Стану ему женой. Ребенок от монстра - Мария Устинова

— Дата рождения настоящая?

Андрей кивнул.

И тут до меня дошло: Ладов.

Я сдвинула паспорт в сторону, чтобы посмотреть на свой. Елена Ладова.

Перевернула страницы и увидела штамп о регистрации брака. Уже год, как мы в браке… И начала листать дальше, чтобы убедиться. Не просто ведь так штампы появились в паспортах после трудного разговора о дочке.

Я остановилась, заметив графу «Дети».

Так и есть… Провела по строчке пальцем. Он вписал ее. Анна Ладова. И дата рождения правильная, наверное, он никогда ту вьюжную ночь не забудет, сам принимал роды…

Следующим Андрей достал сложенное свидетельство о регистрации брака и положил сверху. Заграничные паспорта. Полный комплект документов.

У меня слов не было. Я повернулась и уставилась ему в лицо: у Андрея были грустные глаза.

— Ты боялась, она в детский дом попадет.

Трудно описать, что я ощутила. Настоящее облегчение, но какое-то тихое. Мне одной понятное. Не фейерверк чувств, а что-то более зрелое. Наверное, такие чувства испытывают, когда женятся спустя годы, когда уже дети и быт… И не так уже и нужно… Но не правда: это очень нужно мне. Нам. Всем троим.

Я молча обняла Андрея за шею обеими руками от благодарности. Не хотелось ничего говорить, только дышать знакомым запахом выветрившегося лимонного парфюма.

Он обнял меня, погладил поясницу, еще неуверенно после операции.

— Спасибо, — выдохнула я в плечо.

— Ты когда сказала про детский дом, я сразу понял, что ты права. Погоди, — Андрей отстранил меня, рука вновь нырнула под полу пиджака.

Из внутреннего кармана он вытащил простой пакетик — с двумя золотыми колечками внутри, и вытряхнул на ладонь. Я смотрела, затаив дыхание. Безропотно дала свою руку и наблюдала, как он надевает простой золотой ободок на тонкий палец.

Мы женаты.

Настоящие супруги. Я смотрела на блестящее кольцо — без камней и узоров, тоненькая полоска металла и все, пока он надевал свое…

По-настоящему женаты.

Я подняла глаза, пытаясь понять, что это значит.

— Мы останемся вместе? — прошептала я.

Андрей снова обнял меня, задумчиво глядя в лицо, а затем, словно вспомнив, что так полагается, поцеловал в губы. Слегка, просто прикоснулся.

— Не знаю…

— Андрей… — прошептала я.

— Не знаю, правда… — выдохнул он. — Может, нам придется расстаться, может, нет. Я не знаю, что будет дальше, Лена. Но я хочу, чтобы его носила. Чтобы помнила, Аня не сирота.

Наше будущее еще в тумане, но это важный шаг.

— Давай побудем вместе, — прошептала я, забыв о распрях. — Попробуем уехать… В другой город, если не получается за границу, в глушь, слышишь? Я хочу воспитывать Аню в семье. Чтобы у нее был отец, а не как у меня, ни отца, ни матери… Не бросай нас.

Глубоко личные страхи вырвались против воли. Я не хочу, чтобы моя дочь росла сиротой.

— Я вас не бросал, Лена. Были обстоятельства…

Я не хотела, чтобы он договаривал и произносил вслух, что есть они и теперь.

— Давай хотя бы попытаемся, — попросила я. — Пообещай, что подумаешь.

— Обещаю, — помедлив, согласился он.

Это обещание я вырвала клещами… Но видела — он хотел его дать. Просто не мог.

— У меня может не получиться, но я попробую. Это могу обещать.

Я уткнулась ему в грудь, и несколько минут мы стояли, обнявшись.

От избытка эмоций и слабости меня била дрожь, а он держал меня сильными руками, пока на пороге кухни не появилась сонная дочка.

— Аня встала…

Андрей обернулся, расцеловал дочь и ссадил на стул. Я тоже села.

— Исаева надо покормить, — вздохнул Андрей, снял с сушилки чистую тарелку, наложил в нее гуляш с горкой и вышел за дверь.

Вот такая у меня свадьба. Обменялись кольцами… И вернулись к рутинным делам. Несмотря на боль, усталость, задавленную где-то глубоко внутри истерику и постоянный страх, я чувствовала себя счастливой.

Смотрела на кольцо. Непривычное на пальце, легкое. Брак оформлен не на наши имена, но кольцо было настоящим.

Я и вправду его жена. Что бы это ни сулило мне.

Глава 35

Андрей

— Завтра идем к Богданову.

Присев на ступеньку, Андрей наблюдал, как позвякивая цепью, Исаев пожирает Ленин гуляш. При этих словах снайпер перестал жевать и уставился на него. Андрей невозмутимо стряхнул пепел.

Нехорошо здесь курить — и так дышать нечем.

Потерпит.

— Ты знаешь, где он? Ты его нашел?

Что выражало избитое, затекшее лицо Исаева, трудно было сказать. Глаза стали настороженными.

— Ты его найдешь, — отрезал Андрей. — Выйдешь на контакт, и дашь его выследить.

— Ты был по старому адресу?

Андрей был и ничего интересного не нашел, но не ответил. Дал понять — твое дело играть в чужой игре, и не вякать. Информации такие получают столько, сколько нужно, и ни граммом больше. Исаев вернулся к еде, но доедал без прежнего аппетита.

За последние сутки он много где был. Глодов не звонил, но слухи донесли, что его люди бегают по городу в панике. Без Андрея клиент чувствовал себя уязвимым. Собирает сведения прежде чем выйти на связь. И хорошо — Глодов пока ему не нужен.

Проверил конспиративные квартиры Исаева — те адреса, что он дал. Предварительно изучил местность, убедился, что нет растяжки — иногда такие, как он оставляли сюрпризы на брошенных или спалившихся адресах. Все было чисто. Работал он один — тут Исаев не соврал. Все денежные заначки Андрей забрал. Там немало было, деньгами его хорошо снабжали. Лене пригодятся. Нашел СВД, пистолет, патроны. Что интереснее, «винторез». Новый, в заводской смазке. Это уже любопытно.

— «Винторез» откуда взял?

— Дал Богданов, — буркнул Максим. — Оружием снабжал он.

— Зачем тебе? — Андрей затянулся, прищурившись от дыма. Со стороны прищур казался подозрительным.

«Винторез» там явно не просто так был.

Исаев медлил.

— Со мной связано?

Снайпер кивнул и нехотя признал:

— Когда узнали, что ты прикрываешь Глодова, разные идеи были, как тебя нейтрализовать. В том числе подставить.

— Так и думал, — что «винторез» его излюбленное оружие все знали. — Доедай быстрей. Надоело здесь сидеть. Завтра выдвигаемся.

Тот доел по-солдатски. Андрей забрал тарелку, подтолкнул к Исаеву бутылку, стоящую у ног, и встал. Он поднялся, захлопнул крышку погреба и остановился докурить во дворе. Пристроил грязную посуду на крыльцо и сел на ступеньку. Так тихо в деревне. Воздух чистый, дыши полной грудью. И звезд полное небо. Пахло сентябрем.

Уже холодает. Осень.

Надо девочкам найти теплую одежду. Столько забот с