могло быть хорошо, мой папа вернулся из ниоткуда и попытался вмешаться в нашу жизнь, позвонив.

— Я просто хотела, чтобы ты знала.

— Ага, спасибо, — заставила я себя улыбнуться ей, — спокойной ночи, мам.

— Спокойной ночи, Луни.

Я как можно тише закрыла дверь на замок.

Я не знала, что мне сейчас думать по этому поводу. В голове крутилось столько вопросов, и ни на один из них нельзя было ответить, не спросив папу, не надеясь получить от него ответ. Кроме одного, потому что на этот вопрос я могла ответить сама.

Ответила бы я, если бы он мне позвонил?

Да.

Но все равно это было странное чувство — жить без него. Мой папа всегда был рядом со мной.

Он всегда старался громче всех подбадривать, когда у меня были соревнования.

Папа всегда пытался воссоздать домашнюю пасту моего брата, когда Итана не было рядом, когда я болела гриппом. Внезапно он попытался связаться с нами, и мне показалось, что мое прошлое настигает меня.

Теперь моя жизнь была здесь.

Мне еще предстоит узнать, куда приведет меня мое будущее, но точно не в родной город. Никогда больше я не посещу этот город и этот мост, где произошла авария.

Наверху, в своей комнате, я сняла ботинки и поставила их перед теплым обогревателем, а свою зимнюю куртку повесила на радиатор, чтобы она снова была сухой до завтра. Я вздрогнула, когда увидела Уэстона, прислонившегося к дверной раме моей двери в ванную.

— Как долго ты здесь стоишь? — Спросила я, стягивая свитер на голову.

— Не так уж долго, но я все еще надеялся увидеть, как ты разденешься. — Он скрестил руки перед грудью, и на его губах образовалась грязная ухмылка.

Я бросила ему свой свитер.

— Ты можешь долго ждать этого, потому что в твоей комнате есть кое-что вкусненькое.

— Я уже стою здесь. — Язвительно сказал он, и я не могла не рассмеяться над его заявлением.

— Дай мне пять минут, чтобы переодеться, а потом я присоединюсь к тебе за ужином.

Я прикоснулась губами к его губам, встав перед ним на цыпочки.

Находясь рядом с ним, я чувствовала себя невесомой.

Ощущения от того, что давал мне Уэстон, были чертовски приятными.

— Тогда ты идешь не туда. — Уэстон потянул меня за руку обратно к себе, когда я начала подходить к комоду.

— Моя одежда