Сводные. Эксперимент - Эльвира Осетина

— Я предлагал им уйти, кто-то соглашался, кто-то оставался. К примеру, твоя бабушка — она уходить не хотела. Ей нравились условия проживания. К тому же в стае жил её старший сын со своей семьей, которого она родила еще до встречи со мной. Но у нас и отношения были дружескими. Она ни разу не закатывала мне скандалы и не ревновала меня. Аина была мудрой женщиной. И поэтому, когда она тебя забрала и уехала, я не стал вас искать, потому что понимал: мой сын не остановится.

— То есть ты знал, что бабушка меня запечатала?

— Догадывался.

— А сколько тебе лет? — решила уточнить я.

— Двести двадцать девять, — ответил мужчина.

— Ого, — выдохнула я. — Все оборотни так долго живут?

— Некоторые доживали и до тысячи, но это редкость. Обычно оборотни умирают не от естественной смерти. Твои мужчины тебе об этом не рассказывали?

— Нет, — покачала я головой. — Мы еще толком не успели поговорить. Столько всего случилось.

— Если хочешь, задавай любые вопросы, я отвечу.

Я зарылась во всё еще мокрые волосы пальцами и рассеянно пожала плечами, сказав:

— Даже не представляю, о чем спрашивать.

Все мои мысли сейчас были о моих мужчинах. Если бы мы находились в более спокойной обстановке, я бы, может, много что спросила.

— Ты очень устала, тебе бы поспать немного, — сказал он, смотря мне в глаза.

— Я сейчас всё равно не смогу уснуть, пока не увижу Мишу и Славу.

Я не сдержалась и зевнула, прикрыв рот ладонью.

— Можешь просто подремать, иди на диван, а я буду рядом, покараулю твой сон. Хотя бы просто полежи.

Я какое-то время колебалась, но затем всё же почувствовала, как тяжелеет голова и глаза почти закрываются.

— У тебя сегодня был первый оборот после распечатывания. Серьезные нагрузки на организм, — продолжил увещевать дед. — Хорошо, что инстинкты сыграли и ты смогла себя защитить. Да еще и поесть сырого мяса. — В этом месте я безрадостно хмыкнула. — Обычно омеги очень трусливые и если и нападают, то только чтобы куснуть, но уж точно не убить. Но чаще даже кусаться боятся и просто пытаются убежать или даже забиться в угол. А ты еще и альфу пошла защищать. Иди ко мне, можешь голову положить мне на колени, в детстве ты часто засыпала у меня на руках.

— Серьезно? — удивилась я, и действительно в голове промелькнули воспоминания о том, как вечером дед приходил, даже сказки какие-то мне рассказывал.

Это было такое неожиданное воспоминание, что у меня на глазах навернулись слезы.

— Конечно, — ответил он. — Я всегда старался малышам уделять много внимания. И детям, и внукам. В первые годы жизни для любого оборотня важно, чтобы рядом находились любящие и заботливые родители или просто родные существа.

И я сразу же вспомнила кое-что, что не давало мне покоя, и, вытерев навернувшиеся из глаз слезинки, спросила, не сумев скрыть обиду в интонации:

— Почему же ты тогда украл меня у мамы? Ведь это был ты? Лично пришел за мной в детский сад. Я помню. Сам же противоречишь своим словам. Ты даже не представляешь, как долго я по ней скучала. И как плохо мне было без неё.

В глазах мужчины мелькнули вина и боль, и он, опустив голову, покаялся:

— Я злился на твою мать и косвенно считал виноватой в смерти сына. Ведь это она не хотела жить в стае. Она заставила его отречься от семьи. Я думал, что если бы сын жил со мной, то с ним бы ничего не случилось. Вот я и решил её наказать за содеянное. Она лишила меня любимого сына, а я лишил её дочки. Прости, я не знал тогда, что и сам бы не смог уберечь сына… ведь его брат уже давно мечтал о его смерти и рано или поздно, будь он в стае или нет, всё равно бы сделал то, что сделал. Но тогда я был ослеплен горем и яростью. Мне жаль, что я совершил такой поступок. Прости, если сможешь, Лера. Хотя и сам понимаю, что это было слишком жестоко. И прощать за такое…

Не договорив, он взглянул на меня, и я заметила, как покраснели его глаза, а в них впервые мелькнул его настоящий возраст. Это был взгляд уставшего одинокого старика. И мне стало его жаль. Ведь он был единственным родным мне человеком… точнее, оборотнем.

Я встала и, подойдя ближе, села рядом, а затем и правда положила голову ему на колени, захотелось пожалеть его. Ведь я чувствовала, что он нуждался в этом.

— У меня волосы мокрые, — смущенно прошептала я, закидывая и ноги на диван, чтобы было удобнее лежать.

— Ничего страшного. — Он положил мне руку на голову, и стало так легко и хорошо, что я, забыв обо всех тревогах, и правда начала засыпать.

А дед продолжил говорить:

— Я чувствовал вину перед тобой и тоску по матери, потому и старался уделять много времени. Видимо, слишком много, потому что совершенно позабыл о другой внучке. Наверное, поэтому она и решилась на такой отчаянный поступок. До этого ведь именно она была для меня любимой внучкой. Мне ужасно жаль, что я совершил так много ошибок, из-за чего потерял всех своих детей и лишился почти всех внуков.

— Все совершают ошибки, но не все способны их признавать. Уже то, что ты это делаешь, значит очень многое, — тихо сказала я, вспоминая слова мамы. — И это значит, что не повторишь их. Расскажи мне, а существует еще кто-то кроме оборотней? Вампиры, например? — решила сменить я тему.

— Существуют, — вздохнул мужчина. — Но не киношные трупы с клыками. Они похожи на обычных людей, и в толпе ты их не отличишь. Солнца не боятся. Питаются энергией людей и тоже могут доживать до тысячи лет, а иногда и больше.

— А сверхъестественной скоростью обладают?

— У каждого из них свой собственный дар. У кого-то это физическая сила и скорость, у кого-то телекинез, у кого-то ментальная магия. Так, чтобы всё вместе было, не встречал. Но вампиры очень скрытная раса. Их мало, размножаются они с трудом, стаями, как оборотни, не живут. И чаще всего скрываются среди толпы, изображая из себя обычных