Моя милая ужасная невеста - Марина Ефиминюк

Торстен повернулся ко мне.

— Ну раз мы о светлой благодати, то пусть извинятся, — потребовала я. — Не выношу, когда кто-то унижает симпатичных мне людей.

— Прекрасно, — согласно кивнул Закари. — Еще извинитесь искренне и от всей души.

Голосистого Вейдана практически выворачивало наизнанку. Он старался не ославиться, из последних сил задерживал дыхание, но все равно мучительно икал.

— Согласен, Ральф? — с нажимом спросил Закари.

— Да, — каркнул тот.

— Да будет так.

Громкий щелчок пальцами. В воздухе завился черный дымок. Проклятье растаяло. У Вейдена подогнулись колени. Со стоном он бессильно рухнул на стул и едва не стек на пол.

— Кто-то еще хочет темной магии? — с самым любезным видом поинтересовался Закари, словно действительно жаждал причинить светлым добра по заветам Марты Варлок.

Народ явно наелся темной магией до самого горла.

— Мы уходим. — Ральф встал из-за стола и коротко кивнул Генри: — Ты с нами?

Тот сначала замялся, но набрал в грудь побольше воздуха и отважно заявил:

— Я останусь со своей девушкой!

Браво, Генри! Ты на глазах взрослеешь.

Ральф рванул куртку со спинки стула, зацепился рукавом, дернул еще разок и едва не рыкнул от раздражения. В общем, смазал отступление от вражеских стен и, не оборачиваясь, ринулся к выходу. Компания потянулась следом за предводителем.

— Эй, куда вы? — кое-как приняв вертикальное положение, воскликнул Вейден. — Я же заплатить должен. У меня же денег нет!

Но ни один светлый не выказал желание разделить оплату.

— Генри, заплати в этот раз, приятель! — предпринял он отчаянную попытку спихнуть долг.

— Сегодня все пили за твой счет, — с вежливой улыбкой напомнил Генри и желчно добавил: — Приятель.

— Просто займи мне! При случае отдам, — попытался торговаться голосистый.

— При случае займу, — согласился он. — Как только вернешь предыдущие долги.

Команда эсвольдцев вытекала на улицу слаженно и проворно, словно прежде тренировалась уходить из заведений, не заплатив ни медяка.

— Парни! — раненной чайкой крикнул Вейден. — Парни, постойте! Давайте скинемся!

Очевидно, что свидание у Эмбер и Генри с треском провалилось. Сидеть за разоренным столом, заставленным пустыми кувшинами из-под пива и неряшливыми мисками с едой, никому не хотелось. Мы поднялись из-за стола.

— А вы-то куда? — воскликнул Вейден.

— Молодые люди, все в порядке? — подоспел к нам подавальщик. — Готовы расплатиться?

— Да, наш друг оплатит счет, — с мстительным удовольствием ответила Эмбер и ловко облачилась в подставленное Генри пальто.

— Господин, у вас ведь можно оформить ужин в кредит? — нашелся Вейден и полез в карман за мелочовкой. — Я сделаю первый взнос.

Как он выкрутился, узнать не удалось — мы вышли из таверны. Огни на аллее горели ярче, народу заметно прибавилось. Как всегда, к полуночи ночной рынок окончательно стряхивал дрему и оживал.

— Зачем вы купили эту безвкусную гадость? — поинтересовалась Эмбер, когда я попросила засунуть шкатулку с рассаженными по баночкам духами в ее объемную сумку.

— Мы купили нечисть, — пояснила я.

— Вы рехнулись? Мало нечисти в родовых замках, надо собственную, что ли?

— Марта очень хотела завести домашних питомцев, — не без ехидства пояснил Торстен.

— Ты хочешь, чтобы нас переселили из комнаты в пристройку? — возмутилась подруга.

— У Закари дома, — уточнила я.

— Угу… — протянула она и посмотрела на нас с откровенной жалостью, как на храмовых юродивых. — Парные шарфы, парные украшения, совместно нажитая нечисть. Ребята, вы действительно решили пожениться?

— Эмбер, а хочешь, мы тоже купим парные… — начал было Генри, но вдруг оборвался и чуток поменялся в лице.

— Что случилось, солнце? — всполошилось подруга.

 Оскорбленный Эсвольд поджидал нас возле таверны. Я искренне считала, что компания на полпути к замку, куда ведьмакам вход заказан, и ни один Закари Торстен не сможет продемонстрировать высший класс в искусстве заключать сделки с недоумками, но парни заступили нам дорогу. Как шайка хулиганов, а не студентов лучшей, между прочим, светлой академии в семи королевствах. Судя по мрачным физиономиям, они не планировали всей толпой извиняться перед Генри, а надумали устроить драку.

— Эй, Деймран, поговорим? — вымолвил Ральф, высокомерным видом напрашиваясь на светлую благодать и темные щедроты.

— Давай не сейчас, приятель, — бросил Закари, проходя мимо.

Чародей резко выставил руку и припечатал ладонь к плечу Торстена. Из-под светящихся магией пальцев по пальто поползла льдистая паутинка. Чары растянулись по рукаву, добрались до ворота, грозясь перекинуться к горлу, и сковали верхние пуговицы.

— Сейчас, ведьмак.

Лицо Закари окаменело. Зрачки резко сузились и стали вертикальными. Он выразительно посмотрел на руку Ральфа, нарочито медленно превращающего одежду в замороженный панцирь, и просто ее сбросил. Намек, что парень из Эсвольда был недостоин темной магии, разобрал бы дурак. На замороженной ткани начали проявляться черные влажные кляксы.

— Эсвольд, у меня правило не принимать вызов от противника слабее, — тихо проговорил Закари. — Просто отойти с дороги.

Казалось, от сгустившегося напряжения закипал воздух.

— Заставь, — неосторожно вернул он слова Закари, брошенные в таверне.

— Ладно.

Неожиданно приняв приглашение, без особых сантиментов Торстен схватил выскочку за горло, и вокруг разлетелись клоки черного дыма. От схватки меня отвлекли: волосы вдруг взлохматило потоком теплого воздуха. Я инстинктивно развернулась, готовая оттолкнуть чары… Генри лихо закрыл нас с Эмбер спиной и расставил руки. В общем, решил принять удар!

Перед самым его носом заклятье отпружинило и вернулось к создателю. Хрюкнув, противник опрокинулся на спину. В воздухе только мелькнули ноги, и слетел ботинок, оголив ярко-желтый носок. Все по условиям сделки с Закари Торстеном: никто из компании не мог причинить вред Генри.

— Ой! — емко прокомментировал он.

За спиной Торстен что-то вдалбливал Ральфу. Возможно, вдалбливал в него разум, но услышать не удалось. В ушах зазвенело от близкого заклятья. Я честно пыталась не зверствовать, но сорвалась. Мощной волной откинула двух чародеев к торговой лавке. Они с грохотом влетели в стену, прилипли спинами к каменной кладке. На пальцах моей вытянутой руки трещали магические