Дом Драконов - К. А. Линде

— Боль делает тебя сильнее, — сказал он, когда она спросила снова, можно ли пройти быстрое исцеление.

— Сейчас от нее я ощущаю себя ужасно.

— Ты не всегда будешь в состоянии получить исцеление. Нужно терпеть раны. Исцеление не дает привыкнуть к боли. Если не болело раньше, шок от этого оглушит тебя.

— Это ты имел в виду под исцелением на поле боя? Так ты смог вправить плечо на месте на турнире и биться, хотя ребра были сломаны?

Его взгляд стал далеким.

— Да. Это было не худшим, что я терпел в жизни.

Керриган нахмурилась. Ей не нравилось, когда он замыкался. Словно он представлял не такое и далекое прошлое, в котором пережил много ужасов.

Он моргнул, и это пропало.

— В бою магия нужна для сражения. Если использовать ее для исцеления, сила быстро иссякнет. Нужно научиться исправлять, что можно, и терпеть остальное.

— Ладно, — буркнула она. — Никакого исцеления.

— Ты становишься сильнее, — сказал он, забрал тренировочный меч и вернул на место. — Это все на сегодня.

Керриган сделала еще глоток воды и подумала, как задать ему следующий вопрос. Она решила вчера, что хотела сделать это. Она не знала, как отреагирует Фордхэм. Но она не могла отогнать ощущение, что ему это было нужно.

— Какие у тебя планы на вечер? — спросила она, не повернувшись к нему, чтобы скрыть румянец.

— Планы? — он звучал подозрительно. — У тебя новая зацепка?

— К сожалению, нет. Но… не хочешь пойти со мной в город?

— В это входят пытки?

Она рассмеялась и, наконец, повернулась.

— Некоторые так сказали бы. Хотя, думаю, тебе понравится.

Теперь его подозрения усилились.

— Что это?

— Сюрприз.

— Я не люблю сюрпризы, — сказал он ей.

— Этот понравится, князек, — она усмехнулась. — Встретимся у входа через час. Будь в нормальной одежде.

Он нахмурился.

— Нормальной?

— Не такой… как у принца.

— Я поищу, — он вглядывался в ее глаза. — Я пожалею об этом позже?

Она отпрянула на шаг к выходу из тренировочного зала Дома Драконов.

— Возможно. Не можешь предугадать мой следующий ход? Разве не этому ты меня учил?

— Потому я и насторожен.

— Поживи со мной на дикой стороне, — она подмигнула и быстро вышла из зала, сердце колотилось в груди.

Она сделала это. Она пригласила его.

36

ДЕРЕВНЯ РЕМЕСЛЕННИКОВ

— Это Деревня Ремесленников, — сообщила Керриган Фордхэму через час, когда они шагали спокойно по Кинкадии.

Как и обещал, он надел нормальную одежду. Сменил черно — серебряный наряд принца на черную тунику и штаны. Его плащ был из шерсти, а не шелка. Он выглядел удивительно… похожим на человека. Но потом он приподнял голову, и она увидела, что он не мог полностью скрыть то, кем был, даже под хлопком, шерстью и льном.

— Там оперный дом. У них есть и балет раз в квартал. А там, — она указала на другую улицу, — Ряд Художников, эта улица отражает район аристократов на восточной стороне долины, но только для творцов, которые рисуют и лепят.

Фордхэм упивался видами, как умирающий от жажды в пустыне. Он разглядывал все, пока они шли по деревне, но он не говорил ни слова.

— Там живет мой друг Пэррис. Он — модельер. Многообещающий. Работает только с богатыми, но мы встретились годы назад, когда он был в Доме Драконов. И он все еще делает дизайны для меня.

Они прошли мимо магазина Пэрриса с модными платьями в окнах.

— Он был Благословленным Драконом? — спросил, наконец, Фордхэм.

— Да. Его выбрала женщина в Саяир, которая увидела его талант. Они учились вместе пару лет, а потом она помогла ему открыть бутик в деревне.

— И ты так можешь сделать?

Она быстро покачала головой.

— О, нет. У меня нет такого таланта. И я не знаю, что делать с племенем. Я ничего не слышала от Эллерби, и я так сосредоточилась на убийце и убийстве Лиаме, на тренировке, — она вздохнула. — Я просто не знаю, что делать.

— Ты кого — нибудь найдешь. Ты очаровываешь всех, кого встречаешь.

Она рассмеялась.

— Едва ли. Многие считают меня слишком прямолинейной. И я не похожа на леди.

— Глупости, — сказал он.

И она улыбнулась и отвернула лицо от него.

— Это проблема другого дня. Мы на месте.

— Тут? — спросил он и посмотрел, перед чем они остановились.

«Книги Кармин». Это был самый большой книжный магазин в деревне вместе с большим читальным залом и сценой. Музыканты играли на маленькой сцене, в магазине проводили вечеринки. Было волшебно провести вечер в окружении книг.

На табличке у входа было написано: «Только одна ночь — Невероятный опыт магической поэзии».

Взгляд Фордхэма приклеился к табличке.

— Ты не…

— Что?

Но Фордхэм будто потерял все слова.

— Билеты, — сказал мужчина у двери.

Керриган достала два билета и передала их мужчине, а потом втащила Фордхэма внутрь. Магазин внутри был теплым, уютным. Свечи мерцали в комнате, защищенные стеклом. Деревянные стулья стояли перед сценой, на которой был один стул и фон из положенных елочкой досок. Им предложили напитки, и они приняли бокалы и нашли места в центре комнаты.

— Что это? — прошептал Фордхэм.

— Чтение поэзии.

Его глаза были теплыми. Серый стал почти серебром в свете свечей. Он опустил ладонь на ее. Искры вспыхнули от мелкого прикосновения, и ей пришлось проверить, что она еще дышала.

— Ты сделал это для меня?

Она сглотнула и кивнула.

— Я увидела, что тебе нравится писать. И подумала… что тебе нужно увидеть, что в Кинкадии есть не только сражения. Есть искусство, культура и музыка. Тут есть поэзия.

Фордхэм лишился дара речи. Она знала, что он утихал, когда был раздражен или возмущен, но это было другим. Она словно смотрела, как луна пыталась поймать солнце — это было полным надежды, бесконечным и невозможным.

Керриган просто улыбнулась ему и убрала руку. Фордхэм все еще сидел и потрясенно молчал, когда музыканты перестали играть, и женщина прошла на сцену. Кармин энергично жестикулировала, опускаясь на пышные бедра, ее золотисто — коричневая кожа почти сияла. И чтения начались.

Стихотворения дико различались. Многие говорили о любви, похоти и смерти. Они были вызывающими воспоминания и ласковыми. Голоса поэтов были полными эмоций, сочились энтузиазмом. Некоторые были эротичными. Ее щеки порозовели от того, на что намекали их слова.

Но лучше и опаснее всех была последняя поэтесса — юная человеческая девушка в черном, держащая свечу перед лицом.

Красный.

Цвет крови.

Цвет жизни.

Цвет смерти.

Маски.

Скрыть виновных.

Нести тьму.

Сеять ненависть.

Червь извивается в земле,

Что навредят ему, не знает.

Но ощущает, гибель близко,

Когда