Сбежавшая пара Повелителя арканов - Алекс Найт

– Да. Активирую.

– Тряхнем стариной, – коротко рассмеялся он.

Глава 20. Тяжелые прощания, отчаянные надежды

В кабинет ворвались стражи во главе с Закаресом. Окружили меня, оттеснили от окон.

– Что происходит?

– Снайпер. Открыл стрельбу по Эрикесу, но он успел укрыться броней. Его скоро приведут, – отчитываясь, Закарес что-то щелкал на магофоне. – Где Лист? – строго вопросил он, стоило кому-то из агентов ответить.

– Прыгнула на слайдер и умчалась. Она ранена.

– Что?! – подошел к Закаресу, чтобы понять, с кем он разговаривает.

– Сама разберется. Предупредите меня, если она вернется, – он отключил вызов.

– Причем здесь Лист? Почему она ранена?

– Снайпер задел, – Закарес нажал на пару кнопок своего магофона, чтобы вывести голограмму записи камер наблюдения.

Эрикес с Лист шли по саду, улыбались, смеялись, разговаривали. Тут она вдруг ушла в сторону, спрятавшись за Эрикесом. Тело брата мгновенно трансформировалось. Пуля ударила в его плечо. Было плохо видно саму Лист. Снова звук выстрела, но ракурс съемки не позволял понять, куда попала пуля. Лист вскинула руку с винтовкой. Выстрелила, после чего сорвалась с места в направлении ворот. Эрикес рванул за ней.

Я пребывал в полнейшем шоке, когда в голове роилась сотня вопросов. Лист что, носит винтовку во дворце? И где она ее прячет? Где она теперь? Серьезно ли ранена?

В кабинет вошли Эрикес в сопровождении еще пяти стражей.

– Нужно нагнать Микаэлу, она ранена, – брат буквально накинулся на Закареса.

– Если бы ее беспокоило ранение, она бы не понеслась за снайпером, – равнодушно ответил Закарес. – И я не уверен, что не пытались снять именно ее.

– Что ты имеешь в виду? – прорычал Эрикес.

– Судя по направлению, пуля должна была пройти навылет и попасть в Лист.

Неужели ее пытаются убить? Поэтому она носит с собой оружие? Ведь мы так и не вычислили водителя фургона, который преследовал ее и Сераза.

– Найти ее. Что бы ни происходило, но мы все обязаны ей жизнями. А я втройне.

– Я распоряжусь, – с моим приказом Закарес не стал спорить.

На поиски Лист отправили отряд. Опасность миновала, но охрану не снимали. Новостей о Лист не поступало. А мы с братом бессмысленно бродили по кабинету. Не зная, куда себя деть.

– Может, пока сидим, проведешь мне мастер-класс по шахматам? – попросил Эрикес.

Неожиданная просьба. Раньше он не любил эту игру. Отказывать я не стал, тем более дела не делались. Мы засели за шахматной доской до вечера. Только в девятом часу сообщили, что Лист вернулась к своему дому. Рана была обработана, но агенты все равно свозили ее в больницу, после чего проводили обратно к квартире. Охрану по моему приказу закрепили за ней до следующего дня.

На конец недели был назначен дипломатический прием, к которому мы довольно долго готовились. Предстояло провести множество переговоров, перезаключить торговые сделки, обсудить дальнейшее сотрудничество. Делегации многих стран уже прибывали. Почти до вечера я носился по дворцу. Хотел, чтобы все прошло на высшем уровне. Правда, все время вспоминал о событиях прошедшего дня. О том, что стоит обсудить с Лист увольнение, вспомнил не сам. Вечером ко мне пришел Эрикес.

– В лаборатории какой-то мужик, сказал, что Листика уволили. Ты распорядился?

– Демоны! – помассировал виски, стараясь отогнать головную боль, вызванную напряженным днем. – Да. Она опасна, я решил отлучить ее от дворца. Устрою ее на повышенную зарплату в НИИ. Вчера тебя чуть не ранили из-за нее.

– Ну и что? Она в беду попала, а ты ее выгнал, – в момент разозлился Эрикес.

– Я не выгонял. Я собирался с ней поговорить, просто забыл. Так будет лучше, Эрикес. И ты сам это понимаешь. Лист – опасный фактор, совершенно ненужный нам, когда прибывают делегации других стран.

– Ты сам говорил о долге жизни, – Эрикес махнул рукой, поморщившись в недовольстве. – Да что я тебе объясняю? Тебе ведь все равно. Нанял, уволил.

Он развернулся и ушел. Если бы мне было все равно. Теперь ощущал себя виноватым из-за того, что сам не обсудил с ней увольнение. Набрал на магофоне Лист. Но вызов не шел. Я у нее в черном списке, надо же. Интересно, за что конкретно?

***

День уже начался паршиво. Я не выспалась, болело плечо, я осталась одна. Причина же сейчас ехала в Волундур в сопровождении моего горячо любимого напарника. Пьер Зеруа, молодой, подающий надежды техномаг, пошел по стопам отца. Лишился карьеры и свободы из-за желания отомстить. Как банально и грустно. Разница лишь в том, что Пьера мы взяли живым. Он потерял сознание из-за кровопотери буквально через десять минут погони. Пуля задела артерию. Были опасения, что он не выживет. Выжил и сейчас едет в Волундур, где над ним свершится суд. Зеруа должны были забрать присланные агенты, после чего Ри планировал вернуться ко мне. Вот и вставал вопрос, что будет дальше. Ри скоро призовут обратно либо отправят на задание. А что делать мне? Мы не обсуждали будущее, потому я абсолютно не знала, к чему готовиться.

Само собой, на работу я прибыла в скверном настроении, но только для того, чтобы оно опустилось еще на сотню баллов вниз. В лаборатории на моем рабочем месте находился профессор Линдерманн, мой бывший преподаватель, который невзлюбил меня с первых дней. Думается мне, все дело в том, что его дар слишком слаб по сравнению с моим. Зависть – это то, с чем приходилось жить, пока я училась по специальности «Техномагия», ведь никто не мог достигнуть и половины моего уровня.

– Добрый день, Лист, – сухо поздоровался он. – Ваши вещи. Проверьте, я мог что-то пропустить.

Он указал на небольшую картонную коробку, испачканную маслом и готовую развалиться от любого неаккуратного взгляда в ее сторону.

– Зачем вы собрали мои вещи? – с опаской спросила, опустив приветствия. Слишком изумило меня увиденное.

– Вам не сообщили? – мужчина обернулся ко мне от артефакта, над которым работал. – Вы уволены.

Надо сказать, новость я перенесла стоически. Техномяу сдержанностью не отличался.

– Что? Кто посмел ее уволить и на каком основании?! – вскричал мой технолюбимец.

Линдерманн воззрился на кота как на чудо.

– Он обладает самосознанием? – профессор шагнул к коту. Пальцы на тонких руках подрагивали в предвкушении.

– Не подходи ко мне, старикашка. Отвечай,