Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй

Жуань Наньчжу постучал в дверь.

Они не особенно надеялись на ответ, но через пару секунд, вопреки ожиданиям, старушка всё-таки открыла им. Женщина щурилась, глядя на троицу мутным взглядом, и что-то непрерывно бормотала.

Линь Цюши не нужно было даже прислушиваться, наверняка она повторяла всё ту же фразу: «Я уже поела».

Ранее они не обратили особого внимания на бормотание старушки, но теперь от этой фразы по какой-то причине волосы вставали дыбом.

Почему она всё время говорит, что уже поела? Кто-то приносил ей еду? Какую именно? Но даже если она уже впала в маразм, почему продолжает инстинктивно отказываться?

— Бабуля, что именно вы не хотите есть? — спросил Линь Цюши.

Стоило ему задать вопрос, как старушка на две секунды замолкла, а затем чуть хриплым голосом ответила:

— Я уже поела, уже поела торт.

Линь Цюши:

— …

— Не буду, не буду, — старушка, бормоча всё невнятнее, собралась закрыть дверь, но Жуань Наньчжу не дал ей этого сделать, потянув дверь на себя, затем мягко спросил:

— Бабуля, вы не пойдёте на празднование Дня рождения в этом году?

Стоило старой женщине услышать слова «празднование Дня рождения», она содрогнулась всем телом, а в мутных глазах проявился странный осмысленный взгляд. Спустя пару мгновений она ответила:

— Не пойду, не пойду.

Жуань Наньчжу:

— Почему же?

Старушка:

— Те, кто пошёл, ещё не вернулись, я должна их дождаться, — проговорив такую длинную фразу, она опять завела шарманку «Не буду есть», и как бы Жуань Наньчжу ни старался, ему не удалось выспросить больше ничего.

Делать нечего, пришлось отпустить дверь и позволить ей закрыться.

Но даже тех нескольких фраз достаточно, чтобы подтвердить их догадки. Дом опустел не без причины, а причина крылась в праздновании Дня рождения тройняшек на четырнадцатом этаже.

— Никто из тех, кто пошёл на День рождения, не выжил? — попытался проанализировать полученные сведения Линь Цюши. — Но ведь этот мир выставил нам условие по прошествии семи дней пойти к ним на День рождения. Что это за парадокс?

Жуань Наньчжу ответил:

— В мире за дверью не может возникнуть смертельного тупика. Вероятно, участие в празднике вовсе не является смертельным условием.

— Но что тогда? — нахмурился Линь Цюши.

— Пока трудно сказать, — ответил Жуань Наньчжу. — Остаётся только ждать.

За разговором они поднялись на четырнадцатый этаж.

Войдя в гостиную, Линь Цюши сразу увидел Тан Яояо — девушка сидела на диване с мрачным лицом, и Чжан Синхо рядом с ней тоже не сиял радостью. Увидев, что они вернулись, двое даже не поприветствовали их, не выказали ни намёка на желание заговорить.

— Что-то случилось? — боязливо спросила Сюй Сяочэн.

— Ничего, — ответила Тан Яояо. — Только что эта девчонка приходила добавить нам неприятностей.

— Неприятностей? — переспросил Жуань Наньчжу. — В каком смысле?

— Вот приспичило ей, чтобы я назвала её имя, — ответила Тан Яояо. — Ну откуда мне, мать её, знать? Они все были похожи как две капли воды, кто разберёт, которая померла? Вот невезуха. — Договорив, она нервно сплюнула и добавила: — Чжан Синхо ещё бормотал что-то вроде «не злись на ребёнка». Это, по-твоему, ребёнок? А по мне, так она — демонёнок.

Чжан Синхо произнёс:

— Не стоит к ней так относиться, хорошо? Если она — демонёнок, думаешь, что такое отношение к ней продлит тебе жизнь? Наоборот — только смерть ускоришь!

— Ещё неизвестно, кто умрёт раньше! — взорвалась Тан Яояо. — Я вообще не понимаю, о чём ты думаешь. Или может, ты бы смог их различить?

Чжан Синхо погрузился в молчание.

Кажется, со вчерашнего дня, когда девушка запачкалась кровью, она пребывала в ужасном настроении. А теперь и подавно.

— Оставшуюся зовут Сяо Ту, в следующий раз не ошибитесь, — спокойным тоном вставил Жуань Наньчжу. — Возможно, это одно из условий смерти. Только что мы нашли мужчину с четвёртого этажа мёртвым.

Линь Цюши рассказал двоим, что они увидели, а также передал сведения, полученные от старушки.

Но кто же знал, что эти новости только сильнее разозлят Тан Яояо? Она вскочила на ноги и принялась ходить кругами по комнате, словно загнанный зверь, при этом выражение её лица сделалось несравнимо свирепым.

— Тан Яояо, что с тобой? — обеспокоенно спросила Сюй Сяочэн, глядя на состояние девушки.

— Отстань от меня, — ответила Тан Яояо. — Я в полном порядке!!! — с такими словами девушка принялась растирать свои плечи.

Погода за окном стояла совсем не холодная, на всех была одежда с коротким рукавом и ещё что-нибудь сверху, как и на Тан Яояо. На футболку она накинула только простую тонкую кофточку, но при этом сейчас её ладони двигались размашисто и грубо.

Никто ничего не говорил ей, все явственно увидели, что девушка совсем не в порядке.

Сюй Сяочэн наконец не выдержала и тихонько спросила:

— Тан Яояо, что с твоими руками…

Та в гневе огрызнулась:

— А что с ними? С ними всё хорошо, я вообще в полном порядке, в полном порядке!!! — с таким криком она закатала рукава и продолжила обтирать руки.

Когда оголились предплечья девушки, Линь Цюши увидел на них следы.

Красные, словно брызги крови. И теперь Тан Яояо неистово тёрла их, будто бы они ужасно чесались.

Затем Линь Цюши заметил, что красные следы постепенно распространяются по коже: с предплечья они переползли выше. Остальные в ужасе округлили глаза, словно увидели что-то непомерно жуткое. Тан Яояо же, будто ничего не ощущая, по-прежнему продолжала обтираться, пока наконец не заметила обращённые к ней взгляды.

— Что вы на меня уставились? — так спросила их Тан Яояо, щёки которой тоже начали покрываться кроваво-красными пятнами.

Заметка от автора:

Жуань Наньчжу: Ну раз уж мы всё равно здесь…

Линь Цюши: