Крокодильчик в перьях - Ива Лебедева

И, не давая Дейлену больше времени, прямо через окно рванула на грохот.

― Да почему ты все с ног на голову переворачиваешь?! Ада! ― проорал василиск мне вслед, но побежать за мной ему помешала вцепившаяся в волосы малышка. ― Ада! Ну, только вернись! Я тебе! Не смей драться, слышишь?!

― Я не собираюсь драться, ― сама себе под нос пробормотала я, быстро набирая высоту. Как у меня это вышло практически лысыми крыльями — оранжево-огненные пеньки подросли, но перьями еще не стали — сама не понимаю. Но в тот момент мне было наплевать. Надо лететь? Летим. ― Я только хвост намылю и клюв начищу. Чтобы не мешал сестре яйца высиживать…

Вот только, когда я наконец оказалась у купола, никаких фениксов там не обнаружилось. Зато меня прожигал взглядом о-о-очень злой, буквально пылающий праведной местью саламандр.

― Ах во-о-от кто тут буянит! ― Поскольку я была не менее зла, меня не напугали ни сверкающие вулканами глаза, ни стоящие дыбом рога. ― Что, старый дурень?! Дошло, что детей не только в одеяло надо кутать, но и кормить?! Мозгов не хватало давно спуститься со своей горы и показать яйцо лекарям?! А если бы не я?! Они бы у тебя еще лет двадцать провалялись в тряпках и окончательно погибли!

Я так воинственно хлопала лысыми крыльями перед носом огненного ящера, аж подпрыгивала от негодования, норовя если не клюнуть, так доораться, что саламандр сначала ошалело моргнул, а потом попятился. Всего на полшажочка. Но мне оказалось достаточно.

― Превращайся, Иррай. Что ты как этот? Раз пришел детей навестить, то будь человеком, а не хреном с горы.

― Боги, и я вот с этим хотел гнездо свить? ― искренне ужаснулся мужик. Да, он таки превратился. И сел прямо на купол рядом со мной. Смотрелось дико и футуристично — лысая курица и дядька в черном сидят над пустотой и беседуют. ― Слава предкам, упасли. Мало того, что страшная, как потухший вулкан, еще и скандалистка.

― Да, я такая. ― Спорить все равно было бесполезно. ― Ты, морда ящероподобная, пришел буянить в мое гнездо и недоволен, что я ругаюсь?

― Верни детей. Им тут не место.

― Угу, спешу и падаю. Куда ты их потащишь сейчас, в ту дыру? У тебя условия там есть?

― Новую ванну я уже подготовил. Их нужно туда поместить, чтобы росли.

― Сначала их надо обследовать. ― Я вздохнула и погладила саламандра по плечу.

Когда он перестал ломать мой дом и начал разговаривать как человек, злость прошла. А при взгляде на его растерянно-мрачную рожу и вовсе хотелось как-то утешить горе-папашу.

― У вас? Не смеши. Вы же… ― тут он прервался и задумчиво покрутил ладонью в воздухе.

― У нас. В куполе, если ты не знал, самые передовые разработки по педиатрии. Здесь все дети больны от рождения, но выживают, растут и даже обретают истинный облик. Внешним и не снился такой уровень лекарского дела.

Честно говоря, несла я эту пургу совершенно от балды. Но! От логичной балды. Потому что реально слышала, как дедушка Дейлена ругался на уровень внешней медицины. Мол, она настроена на легкий насморк у дракона и вообще не разбирается в патологиях магических потоков. Ибо там, за куполом, царит правило: выживают сильнейшие. И пофиг, что таких едва одна десятая набирается. Зато кто все-таки выживет, станет вот такими вот монстриками, как стоящий передо мной ящер.

― Кха, ― озадаченно сказал саламандр. ― Все равно…

― Все равно что? Иррай, ты же взрослый мужик. Ну о чем ты думал, когда пришел купол ломать в том месте, где сейчас твои дети? Хорошо, ванну ты выкопал и даже лавы туда нацедил. Но для нормального развития малышей этого мало! Их надо не только купать и поить. Еще кормить, играть, развивать, учить, ухаживать. На ручках носить, игрушки мастерить. Разбираться, из-за чего поссорились или плачут.

― Я не понимаю. Зачем тебе мои дети? Роди своих, ― снова психанул Иррай.

― Во-первых, ты мне их сам отдал, помнишь? Помнишь. Во-вторых, чужих детей не бывает.

― Что ты сказала? Чужих детей не бывает?! Курица! ― Саламандр вдруг посмотрел на меня со странным выражением: смесью ужаса и надежды. ― Да ты же курица!

― Э… ― Я удивилась. ― Ну да. А что, ты только заметил?

― Я думал, ты огненная птица феникс. Но нет, ты курица! ― прозвучало это удивительно радостно.

― То есть как это я не феникс? Или ты просто издеваешься?

― Курица в некотором плане лучше феникса! Курицы все высиживают, ― кивнул он с каким-то нездоровым энтузиазмом. ― У тебя ведь уже есть петух?

― Кхм… ну, есть. ― Я по-прежнему не совсем понимала, к чему он клонит.

Но технически Дейлен вполне себе петух, пусть и наполовину чешуйчатый.

― Тогда жди. Пойду соберу. ― Тут саламандр резко развернулся и, снова став огромной ящерицей, ускакал в небеса.

― Эм… ― Я озадаченно почесала в затылке.

Посмотрела вниз — поскольку мы сидели на куполе аккурат над академией, там во дворе столпились чуть ли не все учителя и ученики. А из окна учительского корпуса по пояс торчал мой петух и сверкал глазами, как аварийными фарами. На его голове, пародируя Змея Горыныча, сидели три маленькие саламандры и тоже с любопытством меня высматривали.

Я была очень даже не против спуститься, если честно. Но внезапно забыла, как это делается. Сюда я летела на крыльях злости, а обратно… кхм. А обратно они уже не работают. Видимо, офиг… удивление не является достаточной мотивацией для полета.

― Ащ-щ-щ! ― раздалось вдруг над моей головой. ― Сестренка! Наконец-то! Наконец-то ты догадалась сбежать и ждать меня здесь! Я тебя спасу!

Огромные когти сомкнулись вокруг моего тела, все вокруг стало золотым и ало-огненным, лицо обдало теплым ветром с запахом какао.

― Мамочка будет довольна! ― прогудело пламя, укутывая меня словно ласковым невесомым пухом и утаскивая куда-то в уютную тьму.

* * * * *

― Зато я недовольна, придурок ты с хвостом! ― Очередное перо из братца закружилось в воздухе, медленно тлея.

Огромный пернатый монстр с испуганным кудахтаньем шарахнулся еще дальше вглубь пещеры и жалобно взвыл:

― Мама-а-а! Ты не