Звёзды ещё горят - Лиса Эстерн

– О, Марк, – удивлëнно встретил его Артём, – о, и Стелла, а вы всё вместе и вместе.

Ей пришлось резко выпрямиться и завести руки за спину, чтобы друг не заметил обличающий след. Но если не пятно на коже от поцелуя, то её красное, как настоящий помидор, лицо выдало с головой. Артём остановился, оглядел её, потом взглянул на встретившего гостя Марка, потом снова на подругу и насмешливо произнёс:

– Ребят, вы что, целовались?

* * *

Вау! Остановите землю: ей надо сойти, потому что остановку «адекватный рабочий день» Стелла пропустила. После произошедшего с Марком, главной сплетней между Стеллой и Артёмом стала именно она и их «потенциальный поцелуй», о котором, конечно, этому болтуну знать не надо было. Но Артём только казался весёлым дурачком, а так, вероятно, уже всё понял и потому порой подтрунивал над ней и её странным поведением.

– Если ты продолжишь так таращиться на него, то все всё поймут.

– Я не таращусь, а слежу за его работой, – пробубнила Стелла. – Вообще-то, от его успеха зависит моё повышение, а Марк славится любовью к разбитой посуде.

– Справедливости ради он уже полтора часа ничего не ронял, – Артём пожал плечами, раскрывая меню. – Думаю, твоё наставничество дало свои плоды.

«Знал бы ты, Тёма!» – с надрывом простонала Стелла где-то внутри, пока с нескрываемым удивлением созерцала оплот ловкости и аккуратности в лице Марка. Он только что доставил целый поднос напитков, из которых разбилось ровно ноль. Как это вообще возможно? Не могло на него так повлиять желание её поцелуев. Или могло?

– Ну, начинается, – Артём прыснул, покачав головой. Карие глаза так и блестели ехидством. – Ты сейчас натуральный хамелеон, мимикрирующий под нашу красную кофеварку.

– У меня просто температура, – соврала Стелла. – Простудилась, наверное.

– Поэтому ты сегодня заняла роль самого неуклюжего официанта кафетерия? – Нет, это было бесполезно: Артёма не остановить. Он так и продолжит ехидничать. – Когда Олеся спросила про руку, ты так и подпрыгнула с чашками в руках. Ничего, благо, не разбилось, но кофе пришлось переделывать. Что там такого?

Артём потянулся к ней, чтобы взглянуть, но между ними всунулся Марк, который как раз явился за очередной раздачей соков для гостей. Он дружелюбно обоим улыбнулся, подмигнул Стелле и исчез.

Провожая его испепеляющим взглядом, девушка попросила:

– Можешь мне одолжить одну из своих широких фенечек? Хочется синяк один прикрыть.

– Синяк, говоришь, – Артëм развязал цветные ниточки на кисти и протянул ей. – Помочь?

– Я справлюсь!

Стелла схватила фенечку и ретировалась из зала, хватая, как рыба на отмели, воздух. С каких пор в зале так топят батареи? Впору и правда было раскраснеться от жары.

Пальцы покалывало, пока она пыталась совладать с цветными ниточками: оранжевый переплетался с зелёным и где-то среди сплетений сквозной нитью пролегал светло-коричневый. Фенечка была достаточно широкой, чтобы спрятать под собой оставленное Марком пятнышко. Вот только завязать браслет самостоятельно – задачка непростая, олимпиадная, можно даже сказать. Соскальзывая по кисти, в очередной раз показывая небольшой синячок, он будто хихикал над её нервозностью, и Стелла каждый раз спотыкалась о след от поцелуя как о неожиданный корень дерева.

– Стелла.

Она подняла взгляд и не успела сделать вдох, как его украли. Без суда и следствия вор появился и стащил живительный воздух, зная, что никто не бросится в погоню. Поцелуй Марка был резким, неожиданно глубоким, ошеломляющим. Непривычно тёплая ладонь коснулась щеки, окончательно лишая способности связно мыслить. Всего несколько секунд, показавшиеся веком, и то его бы не хватило, чтобы насытиться этим поцелуем. Стелла едва спохватилась, когда Марк отстранился и с жаром обжег дыханием губы. Она почти потянулась за очередным поцелуем, но успела приковать себя к стене.

– Что ты делаешь?! – давясь звуками, шёпотом выпалила она и с опаской огляделась, но в узком коридоре они были одни, а единственная камера смотрела в другую сторону. – Да ты совсем сумасшедший! Если кто-то увидит, у нас – у меня – будут проблемы! Что скажут о том, что наставник целуется со своим стажё-ром?

– Прости, – тихо ответил Марк, но явно не чувствовал раскаяния. Он слишком чувственно улыбался, будто, напротив, наслаждался эмоциями на её лице. – Никто бы не увидел. Все заняты работой.

Ответа не нашлось, и Стелла только шумно пыхтела от негодования. Непонятно только на кого она злилась больше: на Марка, который нашёл ума поцеловать её в коридоре, где мог проходить случайный работник, или на саму себя, потому что на секунду обрадовалась этому. Что с ней происходит? Самообладание, пожалуйста, не уезжай следом за остатками её разума!

– Будем считать, один-один, – с улыбкой Марк взял её руку и быстро завязал узелок на браслете. – У тебя помада такая необычная. Что это? Вишня?

Её пробрало чем-то невероятно сильным: Стелла поблагодарила стену за её спиной, иначе мало ли чего могло случиться. В последнее время сила притяжения определённо тоже играла против неё.

Скользнув взглядом по его довольному, точно у кота, лицу, заметив следы помады на его губах, Стелла покрылась мурашками.

– О чёрт! – Она дёрнулась и побежала в комнатку персонала, чтобы исправить ужас, который натворил Марк. – Иди работай, разгильдяй!

Кажется, он смеялся ей вслед, и Стелле очень хотелось увидеть его лицо, полное веселья. Она могла поклясться, что в тот момент на щеках были обе ямочки.

* * *

Её прокляли. Точно. Кто-нибудь особенно завистливый. Стелла не удивилась бы, если в кармане Риты нашла бы куклу вуду со своей физиономией, натыканной иголками, потому что буквально всё шло так, как не должно было идти. Её день не протекал, а крутился и вертелся, падая с лестницы в самую бездну. И вряд ли за этим стояла милая Рита, потому что даже она с удивлением наблюдала за тем, как Стелла то и дело умудряется напортачить то с заказом, то с приборами, которые она забывала поставить на стол перед подачей блюд, а потом не спрашивает у гостя порядок выноса позиций: с напитками или по очереди, – а это приводит к тому, что кофе «погибал». Несколько раз она почти раскокала тарелку, но то происшествие точно было с подачи Марка.

В одной руке у неё был поднос с напитками, а во второй широкая тарелка с карбонарой. Всё внимание было сосредоточено на качающихся высоких стаканах с выжатым соком, но глупость дёрнула её проверить Марка. Он общался с одной из официанток – стажёр успел втесаться в друзья почти ко всем – улыбался, тихо посмеивался над чем-то и, видимо, почувствовав прямой