Щит Спэрроу - Девни Перри

— Традиционна означает, что она захочет использовать мое официальное имя?

— Или не отказываться от вашей новой фамилии.

— Ах. — Просьба называть меня Одессой была проявлением неуважения к ее королевской семье, потому что я отказалась от фамилии Вульф.

Что ж, это жестоко. Я не хотела быть Вульф. Это была не моя идея. В Трео, в Туре, пока я не освоюсь на этой земле и с ее жителями, я буду просто Одессой.

— Я Кэтлин. — Женщина протянула руку, и когда наши ладони соприкоснулись, она сжала мою обеими своими. Это было объятие рук.

Я скучала по объятиям. Скучала по тому, как навязывала их Мэй. Скучала по тому, как делилась ими с Арти.

— Одесса, — сказала я.

— Рада познакомиться с тобой. — Ее каштановые глаза сверкали, в них вспыхивали яркие зеленые искорки, когда она улыбалась, направляясь со мной в столовую.

На Кэтлин было простое коричневое платье с длинными рукавами. Оно не сильно отличалось от серых платьев, которые все еще лежали в моих сундуках. Думаю, Бриэль не будет единственной в Трео в платье, поскольку она отказалась примерять брюки.

В столовой было тихо, несколько столиков были заняты, но я не заметила ни Джоселин, ни Бриэль.

— Ты что, не будешь есть? — спросила она, когда я остановилась в дверях.

— Я надеялась присоединиться к камеристкам моей госпожи. Я не видела их с тех пор, как мы приехали. Может быть, я загляну в библиотеку, пока жду.

— Она откроется только через час.

— О. — Черт.

Она сунула руку в один из карманов своего платья, чтобы достать связку ключей.

— К счастью для тебя, я работаю библиотекарем. Идем.

Удачно. Странно, но с тех пор, как я покинула Куэнтис, я считала, что мне повезло больше, чем за последние годы. Если Дарья, Богиня Удачи, была на моей стороне, я не собиралась подвергать сомнению ее причины.

Мне понадобится ее удача, чтобы найти дорогу в Аллесарию до наступления зимы. Мы покинули Куэнтис почти три недели назад. Время было не на моей стороне. Я ускорила шаг.

— Эта библиотека была моим страстным проектом, — сказала Кэтлин, подстраиваясь под мой шаг. — Она небольшая, но она обретает форму. С каждым моим визитом в Трео я пополняю коллекцию новыми книгами.

Значит, она тоже здесь не жила? Кто-нибудь называл Трео домом? Может быть, Мэриэтт, смотрительница. Или она тоже была кочевницей, просто проезжающей мимо?

Дверь в библиотеку находилась в конце здания лазарета. Даже снаружи было очевидно, что помещение размером с чулан. Возможно, им оно и было, пока Кэтлин не присвоила его себе.

— Откуда ты родом? — спросила я, когда она вставила свой ключ в медную дверную ручку библиотеки и щелкнула замком.

— Я жила во всей Туре. Родилась в Перрисе. И провела много лет в Аллесарии. — Она толкнула дверь, пропуская меня внутрь.

Мое сердце подпрыгнуло так сильно, что я споткнулась о порог.

Она была единственным человеком, не считая Стража, кто произнес название столицы с тех пор, как я приехала в Туру. Может быть, она ответит на некоторые из моих вопросов.

— О боже. — Кэтлин схватила меня за руку, когда я удержала равновесие. — С тобой все в порядке?

— Все отлично. Извини. Я, э-э… неуклюжая.

Ее смех был нежным. Легким.

— У меня у самой, как известно, бывали такие моменты.

Запахи книг, пергамента и гвоздики наполнили мой нос. Я закрыла глаза, вдыхая аромат. В комнате было темно и не было окон. За первым рядом полок я ничего не могла разглядеть в полумраке.

Кэтлин прошла в центр комнаты и потянула за длинный шнур, свисающий с потолка.

Такой же шнур был в домике на дереве, он висел рядом с дверью.

Когда она потянула, несколько занавесок на потолке открылись сами по себе, съехав в сторону и обнажив ряд окон в потолке.

Библиотека была залита дневным светом, заполняющим каждый уголок здания.

Световые люки. Ткани на потолке закрывали световые люки. В тот момент, когда я вернусь в свой домик на дереве, я открою свои.

— Вот. — Кэтлин убрала шнур в сторону и хлопнула в ладоши. — Что я могу помочь тебе найти?

Подробную карту Аллесарии?

— Да что угодно. Я люблю читать.

— Я тоже. — Она провела пальцами по корешкам ближайшей полки, и ее взгляд смягчился, когда она прикоснулась к книгам. — Не стесняйся просматривать, хотя я предупреждаю тебя, что эта коллекция создана специально для детей. В Трео нет школы, поэтому я постаралась привезти все, что может помочь родителям, которые учат своих малышей читать и писать.

— Здесь нет школы. — Это было скорее утверждение, чем вопрос, когда я вспоминала вчерашнюю экскурсию с Тиллией. Она не упоминала школу.

— Нет. — Кэтлин вздохнула. — Не здесь. Не на диких землях.

Дикие земли.

Дикие земли Туры.

— Здесь слишком сложно найти хороших учителей для жизни, — сказала она. — Это понятно. Вероятность того, что их съест бэарвульф, будет меньше, если они останутся за крепостными или городскими стенами. Но тогда на плечи родителей ложится бремя обучения. Отсюда и моя коллекция. Но у меня есть пара рядов для взрослых в конце зала.

— Ты не возражаешь, если я загляну?

— Вовсе нет. Дерзай.

— Спасибо. — Я улыбнулась и прошаркала мимо книжного шкафа. Между ним и стеной было ровно столько места, чтобы дотянуться до второго и третьего рядов. Кэтлин постаралась запихнуть все как можно плотнее.

Я прошла мимо рядов с книгами для детей, некоторые из которых я знала по своим занятиям с репетитором. Когда я добралась до книжных рядов для взрослых, мне пришлось встать на цыпочки, чтобы прочитать названия на самой верхней полке.

Большинство книг были связаны с Турой, и, поскольку мне показалось, что с этого стоит начать, я взяла несколько и, пока читала название на корешках, собрала их в стопку. Я добавила «Книгу о монстрах» с цветными набросками. И когда я заметила дюжину книг о других королевствах, моя рука сразу потянулась к книге с тиснением «Куэнтис» на кожаном переплете.

Я положила ее на стопку и открыла обложку, читая предисловие.

Предатели. Лжецы. Воры. Я провел год в Куэнтисе и могу с абсолютной уверенностью сказать, что это подлый народ.

Я хмыкнула, перепроверяя, точно ли я взяла книгу о своем королевстве. Это вступление больше походило на книгу о Генезисе или Озарте.

«ГОД В КУЭНТИСЕ» СЭМЮЭЛ ХЭЙ.

Ее следовало вернуть на полку. Мне следовало немедленно отвергнуть мнение этого автора о моем королевстве, моем доме, моем народе. Но,