Танец масок - Мария Николаевна Сакрытина

— Да, госпожа.

— Прелестно, — вздохнула Фрида. Это означало, что мать наверняка положила на Грэгори глаз, потому и мужа удалила. Или решила отомстить за «клуб» в количестве двадцати с лишним человек. Интересно, постарается переплюнуть супруга по числу любовников, или просто оргии устроит? Она может… «Впрочем, — подумала Фрида, — мать ничего не делает просто так. А оргии — это слишком». Всё это на самом деле совершенно её не волновало, но вот Грэгори сулило неприятности, и Фрида начала было раздумывать, как друга из них вытащить… Но потом вспомнила, что он ещё ни о чём её не просил. Непрошенная помощь бывает очень некстати. «Что ж, — решила Фрида. — Меня это не касается. Грэг вряд ли будет рад, если я начну лезть к нему с советами. Совсем не будет рад… Мне бы со своей жизнью разобраться»

— Ваша сестра, госпожа. Леди Эвелина, — перебила её мысли Мира. — Плачет всё утро.

— Плачет? — изумилась Фрида. — А что случилось? Ты знаешь? Мама и ей подобрала жениха, и он Эви настолько противен?

— Нет, госпожа, — улыбнулась камеристка. — Насколько я поняла… Госпожа, это только слухи, в смысле, меня же там не было, но…

— Да говори же!

— Герцог Виндзор сломал леди Эвелине кринолин, когда её представляли Его Величеству.

Фрида открыла глаза и растерянно заморгала.

— Виндзор? Сломал? Кринолин? Эвелине?

— Да, госпожа.

Фрида не могла этого представить. Впрочем, нет, могла: как, мерзко улыбаясь, лорд Виндзор ломает крепление каркаса, точно сухую палку… Перед троном императора? Этот наглец, что, совсем спятил? Неужели Эвелина ему так понравилась, что он и её захотел?.. Но при всех?!

— Миледи, об этом пишут газеты. Принести вам?

— Принеси мне сначала полотенце.

Потом, пока Мира расчёсывала и укладывала ей волосы, Фрида читала. Газеты мусолили внезапный «припадок» герцога, сопровождали статьи занятными карикатурами, а Фрида вспоминала вчерашний туман… И искала сообщение о новом убийстве. Ничего не было. Что ж, газеты и раньше — очевидно по приказу императора — об этом умалчивали. Стоило бы самой собрать слухи да и наведаться в тот бордель, где хозяин — знаток полукровок…

— Что ж, он мне и раньше показался слегка не в себе… — подытожила Фрида, складывая газету. — И вести себя не умеет. — А про себя добавила: «Отлично, может статься, он обо мне уже забыл». — Мира, дорогая, приготовь мне дневное платье, кремовый шёлк и…

В этот момент в дверь постучали и тут же открыли.

— Миледи, — присела в поклоне гувернантка, остановившись на пороге. — Госпожа зовёт вас к себе.

Фрида зевнула. «Ну конечно, зовёт. Эви плачет, я вчера этому наглецу прилюдно отказала, у самой матушки наверняка после вчерашнего вина голова раскалывается. Надо же на ком-то сорваться», — думала она.

— Элен, доброе утро, — улыбнулась Фрида гувернантке. — Как твой сын? Уже отправила его в школу?

Лицо служанки на миг осветилось улыбкой.

— Да, миледи. Том прекрасно учится, его так хвалят. Правда, мы не знаем, сможем ли позволить себе среднюю школу, это же так…

Фрида помнила Тома: он и в пять лет уже старательно читал — Фрида, приезжая в родовое гнездо, обязательно привозила ему книги. Красивые, богато проиллюстрированные сказки очень мальчику нравились.

— Элен, дорогая, не волнуйся. Просто выбери школу и напиши мне. И, пожалуй, я распоряжусь, чтобы послали в столицу за книгами: тягу к знаниям надо поощрять.

— Вы очень добры, мадам, — горничная опустила голову и передала Мире конверт с гербом империи. — Вот, это прислали недавно. Леди сказала, что вы должны прочитать, прежде чем спуститесь к обеду.

Фрида кивнула.

— Благодарю. Что там, матушка сильно лютует?

Горничная быстро улыбнулась.

— Всё хорошо, миледи. И… спасибо вам.

— Пока не за что. Не забудь написать насчёт школы.

— Да, миледи.

Дверь за ней закрылась, и Фрида протянула руку за конвертом, конечно, уже вскрытым. Впрочем, он был на имя лорда Валентина. Естественно, мать читала его письма, как могло быть иначе?..

— Миледи, — тихо позвала Мира. — Вы часто это делаете?

— Что? — Фрида развернула письмо. Гербовая бумага…

— Участвуете в жизни слуг? Забрали меня из работного дома, присылаете книги чужим детям…

Фрида пожала плечами.

— Почему бы и нет? Мне не сложно.

— Но, госпожа, разве так принято?..

— Меня не волнует, как принято, — отмахнулась Фрида. — К тому же, многие леди занимаются благотворительностью. Я тоже, просто не делаю из этого представление. А теперь помолчи, пожалуйста.

Снова дождь шептался с ветром, потрескивал огонь, а Фрида читала письмо императора, и у неё волосы вставали дыбом. Кажется… кажется, этот мерзавец Виндзор просто не знает, когда нужно остановиться. Она чувствовала вчера, но не связала воедино: наглого красивого мальчишку и королевского мага. Это его «мне не отказывают», и «я вас хочу, потому что вы говорите мне нет».

— Мира… — слабым голосом позвала Фрида, опускаясь в кресло. — Приготовь мне платье…

— Да, госпожа. Кремовое уже гото…

— Нет, другое. Выходное синее. Бархатное, с парчой. Найди к нему туфли, шляпку и опаловую брошь… Кажется, она в деревянном ларце с оленями.

— Минуту, госпожа.

Фрида отложила письмо, скрестила пальцы и зажмурилась. Мерзавец, как он может… Как он смеет?! Она не кукла, не игрушка, чтобы можно было так… Так с ней… Так!..

Фаворит императора, будь он не ладен! Очень благородно: попросить у своего коронованного друга разослать парочку писем. Одно, конечно, отправилось к Вустерморам — кто там сейчас глава рода? Вайлет? Ну да, этот только удивится, но Его Величеству перечить не станет. С чего бы? Рутина: сиятельный лорд просит руки его бывшей мачехи. Ха-ха. И вот, второе письмо — отцу Фриды. Можно и так, без всякой магии, предсказать, что на это скажет мать. И если Фрида станет упираться, даже если обратится к своему адвокату… С этого мерзавца Виндзора станется прислать за ней императорскую гвардию и в чём есть потащить к алтарю.

Нет, так нельзя. Мальчишка Виндзор играет в людей, как в куклы — и ему потакают. Положение, богатство, связи — всё с Виндзора будет как с гуся вода. И такой не отстанет: Фрида вчера на балу его достаточно разозлила. Но кто же знал… Она видела Виндзора всего раз, и потом, все эти мечты о фейри-подменыше… Если бы она была аккуратна… Если бы вспомнила про осторожность…

Что ж, нужно признать, принять и действовать сообразно обстоятельствам. Виндзор сейчас, как почуявшая след гончая, будет гнаться за своей добычей, пока не вцепится зубами. Потом