Волчий интерес - Мария Зайцева

И он каждую ночь мне свое неудовольствие показывает… Ох, сладко так показывает… Настолько, что в последнюю неделю нахожу новые поводы для его неудовольствия…

Так что мы с Катаржиной увлечены разговором, студент, совершенно незнакомый, кстати, просто проходит мимо, а затем делает какое-то странное, нелепое движение рукой… Словно сеть накидывает на нас!

И сознание выключается.

Последнее, что испытываю: безмерное удивление, потому что как же так? Мы же на территории Академии?..

Прихожу в себя от дикой головной боли. И еще занудного бубнения. Неразборчивого, монотонного. Оно долбит по голове, словно изутри молоточком стучит.

Жмурюсь, затем пытаюсь открыть глаза и даже открываю, но это почему-то ничего не дает. В минуту тупо смотрю перед собой, обливаясь внезапно выступившим холодным потом ужаса, просто от мысли, что, возможно, меня ослепили. И потому я теперь ничего не вижу… И пошевелиться не могу! Рук не чувствую!

Моргаю неистово, сжимаю губы, чтоб сдержать крик.

И через пару мгновений полных истерики усилий начинаю видеть контуры чего-то темного неподалеку. Шкаф. Определенно, шкаф. Со стеклами.

И еще чуть подальше стулья. И стол.

Такое облегчение накатывает, просто невыразимое! Получается, я не ослепла. Просто темно тут. Надо огня…

Пытаюсь создать легкий огонек, но ничего не получается!

Моя магия, послушная, привычная, как прирученный котенок, почему-то не отзывается! В панике пробую еще раз, но по-прежнему вообще никакого результата! Дергаюсь, шипя от боли и радости, потому что руки, оказывается, просто связаны за спиной и затекли.

Осознаю свое положение в пространстве: сижу на стуле, привязанная… Одетая, слава Единому. Уже хорошо. Надо успокоиться и еще разочек попробовать…

Бормотание прерывается, а тихий голос заставляет судорожно задохнуться воплем, настолько это неожиданно:

— Не получится, Ваше Высочество… Сеть мага лишает сил на сутки…

Сеть мага? Это что еще за?..

Поворачиваюсь на голос, слепо всматриваюсь в мрак, кажется, все же различая фигуру говорящего.

Высокую, широкоплечую…

— Кто ты? — облизываю сухие губы, и голос получается грубый, неживой какой-то.

— Это не важно, Ваше Высочество…

— Откуда… Знаешь?

Хотя, глупый вопрос, конечно. Стал бы он красть из Академии простую студентку, рискуя нарваться на Привратника. Как обошел их, кстати, интересно. Но еще интересней, где Катаржина? Что он с ней?..

— Ваша подруга в безопасности, — отвечает на мой немой панический вопрос парень, лица которого я все так же не вижу, он в тени, словно специально. Хотя, о чем это я? Специально, конечно! — Она осталась там, где упала…

— Она… Жива?

— А что с ней будет? — удивляется парень, — я же не самоубийца, покушаться на Дари чисткровного дракона? С ней все хорошо. Наверно, уже пришла в себя… У вас примерно одинаковый уровень магии, удивительно просто. Сеть еле удержала обеих…

— Зачем… Я… Тут? — голос по-прежнему хриплый, словно жесткая бумага в нем, царапает горло.

— Вы нужны в качестве приманки, Ваше Высочество.

Я, признаться, подобной честности не ожидаю, она пугает и наводит на очень нехорошие мысли. Обычно так открыто говорят с пленниками, если не собираются их… отпускать. Правда, в таком случае еще и лиц не скрывают, так что тут есть шанс.

Но в этот момент мой похититель делает шаг вперед, садится передо мной на корточки, и я ясно различаю черты его лица. Ничем не примечательные, к слову, просто сам факт, что я его видела, удручает… Не отпустит, значит, нет такого намерения…

Ладно, потянем время.

Думаю, что Катаржина уже всю Академию на уши подняла, и скоро меня найдут.

— Для кого приманки?

— Не стройте из себя дурочку, Ваше Высочество… — укоризненно смотрит на меня похититель, а затем тянет ко мне руки. Пытаюсь отклониться, но пальцы опытно скользят по веревкам, проверяя их на прочность, затем легко опадают… И мне кажется, или перед этим намеренно задевают грудь?

Единый… Хоть бы показалось… Приманка, которой все равно не жить, может использоваться по-всякому. К чему с ней церемониться?

— Мой брат… — решаю переключить его, разговорить, отвлечь, — вы его все равно не достанете…

— Вы слишком недооцениваете значение своей персоны для него, Ваше Высочество… — в голосе полно ехидных нот.

Я смотрю на него, сидящего у моих ног, и думаю, что будет, если сейчас возьму и пну.

— Не советовал бы, — качает он головой, навевая грустные мысли, что у меня на лице все мыли написаны. Или у него способность к чтению мыслей… И вот пусть бы лучше по лицу моему читал… Это безопасней, — в таком случае мне придется привязать вам еще и ноги… А мне не хотелось бы причинять боль… Намеренно…

— Послушайте… — надо договариваться, он кажется вполне вменяемым… — если вопрос в оплате, то, поверьте, я дам вам больше…

— Не дадите, Ваше Высочество, — грустно говорит он, — к тому же… Здесь не только оплата. Здесь репутация. Уж вы-то должны понимать такие простые вещи…

— И сколько вы намерены меня здесь держать? Вы же понимаете, что силы ко мне вернутся?

— Ничего, — серьзно говорит он, — я припас еще кое-что. И мне эффект от другого… средства нравится даже больше.

— Что же в нем такого?

— Кроме лишения сил, еще и подчинение. Согласитесь, приятно, когда тебе… подчиняются…

Психопат. Ошиблась я насчет вменяемости, похоже…

Глава 44. Волк императора

Глава 44. Волк императора

Женщины — зло.

Теперь я это могу заявлять со всей определенностью.

Раньше как-то не понимал, смеялся над Асси, над другими своими знакомыми, попавшими в медовые ловушки… Н-да… Дурак, чего уж говорить…

Женщина — самая опасная, самая смертоносная тварь на свете, потому что никто не порабощает так незаметно и неотвратимо, и никто не убивает так внезапно и мучительно, с такими болями, что невольно молишь о смерти, только бы не чувствовать этого кошмара, этого разламывающего кости треска мироздания, твоего мироздания, надежного, казалось бы, нерушимого…

Ты живешь столько лет, наивно считая себя венцом, творцом