Двадцать парсеков до края Вселенной - Алекса Франс

— Приготовься, — так же тихо сказал Кэлл и в ту же секунду раздался писк медбокса, сообщавший, что работа закончена, и пациент здоров.

Крышка отъехала к ногам Ани, открывая полный доступ к телу. Кэлл напряженно смотрел на нее и ждал хоть какого-то знака, что все получилось.

Наконец, ресницы Ани дрогнули, и она медленно открыла глаза.

— Аника? — осторожно позвал Кэллеан.

Она медленно подняла глаза на него и несколько мгновений смотрела ничего не выражающим взглядом. Потом закрыла глаза, а когда снова их отрыла, то в них появилась осмысленность.

— Туфта эти ваши техники по погружению, — хрипло сказала она и осторожно села в медбоксе. — Никогда не буду больше ими пользоваться.

— Почему? — опешил Кэлл от такого заявления.

— Потому что мне они совершенно не подходят, — категорично заявила Аня и решительно выбралась наружу.

— Всем подходят, а тебе нет? — скептически поинтересовался Эллиот подходя ближе.

— Вот именно! Всем подходят, но я-то не все, — напомнила она и медленно опустилась в стоявшее рядом кресло. Потом потерла ладонями лицо и честно призналась: — Что-то я малость подустала. Я и в самом деле здорова?

— Здорова, — поспешил ее уверить Эллиот. — Но на выздоровление ушло слишком много сил, так что ты теперь чувствуешь усталость.

Он стоял рядом и очень внимательно наблюдал за ней. Элл и сам не знал, чего он опасается, но все равно оставался настороже. Время от времени он поглядывал на Кэллеана, пытаясь понять, что тот думает. Но друг вел себя спокойно и уверенно.

— Понятно, — устало кивнула Аня и поднялась на ноги.

— Куда ты собралась? — подхватил ее под руку Кэлл.

— Спать, — лаконично ответила она и двинулась к выходу.

— Может останешься тут?

— Да ни за что!

— Почему? — удивился Кэлл.

— С детства терпеть не могу больницы, — призналась Аня, а потом угрюмо добавила: — А после корабля тангаев — в особенности.

— Хорошо, пойдем в каюту, — сразу же согласился Кэлл, решив не напоминать лишний раз ей о прошлом.

— Как ты вообще? — неуверенно спросил ее Элл.

— Странно, — вздохнула Аня.

— Что-то болит, или тянет? Может есть какой-то дискомфорт? — тут же насторожились оба мужчины.

— Я еще не разобралась… Единственное, чего хочу на самом деле — это спать. Давайте потом поговорим, — попросила Аня и снова побрела к выходу.

Друзья переглянулись и Кэллеан пошел следом за женой. В два шага догнал ее и подхватил на руки.

— Спи, — шепнул ей на ухо и прижал к себе.

Аня словно ждала этого приказа и тут же отключилась, отлично зная, что ее донесут до кровати и уложат, и одеялом укроют. Это так здорово, когда есть на кого положиться! Особенно если это твой муж.

Ей снова снился сон, в котором она снова наблюдала за другими людьми. Только теперь Аня уже знала, что видит перед собой отца и брата своего мужа. Оттого она старалась все внимательно разглядеть и запомнить. Нужно потом все рассказать Кэллеану.

Она откуда-то знала, что это совсем не сон, а снова погружение. Но теперь на совершенно другие уровни. В голове всплыло знание об осознанных снах. Аня слышала о них еще на Земле, но никогда не предавала особого значения. И откровенно говоря считала больше выдумкой чем правдой.

Сейчас все было по-другому. Сейчас она знала, что осознанные сны — это скорее глубокие погружения сознания в те слои информационного поля, куда большинству менталистов не было доступа в реальности. Полубессознательное состояние позволяло уходить в эти планы без ущерба для психики и ментальных способностей.

Аня знала, что для нее это вообще теперь не проблема. Она стала способна уходить в инфополе, когда угодно и откуда угодно. Спала она или бодрствовала — значения не имело. Самым главным была информация, которую нужно было так получить.

Аня сидела в старом удобном кресле-качалке очень похожем на то, что стояло у них на даче и смотрела, как самые близкие родственники ее мужа говорят о Кэллеане.

— Что говорят наши аналитики? — спросил тот, что постарше — отец Кэлла.

Тан Салеар Фарган. Он выглядел не на много старше своего сына и совершенно не походил на столь внушительного по годам мужчину. Такой же высокий и мощный, как и его сыновья, или правильнее сказать, что это они такие как он. Уже знакомые Ане желтые глаза с вертикальным зрачком, да и лицами сыновья пошли в родителя. Единственное отличие — волосы. У тана Салеара они были белые, длинной чуть не доставали до плеч. Эдакая короткая грива, придающая ему довольно внушительный вид.

Младший брат Кэллеана — Мэллран был так же высок и крепок. Может немного поизящнее сложен, но фамильная сила присутствует. Более мягкие черты лица делали младшего Фаргана приветливее и красивее. И только выражение глаз предупреждало, что мужчина не так прост, как может показаться. Тот же фамильный цвет глаз и узкий зрачок не давали усомниться, кто он такой. Волосы золотистого цвета, прямые и блестящие спускались немного ниже плеч.

«Интересно, почему у Кэлла такие короткие волосы?» — мелькнула у Ани мысль, когда она рассматривала ближайших родичей своего мужа. Поставив себе галочку потом спросить, она снова прислушалась к разговору.

— Мэлл, так что они говорят? — настойчиво повторил вопрос тан Салеар.

— Ничего, — недовольно скривившись на секунду ответил Мэллран. — Нет у них ничего!

— Как так?! Пусть уходят дальше! — приказал отец, медленно сжимая правую руку в кулак.

— Отец, наши лучшие менталисты уже на грани выгорания, — тихо сказал Мэллран. — Они практически не выходят из погружений. Я не могу требовать большего, ты и сам это понимаешь.

— Мэлл!

— Я знаю, отец! Знаю! Все, что ты хочешь мне сказать, я знаю, — горячо начал Мэлл, но потом устало продолжил: — Я сам в погружениях большую часть суток и понимаю, что они делают все, что могут.

— ТЫ?! — удивленно переспросил тан Салеар.

— Да, я, — грустно улыбнулся Мэллран. — Неужели ты думаешь, что мне все равно?

— Я так не думаю, — ответил тан Салеар, но при этом опустил глаза.

Мэлл понимающе усмехнулся, но ничего говорить не стал.

— Одно я могу сказать точно, — как ни в чем не бывало продолжил младший Фарган. — Кэлл жив.

— Почему ты так уверен? — тан Салеар посмотрел на младшего сына с такой отчаянной надеждой, что Ане стало неудобно за их обман.

— Нет даже отголоска перехода, — уверенно ответил Мэлл.

— Перехода? — пробормотала про себя Аня. — Что еще за переход такой?

— Может слишком далеко? — пожал плечами отец.

— Нет, не может, — покачал головой Мэллран. — Мы все равно что ни будь