Коротышка или Байкер для графа Дракулы - Анна Кувайкова

В тир по обоюдному согласию не идти, а вот на колесе обозрения прокатились. После чего, всласть протаранив друг друга на гоночных машинках, остановились на тайный перекур в кустах у фонтана, надеясь, что на сей раз никакие бабули ко мне с чтением нотаций не пристанут!

Последним, заключающим штрихом стало покупка и поедание сахарной ваты. Естественно, платить мне ни за что не дали, но клянчить у Цепеша вкусняшку мне показалось даже забавным. Получив желаемое, из чувства благодарности, я скормила вяло сопротивляющемуся юристу едва ли не половину, после чего мы оба, перемазавшись по уши, отмывались у фонтанчика, за неимением у меня влажных салфеток.

И вот тут-то детство окончательно взыграло в одном месте… Брызгаться я начала первая. Надо признать, Влад не упустил случая отомстить и, мокрые с ног до головы, мы неплохо побегали вокруг мраморных шаров, которые крутил на месте напор воды. На странные для нашего возраста развлечения мало кто обращал внимания, тут и не такое можно было увидеть…

— Попалась, — зазевавшись, смотря на двух аниматоров в костюмах панды и тигра, примостившихся на лавочке неподалеку, я внезапно оказалась плотно прижата спиной к груди довольного вампира. — Неужели еще не поняла, что от меня не убежать?

И вот тут-то я невольно замерла…

— Стась? — ласковым движением убрав прядь волос мне спину, оголяя шею, уже тише спросил мужчина. — Что случилось?

— Да просто… — я вздохнула, машинально откидываясь на грудь Цепеша, пристраивая свои ладони поверх его рук, лежащих на моем животе. — Я думала, ты другой. Высокомерный, холодный, ставящий себя превыше других. И я… ошиблась, извини. Ты не такой. И, извини за пафос, ничто человеческое тебе не чуждо.

— Так вот, о чем ты думала, — пристроив подбородок на моем плече, усмехнулся Влад. — Что я слишком от тебя отличаюсь.

— Цепеш, не издевайся, — легко пихнув его локтем в живот, я развернулась, глядя в серьезные, почему-то слишком яркие сейчас зеленые глаза. — Ты прекрасно знаешь, какое впечатление производишь на людей. Даже я вроде тебя давно знаю, но и мне казалось, что черта с два ты можешь опуститься до чего-нибудь… такого. Ну, там, заботы, человеческого понимания… парка развлечений, например. Ты богат, известен, у тебя репутация, а я всего лишь сумасшедшая байкерша. Ну, куда мне до тебя? Тебе топ-модель по статусу больше подходит, или бизнес-вумен… Что у нас может быть общего?

— Стась, ты же слышала о том, что противоположности притягиваются, — с мягкой улыбкой пояснил Алехин, ненавязчиво заставляя подойти к нему еще ближе. Хотя, казалось, куда ближе-то? — Почему мы должны быть одинаковыми?

— Допустим, слышала, — кивнула, однако соглашаться так просто не собиралась, твердо решив расставить акценты над нашими отношениями. — И всё-таки? Почему я, Цепеш? Что во мне такого?

— Свобода. Независимость, — спокойно перечислил блондин, явно не собираясь уходить от ответа. И даже язвительности и иронии в его интонациях не промелькнуло ни грамма. — У тебя нет ни рамок, ни ограничений. Ты всегда говоришь, что думаешь и чувствуешь. Хочешь, ведешь себя как ребенок, хочешь, по морде кому-нибудь двинешь…

— Очень смешно, — наморщив нос, проворчала я, хотя собственный руки, уже живя собственной жизнью, перебрались на теплую мужскую грудь. — А ты, Влад? Ты вроде тоже не особо кому-то подчиняешься…

— У меня всегда были рамки и условности, — пожал плечами Алехин так, словно речь шла о чем-то обыденном. — Улыбаться неприятным мне людям, соглашаться с теми, кого хочется послать, вращаться в кругах, которые нужны. Сначала это было обязанностью, затем вошло в привычку. Со временем стало частью характера… Этим ты меня и привлекаешь, Коротышка. В тебе есть то, чего нет во мне.

— Ну, знаешь, — умеет же кто-то признаваться так, что не знаешь, умиляться этому или пыхтеть от злости. — Это уже тянет на мазохизм… Во мне до фига чего неприятного!

— И? — иронично выгнутые брови стали мне ответом. Как никогда красноречивым! И в тоже время горячие пальцы очутились уже на моей спине под курткой, поглаживая кожу, вмиг покрывшуюся мурашками. — Это что-то меняет? Ты нравишься мне, Стась. Со всеми своими недостатками. Нравишься… и даже больше.

— А вот на этом я предлагаю закончить наш разговор, — привстав на цыпочки, я торопливо прижала ладонь к его руту. — А то сейчас дойдем еще до каких-нибудь… откровенностей! И так вроде договорились обойти без разбора полетов!

Что ни говори, а признание в любви я еще точно не готова была получить… А судя по чьему-то серьезному настрою, до этого было уже совсем недалеко!

— Так ведь не я его начал, разве нет? Я…

Закатив глаза, я вцепилась в шею блондина, заставляя его наклониться, и быстро прижалась к его губам своими, вынудив замолчать на самом интересном месте. Нет, вот что за манера оставлять последнее слово за собой, а?

Впрочем, переключаться от слов к делу кое-кто тоже весьма умеет…

Никогда не думала, что мне когда-либо придется увлеченно целоваться средь бела дня с моим вечным визави, да посреди многолюдного парка развлечений… Как и то, что это сможет мне до безобразия понравиться!

Впрочем, мироздание — та еще непредсказуемая штука, и подкинуть она в любой момент может всё, что угодно.

Но за Влада, пожалуй, ей нужно будет сказать отдельное спасибо…

Ибо где ж я еще себе такого мазохиста найду?

* * *

— Чем занята?

— Ась? — сидящая по-турецки прямо на его столе для переговоров Стася подняла голову, отозвавшись только тогда, когда он подошел к ней вплотную со спины и, обняв, пристроил голову на ее плече. По-другому до девушки было не дозваться: обложившись договорами, сметами и прочими бумажками, параллельно еще и телефоном с ноутбуком, Станислава полностью ушла в работу.

— Ты решила закончить офис, побив все рекорды по срокам? — мягко усмехнувшись, поинтересовался мужчина, мельком взглянув на содержимое бумаг. Углубляться же в их изучение он не собирался от слова вовсе, просто не видя смысла. Как и прежде, ни о каком контроле он и не думал, даже учитывая некоторые события, здорово изменили его планы на нынешнюю жизнь и будущую.

Проще говоря, от того, что колючая байкерша стала его девушкой, спрос с нее не стал строже. Хотя бы потому что она сама не собиралась просить для себя никаких поблажек.

— Ну… — скосив глаза на договор в руках, девушка фыркнула. — Я попытаюсь, а там будем посмотреть. Срок ты поставил до конца лета, но уговора, что нельзя заканчивать раньше, не было! И вообще… что там было про отсутствие контроля, а?

— Я не контролирую, Стась, — аккуратно поцеловав ершистую подругу за ухом, напомнил Влад. — Могу я просто полюбопытствовать?

— Любопытствуй, — махнув рукой, щедро разрешила Станислава, снова утыкаясь в бумаги. — Только это не значит, что я хоть что-то скажу… по крайней мере, пока хоть сама не начну хоть что-то понимать в этом бедламе!