В объятиях лунного света - Анна Кэмпбелл

– Вы хотите сказать, что я излишне любопытна, Пен?

Ее светлость бросила на подругу предостерегающий взгляд и повернулась к Нелл.

– От вас никто не требует рассказывать нам здесь то, о чем вы предпочли бы умолчать.

– Я… я хотела бы увидеться с его светлостью как можно скорее, – повторила Нелл.

Странно, но ей почему-то не хотелось говорить о преступлениях Лита с этими дамами.

– Позавтракайте сначала, – предложила герцогиня.

Нелл знала, что под испытующим взглядом леди Хармзуорт кусок не полезет ей в горло. Газеты много писали в прошлом году о свадьбе известной ученой дамы и любимчика светского общества, сэра Ричарда Хармзуорта. У Дженевив действительно был пытливый ум. А состояние Нелл не позволяло ей защищаться от любопытства этой дамы.

– Спасибо, но я не голодна.

– Нет, вы наверняка хотите есть. Не беспокойтесь, мы не будем вам докучать.

– Но… – запротестовала леди Хармзуорт.

Герцогиня встала.

– Мисс Трим очень слаба, ей нужно подкрепиться и хорошенько отдохнуть.

Спорить с ее светлостью было бесполезно. Несмотря на возражения Нелл, герцогиня и леди Хармзуорт удобно усадили ее на постели, поставили на колени поднос с завтраком и оставили чай на тумбочке. Сделав все это, они удалились.

Оставшись одна, Нелл вздохнула с облегчением. Она сказала себе, что обязательно добьется справедливости. Однако сейчас Нелл чувствовала себя слабой, одинокой и беззащитной.

Тихий стук в дверь вывел Лита из дремотного состояния. Он удивился, почему его голова лежит не на привычной мягкой подушке, а на чем-то твердом, и тут же понял, что задремал, опустив голову на письменный стол. Часы в прихожей пробили десять.

Лит разозлился на себя. Как он мог заснуть, когда Элеонора в беде! Подняв голову, он потер глаза. Затекшая шея побаливала.

В библиотеку вошел Уэллс с серебряным подносом, на котором лежало письмо.

– Простите за вторжение, милорд, но посыльный только что доставил срочную депешу от герцога Седжмура, – доложил дворецкий.

Письмо от Седжмура? О чем может писать ему герцог? Они встречались несколько раз после свадьбы Софи и Гарри Торна, которая состоялась в мае, их отношения улучшились благодаря жене герцога, удивительной женщине, умевшей прощать. Тем не менее Лит и Седжмур так и не стали друзьями.

– Спасибо, Уэллс.

Маркиз взял письмо, однако не стал вскрывать конверт. У него были более важные дела, чем известия от герцога или какие-либо просьбы Седжмуров.

В комнату вошли два лакея и сервировали завтрак на небольшом столе.

Уэллс налил маркизу чашку ароматного кофе.

– Я осмелился подать вам завтрак, хотя вы не давали таких указаний, милорд.

– Спасибо, дружище, кофе как никогда кстати.

Лит все еще туго соображал, находясь в полусонном состоянии. Туман в голове рассеялся лишь после нескольких чашек кофе. Лакеи ушли, но дворецкий остался, ожидая дальнейших распоряжений.

– Вы что-то узнали о мисс Трим за это время, Уэллс? – мрачно спросил Лит.

Уэллс с невозмутимым видом покачал головой.

– Нет, милорд.

– Может быть, у вас есть какие-то предположения, куда она уехала? – переступив через свою гордость, спросил маркиз слугу.

Взгляд Уэллса был направлен куда-то вдаль.

– Она сказала, что возвращается к своей семье.

– Может быть, у нее водились подруги среди служанок, и она была с ними более откровенной?

– Нет, сэр.

Лит стиснул зубы.

– Это все, что вы можете мне сказать?

Уэллс посмотрел на маркиза, и в его взгляде промелькнуло выражение сочувствия, мужской солидарности.

– Мисс Трим недолго пробыла здесь служанкой, вскоре после появления она стала компаньонкой ее светлости. Поэтому мисс Трим не успела подружиться с кем-либо из слуг, милорд.

Кофе вернул Литу способность ясно мыслить.

– Она не была похожа на других горничных, не так ли?

Уголки рта Уэллса дрогнули.

– Если бы мисс Трим не представила таких хороших рекомендаций с прежнего места работы и если бы нам срочно не требовались служанки, я вряд ли взял бы ее в штат. Я так и предполагал, что она другого поля ягода и не задержится у нас.

Это был ответ на вопрос, который давно уже мучил маркиза.

– Значит, ее здесь не любили?

Уэллс изменился в лице.

– Милорд, вы неправильно поняли меня. Конечно, мисс Трим завидовали, она быстро приобрела новый статус. Но мисс Трим никогда не зазнавалась, и все видели, как она заботится о ее светлости. Постепенно все полюбили ее. И нам было горько слышать, что мисс Трим уезжает из-за болезни родственницы.

– Как вы думаете, с чего мне начать ее поиски?

Уэллс налил Литу еще одну чашку кофе.

– Ее прежнее место работы было в графстве Суссекс. Хозяйка усадьбы, леди Баском, в своих рекомендациях превозносила мисс Трим до небес.

«Вранье от начала до конца!» – мрачно подумал Лит.

– Если вы что-нибудь услышите о нынешнем местопребывании мисс Трим, прошу вас немедленно сообщить мне.

– А вы расспрашивали мистера Крейна? Он был дружен с мисс Трим.

Лит слегка втянул голову в плечи, как делал это во время боксерских поединков. Хотя он, конечно, не собирался нападать на Уэллса. Во-первых, дворецкий был на двадцать лет старше него, а во-вторых – всю свою жизнь верой и правдой служил Фэрбродерам.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я хотел сказать именно то, что сказал, сэр. Мисс Трим помогла мистеру Крейну, когда он оказался не в состоянии исполнять свои обязанности.

Лит приказал себе успокоиться. Иначе среди слуг поползут сплетни, что хозяин совсем рехнулся из-за компаньонки маркизы.

– Отношения мисс Трим с Крейном были абсолютно невинны, – заявил Лит.

– Да, милорд. Я не имел в виду ничего другого.

На лице Уэллса не было и тени удивления. Похоже, все в Аллоуэй Чейз знали об отношениях маркиза и мисс Трим. Литу не удалось скрыть своих чувств от обитателей усадьбы.

– Простите, Уэллс. Меня беспокоит судьба этой девушки.

Дворецкий поклонился.

– Я осторожно наведу справки о ней.

– Сделайте любезность!

Когда Уэллс ушел, Лит вспомнил, что так и не вскрыл письмо Седжмура. Вздохнув, он сломал печать. Взяв полупустую чашку, маркиз прочитал послание, состоявшее из нескольких слов. Когда их смысл дошел до него, он с такой силой поставил чашку на стол, что кофе выплеснулся на скатерть.