Императорская свадьба, или Невеста против - Наталья Витальевна Мазуркевич

– Это несерьезно, – обиделась Сайлейн.

– Конечно, а потому слушай. Император потребовал у принца Корвуса, чтобы он взял с собой не только жену, но и ее младшую сестру. Это же ты, верно? – Сайлейн кивнула. – Принц отказался, мотивируя это тем, что ты сейчас учишься, находишься далеко, и срывать ребенка с занятий не позволит твоя сестра. Но они договорились, что летом император обязательно посетит резиденцию принца, и вы познакомитесь.

– Это все?

– А тебе недостаточно?

– Достаточно. Только последнее время мне о стольком приходится думать, и я понимаю, что разом ничего не решу. Спасибо, что предупредили.

– Не за что. Посидишь со мной до приема? Или сходишь, наконец, познакомиться с Мадлен? Она мне несколько раз на это намекала.

– Вот уж не надо. А ты не против, если я обернусь? А то сложно постоянно сдерживаться, а служанки могут испугаться, если застанут.

– Что ты. Мои покои в вашем распоряжении, ваше высочество, или правильнее величество?

– Ни то и ни другое, – раздраженно сказала Сайлейн, скрываясь за дверью спальни.

– Это ты так думаешь, девочка.

Этих слов погруженная в свои мысли девушка не услышала. Она настраивалась на свою звериную сущность. Пара мгновений, и на полу, опираясь на четыре лапы, уже стояла пума. Потянувшись, выпустила от удовольствия когти, которые тут же вошли в пушистый ворс ковра, и довольно запрыгнула на кресло. Трогать чужую постель зверю она не разрешила. Думала вздремнуть, но животное, недовольное своим частым сном, на компромисс не пошло. Погуляв по комнате и обнюхав там все вещи, пума, лениво постукивая хвостом по бедру, вернулась в гостиную.

Реяр, успевший вернуться, только улыбнулся и погладил ее между ушей. Более того, с хитрой усмешкой приоткрыл дверь и предложил:

– Развлечешься?

Пума смерила его внимательным взглядом, фыркнула пару раз, но все же вышла. Раз уж дядя не хочет, чтобы она присутствовала при их с принцессой общении, мог бы так и сказать.

Неспешно пройдясь по коридору и не обнаружив никого – слуги были заняты к предстоящему мероприятию, а потому больше времени уделяли залам, где сие действо должно было происходить, Сайлейн приостановилась на лестничной площадке и, подумав, в несколько прыжков поднялась на третий этаж. Стража сделала вид, что ее не заметила. Решив, что так и должно быть, пума гордо прошествовала на середину коридора. Ей предстоял непростой выбор: куда податься? К Аллектору, к Тарике, в библиотеку или все-таки пойти пугать Тарона в кабинет к его величеству, если уж бедный телохранитель там?

Два первых варианта она с грустью откинула: эти двое вполне могли оказаться вместе, и она не сомневалась, что они, так же как и демон, захотят выставить ее вон. А пума, которую выпихивают из комнаты, зрелище ни капли не величественное, а потому Сайлейн решила не портить авторитет этих крупных представителей семейства кошачьих, ну и свой тоже.

Библиотека. При мысли об этом прекрасном, полном деревянными когтедралками помещении пума заурчала, из чего Сайлейн сделала вывод, что туда лучше не ходить, дабы в дальнейшем не поссориться с архивариусом.

Тяжело вздохнув, она поплелась в последнее место, где, судя по словам Манкольма, ее приютят и не заставят терять гордость, цепляясь за чью-нибудь штанину. Хотя если целью цепляния будет эту самую деталь брюк оторвать, она согласна.

Толкнув лапой дверь, она заглянула в комнату. Никого не было, и Сайлейн решительно направилась в гостиную, принюхалась, определяя, как давно отсюда ушли, и, узнав, что не больше часа, смело запрыгнула на диван. С удовольствием констатировала отсутствие чужих дамских запахов на обивке и устроилась поудобнее, выжидая.

Долго сидеть в одиночестве ей не пришлось. Первым, как и полагалось телохранителю, в помещение попытался зайти Тарон, но, узрев нечеловеческие глаза, следившие за ним, застыл на пороге.

– Что на этот раз? – устало поинтересовался Вильгельм, выглядывая из-за спины друга. – А, леди Каталина. Рад вашему визиту.

Он искренне улыбнулся и, оттеснив Тарона, вошел. Сайлейн разочарованно фыркнула: мало того что узнали, так и телохранитель быстро преодолел испуг и бодро заскочил за своим сюзереном. Единственной отрадой в его поведении было то, что он, впрочем, предпочитал держаться за спиной друга, что при его профессии являлось чистейшим непрофессионализмом.

– Вам наскучили приготовления внизу?

Пума вытянула лапы, выпуская когти. Обивка потеряла свою целостность, но замечания Сайлейн никто так и не сделал. Тарон только поджал губы, а Вильгельм был доволен просто тем, что она к нему пришла. Обивка же не такая большая цена за приятный визит.

– Я могу? – Он подошел ближе и присел так, чтобы его глаза находились напротив глаз животного. Пума великодушно опустила голову на лапы, позволяя почесать у себя за ушком. Сайлейн недовольно шикнула на своего зверя, но менять ничего не стала. В конце концов, ей тоже доставляло удовольствие это поглаживание, а расположение, выказанное таким образом, – она задумалась, – всегда можно списать на зверя и не переживать, что тебя поймут неверно. Придя к согласию со своей звериной частью, Сайлейн даже позволила ему погладить лапу и коснуться когтей. Хотя вот как раз с ними он был уже знаком.

– Вил, я могу идти? – несмело подал голос Тарон, которому надоело наблюдать почти что семейную идиллию.

– А, конечно, – рассеянно отозвался Вильгельм, – и передай Манкольму, чтобы не беспокоил меня пока.

– Я и собирался, – хмыкнул себе под нос телохранитель.

Пума проследила за ушедшим телохранителем и села, отстранив таким образом императора. Мгновение – и на диванчике перед ним сидела Сайлейн.

– А можно пробежаться по территории? – состроив жалобные глазки, попросила девушка.

– Можно, но только с сопровождением. – Заметив, как погрустнела собеседница, он добавил: – Я вполне могу выступить в этой роли. Идемте?

– Побежали, – поправила Сайлейн, оборачиваясь. Наконец-то можно было попроказничать на территории без опасений, что тебя заметят.

Пробежать по резиденции, задевая хвостом стены, выскочить на улицу, промчаться по уже мягкой земле, оглянуться и прижать уши к голове, чувствуя стыд. Сопровождение, запыхавшись, нагнало ее у входа в парк. Мужественно смолчало и жестом предложило продолжать забег. Пума радостно махнула хвостом и скрылась за деревьями, только кончик хвоста призывно выглядывал, позволяя Вильгельму ориентироваться, куда поспешило животное.

Сайлейн наслаждалась: здесь была и мягкая земля, и плоские камешки, на которые так приятно наступать, и скользкая глина… Пума с отвращением отряхнула лапу, еще больше пачкая себя и подошедшего императора, шумно выдохнула и пошла на поклон к человеку. Протянула грязную лапу и выразительно скосила глаза на начавшую засыхать глину. Вильгельм рассмеялся и, выудив носовой платок,