Гордость и наслаждение - Сильвия Дэй

– Все это так же ново для меня, как и для вас. – Элиза уже пожалела о своей резкости. – И я никогда не поставлю вам в упрек заботу обо мне. В конце концов, именно за преданность я вас и ценю так высоко.

– Обещаю никогда больше не возвращаться к этой теме.

– Прошу, успокойтесь, мистер Рейнолдс, – произнесла Элиза очень тихо: у нее перехватило дыхание и ей было трудно говорить. – Я обдумала свое решение, и оно далось мне нелегко.

– Понимаю. Здесь затронуты чувства. Мне следует просто радоваться вашему счастью, не задавая вопросов. В конце концов, родись я более богатым, судьба не свела бы меня с моей дорогой Анной. – Рейнолдс с трудом улыбнулся. – В любви всегда есть риск, но она того стоит.

Элиза заглянула в свое сердце, хотя и не слишком привыкла это делать. Она постоянно задавалась вопросом, для чего нужны чувства, если разум дает гораздо лучшие советы. Но похоже, ее сердце больше не хотело подчиняться разуму. Даже в эту минуту оно сжималось от страха потерять Джаспера. Ничто на свете не заставило бы ее от него отказаться – ни память о матери, ни новые сведения, ни опыт управления своими делами. И неважно, какие он мог преследовать цели. Несмотря ни на что, Элиза желала выйти замуж за человека, так много от нее скрывавшего.

Вот что с нею стало. Рассудительная женщина, превыше всего ценившая независимость, она с открытыми глазами ступила на самый неразумный и рискованный путь из всех возможных.

Она доверилась Джасперу, и этого не изменить. Ей никак нельзя иначе – она слишком любила его.

* * *

– Посмотри, что я тебе принес!

Услышав голос Линда, Джаспер обернулся. Он стоял у себя в спальне, перед кроватью, на которой были разложены разные детали туалета, и выбирал себе костюм. Вошедший наставник держал в руке сложенный лоскут белой ткани. Взяв его, Джаспер увидел вышитую в уголке букву «Д».

– Этот шейный платок принадлежал моему деду, – пояснил Линд, засовывая руки в карманы вызывающе пестрого сюртука из тонкой шерстяной ткани, и покачался на пятках, выдавая свое волнение, что было совершенно ему несвойственно. – Потом перешел к моему отцу, а за ним ко мне. Я хочу, чтобы он был на тебе в день твоей свадьбы.

Из-за подступивших слез монограмма расплылась перед глазами Джаспера. Линд был для него почти отцом, так как настоящего отца он никогда не знал. И для Джаспера очень много значило то, что Линд относился к нему как к сыну.

– Спасибо.

Линд небрежно взмахнул дрогнувшей рукой. Тогда Джаспер шагнул вперед и обнял старого друга.

– Кто бы мог подумать, что когда-нибудь ты женишься на богатой наследнице? – пробормотал Линд грубоватым тоном. – Да еще племяннице графа!

Джаспер осторожно положил подарок на кровать.

– Я и сам не поверю, пока не будут произнесены все клятвы и священник не завершит дело.

– Малышке повезло, что она тебя заполучила. И если у нее в голове есть мозги, она это понимает.

– Она умнее всех, кого я знаю. К тому же обладает весьма своеобразным чувством юмора и очень чистосердечна. – Окинув взглядом спальню, Джаспер как будто наяву увидел здесь Элизу. – И пылка настолько, что и вообразить было бы трудно.

– Вот уж чего я не ожидал, – пробормотал Линд.

Джаспер расхохотался.

Линд окинул друга изучающим взглядом, на его губах блуждала странная полуулыбка.

– Она тебя изменила. Я до сих пор даже не осознавал, что все дело в любви.

Джаспер глубоко вздохнул. Он не говорил Элизе о своем чувстве. Наверное, просто боялся, довольствуясь тем, что желал Элизу, нуждался в ней и мог ее получить.

Отвернувшись, он показал на светло-серые бриджи, серебристый жилет и темно-серый сюртук:

– Что скажешь?

– А у тебя нет чего-нибудь помоднее? – Линд встал рядом с Джаспером и упер руки в бока.

Вспомнив замечание Элизы насчет того, что Линду не помешало бы сменить портного, Джаспер покачал головой, скрывая улыбку:

– Боюсь, нет. Видишь ли, это для тебя. Я не могу допустить, чтобы на моей свадьбе ты был одет лучше меня, ясно?

– Ты хочешь, чтобы я был на твоей свадьбе? – Вытаращив глаза, Линд уставился на него.

– Без тебя я не желаю венчаться. Кто еще меня поддержит в такой момент, если не ты, мой старый друг?

У Линда покраснел нос, а следом и глаза.

Кто-то постучал в открытую дверь. Джаспер оглянулся через плечо: на пороге стоял Патрик Кроуч, почти касаясь головой притолоки.

– Тут какая-то женщина хочет вас видеть. Я ей сказал, что вы сегодня никого не принимаете, но она упомянула лорда Монтегю, вот я и подумал, что следует вам сообщить.

– Она еще там?

– Ага.

Джаспер подошел к креслу у двери, на котором оставил свой сюртук.

Линд откашлялся:

– Я пойду с тобой.

Они спустились на первый этаж, в кабинет. Джаспер прислонился к письменному столу, а Линд устроился в большом кресле, закинув ногу на ногу. Почти сразу в комнату вошла миниатюрная брюнетка. Она была очаровательна: пушистые черные волосы и голубые, как незабудки, глаза. Держалась она чрезвычайно прямо и шла, высоко вскинув голову. Отказавшись отдать дворецкому отделанный мехом плащ и муфту, посетительница обвела кабинет неспешным внимательным взглядом и лишь потом повернулась к Джасперу:

– Мистер Бонд, полагаю?

– Да.

– Я миссис Франческа Мэйбурн.

Не снимая перчатки, она провела рукой по дамасковой обивке кушетки, лишь после этого осторожно села на самый краешек и расправила подол мокрой от дождя юбки, не обращая внимания на дорогой ковер.

Линд вытаращил глаза.

Джаспер сложил руки на груди.

– Это мой компаньон, мистер Линд. Чем мы можем быть вам полезны, миссис Мэйбурн?

– Надеюсь, я могу положиться на вашу сдержанность? – спросила женщина невыразительным тоном.

– Я бы не преуспел в своем деле, если бы не обладал этим качеством.

Брюнетка секунду-другую как будто взвешивала его ответ, потом кивнула.

– Моя сестра в опасности, мистер Бонд. А я готова на все, лишь бы ей помочь.

– Нельзя ли поподробнее?

– Элоиза молода и порывиста. – Миссис Мэйбурн посмотрела прямо ему в глаза. – Ей еще предстоит научиться владеть собой. Недавно она принялась кокетничать с графом Монтегю. Я думала, что это глупо, но относительно безвредно. В конце концов, моя сестра – замужняя женщина.

Брови Джаспера вопросительно приподнялись.

– Однако выяснилось, что лорд Монтегю – отъявленный мерзавец. – Носик миссис Мэйбурн сморщился, и это некоторым образом смягчило резкость ее слов. – Сегодня утром сестра явилась ко мне в слезах. Какое-то время назад лорд Монтегю попросил дать ему одну вещь как доказательство ее привязанности… Я была в ужасе, когда узнала об этом! Дать неопровержимое доказательство своей неосмотрительности… Я просто представить не могу, о чем она думала!