Дом на улице Мечты - Лайза Джуэлл

Тоби кивнул.

– Пойдем? – произнесла Мелинда.

Тоби взял кота на руки и завернул его в старое банное полотенце. Затем он осторожно положил его в картонную коробку, и они понесли его вниз, к машине.

В приемной у ветеринара Тоби и Мелинда молча дожидались своей очереди – Тоби рассеянно водил по затылку Бориса указательным пальцем, а Мелинда листала страницы очередной «светской хроники».

– Борис Велдтман? – произнесла медсестра.

Тоби посмотрел вверх. Медсестра улыбнулась:

– Доктор вас уже ждет.

– Ну да, – сказал ветеринар, глядя на Бориса в коробке. – Да. Борис находится на последней стадии. Практически при смерти. Я бы порекомендовал его усыпить.

– То есть вы не думаете, что будет лучше подождать и позволить ему умереть своей смертью? – уточнил Тоби.

Ветеринар приложил палец к губам и пару мгновений подумал.

– Вы можете забрать его домой, и, возможно, он протянет еще пару часов или даже день, а может быть, два. Но в данный момент Борис испытывает сильный дискомфорт. Решать, конечно, вам, но большинство людей, как правило, предпочитают с подобными вещами не тянуть.

Тоби и Мелинда переглянулись. Мелинда кивнула.

– Хорошо, – сказал Тоби. – Усыпляйте.

Ветеринар мрачно кивнул. Медсестра принесла шприц для подкожных инъекций, Тоби с Мелиндой гладили Бориса по костлявой спине, пока ему вводили препарат. Борис даже не вздрогнул, когда игла проколола его кожу, а в кровь проникли холодные химикаты.

Тоби и Мелинда в священном страхе наблюдали за котом. Его дыхание стало тяжелее и через несколько минут начало замедляться. Мелинда схватила руку Тоби и сжала что есть силы. Тоби тоже сильнее обхватил ее ладонь, удивившись, что прикосновение другого человека подействовало на него так успокаивающе. Через минуту Борис испустил последний вздох. Тоби повернулся к ветеринару:

– Он?..

Ветеринар приставил стетоскоп к грудной клетке Бориса. И кивнул.

– Да, – сказал он. – Ваш кот умер. Оставить вас наедине – попрощаться?

– Да, – ответил Тоби. – Если можно.

Ветеринар и медсестра покинули помещение, а Тоби и Мелинда встали над Борисом, поглаживая его еще теплое, но уже безжизненное тельце и крепко держа друг друга за руки. Мелинда всхлипнула. Тоби посмотрел на нее – слезы лились по ее щекам, смывая макияж.

– Бедный Борис, – проговорила она. – Так грустно.

– Да, – кивнул Тоби. – Да.

– Но, по крайней мере, они теперь вместе. Он и Гус. Там, – сказала Мелинда, глядя вверх.

– Вы думаете? – спросил Тоби, который был не склонен видеть смерть в столь романтичном свете.

– Конечно, – сказала Мелинда. – Он теперь превратился в ангела. Прекрасный котенок-ангелочек с крыльями, который летает вокруг и ищет своего папу. Это все, что он когда-либо любил. Своего папу. Разве это не так, маленький мой?

Она погладила мертвого Бориса по головке и вытерла слезы.

– Слушайте, – сказал Тоби, который уже начал чувствовать себя немного неловко, – поехали домой.

– А как же Борис? Что мы будем делать с Борисом? – ужаснулась Мелинда.

– Не знаю, – ответил Тоби. – Я думал, они здесь сами со всем справятся.

– О нет, – заплакала Мелинда. – Мы не можем оставить его здесь. Нужно похоронить его по-настоящему. Попрощаться по-настоящему. Проводить его в последний путь.

– Да? – усомнился Тоби.

– Конечно, – сказала она. – Хотя бы ради приличия.

Когда они вернулись, неся в коробке Бориса, уже совсем холодного и начинающего коченеть, шел дождь. Тоби сбегал в сарай в саду – среди груды мешков, тачек, старой мебели, велосипедных шин и цветочных горшков он попытался найти лопату. Через пять минут он вышел из сарая, покрытый паутиной, с мастерком в руках.

– Увы, – запыхавшись, произнес он. – Да и не думаю, что у меня когда-нибудь была лопата.

– Подарю тебе ее на Рождество, – ответила Мелинда.

Тоби мрачно улыбнулся и начал копать в месте, выбранном Мелиндой в нижней части сада. Земля была влажной, от нее пахло, словно от старой собаки. Мелинда стояла какое-то время под зонтиком, но вскоре ретировалась в дом, когда поняла, что дождь зарядил надолго. В какой-то момент мимо пронеслась полевая мышь, коричневая кроха, совершенно напуганная. Тоби схватился за сердце, но продолжал копать. Его руки были ледяными, а колени вымокли и были все в грязи. Вряд ли в жизни могло быть что-то мрачнее.

Как только он выкопал яму, Мелинда принесла Бориса, и Тоби плавно опустил туда завернутый в полотенце трупик. Затем Мелинда бросила туда горсть земли, превратившейся в мокрую грязь, и сразу же ушла в дом, мыть руки. Тоби закопал могилу так быстро, как только мог, и тоже поспешил в дом. Он хотел поскорее принять ванну, горячую ванну, хотел полежать в ней не меньше часа, чтобы совсем согреться, полежать и пофилософствовать. Может быть, даже начать сочинять очередное стихотворение. Но, когда он вошел в особняк, в дверях стояла Мелинда с бутылкой «Cava» в одной руке и двумя стаканами в другой.

– О, – вскрикнул от неожиданности Тоби. – А это еще зачем?

– У нас поминки, – твердо заявила Мелинда.

– О боже. В самом деле? – спросил Тоби.

– Да. Мы только что похоронили кота. Теперь будут поминки, – объяснила она.

– Но я как раз хотел… – попытался было возразить Тоби.

– Давай, – сказала Мелинда, взяв его за локоть и потянув в сторону столовой, – снимай свое пальто. Садись. Сейчас мы с тобой хорошенько напьемся.