Магия Открытий - Бритт Эндрюс

Кто-то деликатно (или не очень) кашлянул. Я повернула голову к мужчинам позади нас — похоже, все трое «залипли» на этот момент так же сильно, как и мы. Теперь уже мои щеки запылали, и именно в этот миг бабуля решила эффектно появиться. Ну разумеется.

— Простите, я немного опоздала. Нужно было закончить разговор с моим инструктором по танцам, — крикнула она с заднего крыльца, и я нахмурилась. Каким еще инструктором?

Бабуля вплыла в кухню, и я чуть не подавилась воздухом. Во что она, мать вашу, вырядилась? Черные микро-шорты в обтяжку, едва прикрывающие булки, и ярко-розовая майка в пайетках, которая от талии до самой груди была изрезана в лоскуты.

— Ба... — прохрипела я, вскакивая так резко, что стул за моей спиной едва не перевернулся.

Она полностью меня проигнорировала — её взгляд скользил по комнате, без сомнения, оценивая отличные экземпляры перед ней. А я просто стояла как идиотка, открывая и закрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег.

— Приветствую, мальчики. Я бабушка Сэйдж, но можете звать меня Бетти, — объявила она, уверенной походкой направляясь ко мне.

Фишер выпрямился, глаза распахнуты — он был не менее ошарашен, чем я. К счастью, среди нас оказался прирождённый казанова: Кай без колебаний шагнул к Ба.

— Очень приятно познакомиться, Бетти. Я Кай. Вы выглядите потрясающе, — сказал он, поднял её руку и поцеловал тыльную сторону ладони.

— Я знаю. Спасибо, — хихикнула она.

Кам низко рассмеялся и подошёл представиться:

— Я Кам. Спасибо, что сегодня делите Сэйдж с нами... — Он улыбнулся и протянул руку.

Ба пожала её и молниеносно ответила:

— Рада знакомству, Кам, но, думаю, мы все прекрасно понимаем, что тут вовсе не я кем-то делюсь.

Клянусь звёздами, Слоан поперхнулся.

— Ба… — одёрнула я её, но она лишь отмахнулась.

— А это у нас кто? — спросила она, сосредоточив всё внимание на мужчине рядом со мной.

— Фишер, мэм, — ответил он, уже успев вернуть самообладание после того, как она терроризировала Кама и Кая.

Ба кивнула и перевела взгляд в угол, где Слоан всё ещё стоял, вросший в пол у холодильника.

Клянусь всем космическим, если он сейчас поведёт себя как мудак — я дам ему по яйцам.

Слоан пересёк кухню и сверкнул в сторону Ба лихой улыбкой, вызвав смешок у Кая и закат глаз у Фиша. Отлично. Это явно будет интересно.

— Я Слоан, и мне казалось, что я уже познакомился со всеми женщинами в этом городе. Вы, должно быть, прятались, потому что такую красавицу я бы точно запомнил. Теперь понятно, в кого Сэйдж, — промурлыкал он и притянул её в объятия.

Объятия.

Мать их. Объятия.

Я не пропустила, как у Кама округлились глаза, и как с губ Фишера сорвался вздох. Мои брови взлетели к линии роста волос. Это что вообще сейчас было? Он пьян? Или за последние две минуты ему пересадили личность?

— Ах да. Слоан. Тот самый мальчик, который всю неделю бегает по городу и заигрывает со всеми пожилыми дамами, — сказала Ба, удерживая обе его руки, отстраняясь. — Скажи-ка, милый, это поэтому тебя не включили в этот… гарем моей внучки? У тебя фетиш на старушек?

Кай согнулся пополам от смеха, обхватив себя за талию, Фишер сиял чистым весельем, а Кам… клянусь… энергично закивал, его пучок подпрыгивал от чрезмерного энтузиазма.

— Да-да, именно такой у него фетиш, Бетти. Не знаете, есть ли у вас на примете свободные дамы, которым нужен личный мальчик-игрушка? — Кам приподнял бровь, изо всех сил сдерживая улыбку.

Слоан отпустил руки Ба и открыл рот, но, похоже, хитрая Бетти Уайлдс лишила его дара речи. Я расхохоталась, наблюдая, как он барахтается.

— Я… ты… нет. Я не… — Он метнул убийственный взгляд в Кама, а Кай за его спиной яростно закивал, подтверждая, что это всё — чистейший пиздёж.

— Кстати, мой мальчик Роджер мне всё рассказал про вашу маленькую войнушку, — невинно добавила Ба.

Лоб Слоана нахмурился.

— Кто, блядь, такой Роджер?

— Роджер, — повторила Ба, взмахнув запястьями, словно объясняла тупице. — «Ростом вот так, и выглядит, будто не покупал одежду с тысяча девятьсот семьдесят шестого».

— А… вы про Рэнди! Да, э-э… я его встречал, — пробормотал Слоан, краснея.

— Нет, его зовут Роджер. Рэнди Роджер. Я назвала его Рэнди, потому что у него слишком хваткие, мать их, руки, и все это знают, — пояснила Ба под взрывы смеха мужчин. — Но, Слоан, я хотела, чтобы ты знал: я слышала про Битву. Очевидцы уже окрестили её «Катастрофической Огуречной Резнёй двадцатого года», и, говорят, есть видео. Не могу дождаться, когда увижу!

Она запрокинула голову и расхохоталась.

— О чём она, чёрт возьми, вообще говорит? — прошипел Фишер Слоану и мне.

Я пожала плечами.

— Тсс. Потом расскажу, — процедил Слоан сквозь зубы.

Ба положила руку ему на плечо.

— Да ладно тебе, мальчик. Не скромничай! Ты теперь Капитан Огуречный Беспредел. Это надо отпраздновать!

С островка кухни донёсся хрип — Кай был на грани обморока, явно наслаждаясь тем, как суровому Слоану публично вручают его яйца. Не буду врать — мне тоже это безумно нравится. И да, я обязательно доберусь до этого видео с огурцами.

— Ладно, раз уж мы познакомились, может, кому-нибудь налить? Посидим на патио, пока Кай жарит мясо, и обсудим весь этот бардак? — предложила я.

Все согласились. Слоан — с особым энтузиазмом.

Кай достал стейки из холодильника и раздал всем пиво. Ба попросила бокал красного вина, так что я откупорила бутылку и налила ей, а она величественно поплыла к задней веранде, вся в блёстках и бахроме, которые переливались и покачивались.

— Сюда, мальчики, — позвала она, даже не оборачиваясь, следуют ли они за ней. Она всегда шла под собственный барабан.

— Ну, это было… занятно, — выпалил Фишер, и мы рассмеялись.

— Да, она может быть интенсивной. Но она лучший человек, которого я знаю. С ней всегда понятно, где ты стоишь. Она не смогла бы приукрасить правду, даже если бы держала в руках пятиколлограммовый мешок сахара, — сказала я. Я ведь предупреждала их. Но объяснять Бетти Уайлдс и пережить Бетти Уайлдс — это две очень разные вещи.

— Она охрененная, Росточек. Мои люди, — заявил Кай, начиная колдовать над стейками. — Сейчас приправлю — и выйду к вам. Если зажжёшь гриль, будет идеально.

Он поцеловал меня в щёку. Я кивнула, но он уже был слишком погружён в