Незакрытые счета - Дарья Катина

Таисия всё понимала и очень этого боялась, стараясь держать дистанцию, чем ещё сильнее раззадоривала мужчину. По мере ведения бизнеса всю недвижимость они оформляли на него, а параллельно делали договора займов, чтобы у Таисии была хоть какая-то страховка. Конечно, это не могло её полностью обезопасить от потери денег, но Хо-Хун вел себя крайне порядочно и ни разу не дал повода усомниться в его надежности. Он её реально любил!

Вот как можно этим пользоваться в своих корыстных целях? Это просто подло! Тем более, здание не стоит этих денег, даже с учётом инфляции. А расписка на него и вовсе была на сто тысяч долларов. Именно во столько оценивалось здание при мгновенной продаже. Оно, конечно, стоило дороже сотни. Ещё тогда Таисия отдала за него сто сорок тысяч, и теперь, если постараться, его можно реализовать минимум за сто пятьдесят. Но при быстрой продаже только сотка.

Она устало потерла глаза и пристально уставилась на телефон, будто ища у него совета, а потом сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, как перед прыжком в холодную воду...

— Привет, Хо, это Таисия, узнал?

— Привет, моя северная красавица, я тебя узнаю даже во сне. Ты вообще собираешься возвращаться в Китай? — радостно зачастил мужчина, не в силах совладать с эмоциями.

У Таисии внутри что-то оборвалось, и она с большим трудом заставила себя продолжить:

— Собираюсь, конечно, только не знаю, когда, — ответила она, пытаясь найти правильные слова для разговора.

Хо ненадолго замолчал, сообразив, что у девушки что-то произошло, и сразу же спросил:

— Говори, моя хорошая. Ты же не просто так звонишь, тем более ехать пока не собираешься, значит, что-то случилось, верно?

— Случилось! — ухнуло в омут Таисия, — Мне срочно понадобились деньги. Я хочу предложить тебе выкурить мою школу. Мне просто негде больше взять!

Её китайский партнер на какое-то время задумался, а потом ответил:- Тебе какая необходима сумма?

Теперь уже замерла Тая, не решаясь произнести это вслух.

– Мне нужно двести тысяч долларов, – наконец выдавила она, – Вот такая у меня ситуация.– Бывает, – спокойно ответил Хо. – Если не секрет, на что тебе деньги?– Мне не хватает на операцию, – вздохнула Таисия, понимая, что придется рассказать все.– Какая операция? – обеспокоенно спросил Хо. – Что у тебя болит? И почему такая сумма?– У меня ничего не болит, – глухо произнесла она. – Это для мужа! Операция в Израиле. Я собрала миллион двести тысяч, еще двести не хватает. Ты дашь мне денег?– Ты успела выйти замуж? – едва слышно прошептал Хо.– Так получилось, – почти неслышно ответила Таисия. – Прости, что не сообщила тебе раньше.В трубке повисла тишина, а потом раздался какой-то чужой, холодный и незнакомый голос её китайского партнера:– Куда перевести деньги?Она отправила реквизиты и, не выдержав напряжения и абсурдности ситуации, разрыдалась в уже отключенную трубку:– Спасибо тебе, миленький! Спасибо, спасибо, спасибо! Ты самый лучший партнер и мужчина на свете. Я никогда этого не забуду...Она резко обернулась на появившиеся за спиной звуки и увидела потемневшие глаза Макса, который в немом удивлении наблюдал эту сцену, только что, въехав в зал на своем кресле – сегодня он впервые самостоятельно передвигался по дому.Таисия вскочила и пулей вылетела из дома, чуть не сбив с ног Тоньку, подвернувшуюся ей по дороге.– Ты куда? – всполошилась та, увидев зареванное лицо сестры.– Топиться! – рявкнула Таисия и побежала к берегу, к своей любимой скамейке.Тонька, выпучив глаза, помчалась домой и через несколько секунд наткнулась на сидящего в кресле Макса.– Тоська топиться наладилась, – выпалила она, – Надо её спасать, а я плавать совсем не умею. Что делать?Максим ловко развернул кресло и покатился к выходу. Тонька понеслась следом, догнав его только перед ступеньками крыльца.– Помоги мне спуститься! – просипел он, и Тонька поняла!– Я уже разбираю слова, которые вы говорите! – радостно взвизгнула она, ухватываясь за заднее крепление кресла и разворачивая его спиной к выходу. Вдвоем, очень осторожно, ступенька за ступенькой, они преодолели спуск и на несколько секунд остановились перевести дыхание.

— Вы пока осторожно катитесь по дорожке, а я побегу вперед, посмотрю, что там происходит, — быстро произнесла Тонька и, немного косолапя, побежала к лестнице.

Бетонная тропинка была довольно широкой, и Макс без особых усилий управлялся со своим новым транспортным средством, параллельно наблюдая за удаляющейся спиной девушки. Она добежала до края обрыва, резко остановилась и замерла, молча глядя вниз.

— Тоська, дурочка! — неожиданно заверещала она изо всех сил. — Мы тут думали...

Окончание фразы Максим уже не услышал, так как наклонил ручку управления вперед, развивая максимальную скорость. Дорожка шла немного под уклон, и он стремительно мчался вниз.

Тонька обернулась на приближающийся шум и увидела, как коляска мчится прямо на неё. Она снова закричала, а Макс, осознав, что управление выходит из-под контроля, резко нажал на тормоза. Коляска понеслась юзом, соскочила с твердого покрытия на мягкий грунт и мгновенно опрокинулась, выбрасывая седока из удобного кресла.

Привлеченная истеричными криками сестры, удивленная Таисия, разинув рот, наблюдала, как из-за бугра буквально выпрыгнул Максим Шахов и кубарем покатился по каменистому склону. Следом за ним, теряя запчасти и куски пластика, скакала коляска, которая, в конце концов, ударила его прямо по голове.

— Господи! — только и смогла вымолвить остолбеневшая девушка, прижав обе ладошки к открытому в беззвучном крике рту.

Наверху, тревожной сиреной, снова заголосила Тонька, призывая всех к действию...

Глава 37. Планы на будущее

Макс открыл глаза и увидел нереально белый и ровный потолок, на котором не было ни лампочек, ни встроенных светильников, ни каких-либо других осветительных приборов. Он просто светился сам по себе, равномерно и совершенно безболезненно для глаз, в отличие от, того же светодиода или простой лампы накаливания со спиралью из вольфрама или угольной нити, которые раздражали слизистую оболочку. Максим, насколько смог, обвел взглядом помещение и по неуловимым признакам понял, что находиться за пределами нашей любимой Родины. Все было чуть-чуть не так, как в России, хотя заставь его перечислить эти чуть-чуть, он бы затруднился. Вскоре послышалась незнакомая речь. Идиш! Некоторые слова из этого языка он все же знал, поэтому определил сразу. Хм, я все-таки в Израиле! Интересно, как