Цветок Запада - Джо Беверли

— Мне кажется, что монахи не разрешили бы мне это. А почему.., ты решил, что я сбежала?

— Да, я так подумал. Ты передала, что остаешься здесь, и не сообщила, когда вернешься.

— Прости меня, я не хотела тебя обидеть. Имоджин это поразило, ведь Тайрон решил, что его жена убежала от него в монастырь.

— Я должна вернуться к Берту, — сказала девушка.

Когда она повернулась, чтобы уйти, Фицроджер схватил ее за руку.

— Я не позволю тебе уйти к Ланкастеру, Имоджин!

— Король обещал графу другую богатую невесту, — сказала она. — Он может сделать то же самое и для тебя.

— Но у той невесты владения могут оказаться не столь близко от моих.

Несколько дней назад они договорились об условиях их союза: его вклад — доблесть и сила, а ее — богатство!

Имоджин продолжила разговор шепотом.

— Он может найти тебе невесту, которая не станет сражаться с тобой в постели.

— Я не боюсь этого, меня пугает только возможность потерять тебя.

Имоджин закрыла глаза, ей стало стыдно.

— Прости меня.

Фицроджер приподнял ее за подбородок и заглянул в глаза.

— Посмотри на меня. Мне придется взять свои слова обратно, Имоджин. Я буду ждать, но если будет необходимо, то мне придется связать и изнасиловать тебя, чтобы не позволить Ланкастеру оспорить наш брак.

Имоджин похолодела от ужаса, но ответила ему:

— Надеюсь, что ты так сделаешь… Я.., я… Она никак не могла собраться с духом и рассказать мужу о своем грехе. Он ощутил ее волнение и сжал ей плечи.

— Ты что?..

— Я поклялась графу на кресте, что мы были.., что мы настоящие муж и жена.

— Тихо, — сказал Тайрон и зажал ей рот. В полумраке было только видно, как блестели его глаза. Имоджин поняла, что он улыбнулся.

— Ты действительно это сделала? Имоджин вырвалась из его рук.

— Нечему радоваться, Фицроджер! Я поняла, что нельзя доверять Ланкастеру, и я не собираюсь отдавать Каррисфорд в руки предателя. Если хочешь, можешь сказать королю, что граф предпочитает союз с герцогом Робертом.

— Мы это знаем.

Тайрон поцеловал ее в губы и сказал:

— Мы уезжаем.

— Нет! Я не поеду! Я обещала Берту…

— Имоджин, подумай сама. Он без сознания, а король желает, чтобы ты скорее вернулась в Каррисфорд. Он ждет, когда подадут ужин, и его надо развлекать.

— Тогда ты езжай и развлекай его, а я обещала Берту вернуться.

Фицроджер закинул Имоджин на плечо и понес на двор. Когда он донес ее до конюшни, то опустил на землю и посмотрел ей в глаза.

— Теперь ты поняла, что я прав? Имоджин сердито оправила юбки.

— Ты прав, если судить по-твоему. Я же не могу противостоять вам, милорд, вы все равно сильнее меня. Но я собираюсь при первой же возможности вернуться к Берту. И я пойду к нему прямо сейчас.

Она было повернулась и направилась в лазарет, но Фицроджер снова остановил ее.

— Если я отвезу тебя в Каррисфорд силой, ты снова попытаешься вернуться сюда?

— Да, — гордо ответила Имоджин. Она подумала, что у нее сейчас от волнения разорвется сердце, но она не могла отказаться от борьбы.

— Я сейчас свяжу тебя, — у Фицроджера от гнева напряглись мышцы на лице. — Через несколько часов он все равно умрет.

— Тем более.

— Имоджин, если ты не хочешь ехать по добру, мне придется увезти тебя силой.

— Милорд, я уже много раз уступала вам, пора это понять.

В лазарете из-за нее умирал человек. Как ей казалось, ему становилось легче в ее присутствии, поэтому она не могла уступить мужу.

— Я возвращаюсь, — сказала она Тайрону. — Если вы пожелаете меня остановить, вам придется применить силу, и если он умрет без меня, я не смогу вам этого простить.

— Ты его не знаешь, он совсем не святоша — слишком любил выпить и был страшным лентяем.

Имоджин посмотрела Тайрону прямо в глаза.

— Какое это теперь имеет значение?

— Хорошо, оставайся. Я постараюсь побыстрее вернуться. Ты обязательно дождись меня. Я не хочу, чтобы ты возвращалась в замок ночью, да еще при такой жалкой охране. Я оставлю тут всех своих воинов, ведь монастырь так легко захватить.

Имоджин даже не представляла себе, что надо чего-то опасаться, находясь так близко от Каррисфорда.

— Но кто?..

— Ворбрик, — резко сказал Фицроджер, повернулся и ушел.

Имоджин понимала, что имела полное право остаться у постели Берта, но теперь она сомневалась, что это мудрое решение. До сих пор девушке даже не приходило в голову, что ей снова грозит опасность. Она оставалась все тем же сокровищем, которое могли похитить. Кроме того, она сохранила девственность, и если об этом кто-либо узнает, то это могло обернуться страшной бедой.

Как только брак станет реальным, никто не сможет разлучить их с Тайроном, и никакое обследование, никакие клятвы, даже самые ужасные, не смогут ничего изменить. Правда, ей придется покаяться в лжесвидетельствовании, но она сможет получить отпущение грехов. Теперь Имоджин захотелось, чтобы муж связал и изнасиловал ее.

* * *

Брат Майлс был у постели Берта. Он удивился, когда увидел Имоджин. Умирающий метался в бреду.

— Леди Имоджин, мне показалось, что он звал вас.

Имоджин села и снова взяла в свою руку ладонь Берта, другую руку она положила ему на лоб.

— Я вернулась, — сказала она раненому. — Это приходил лорд Фицроджер. Ему пришлось вернуться к королю в Каррисфорд. Мне кажется, что из-за него мы испытали столько волнений! Я говорила тебе, что он притащил в замок распутных девок? Я не позволю, чтобы у меня в замке творилось подобное!..

Берт немного успокоился. Имоджин показалось, что она увидела усмешку на губах брата Майлса. Он повернулся и пошел осматривать других раненых.

Через некоторое время Берту стало хуже, у него распухло лицо. Имоджин ничем не могла ему помочь. Он продолжал сжимать ее руку. Если бы у него было больше сил, он сломал бы ей пальцы.

Имоджин умолкла. Она опустилась на колени возле постели и стала молиться. Девушка поняла, что плачет, когда на распухшей руке умирающего увидела свои слезы. Она пыталась унять их, но не смогла. Потом вошел брат Майлс и начал читать молитвы:

— Хотя я иду под сенью смерти, мне не страшно, потому что ты, Господь, рядом со мной.

Конец наступил внезапно. Берт с трудом вздохнул и отошел в мир иной.