Мой грешный пират - Рона Шерон

– Политика – это искусство возможного.

Настроение короля испортилось. Не каждый день ноль и выскочка вроде Чезаре Сфорца осмеливался состязаться в остроумии с «королем-солнце». Он откинулся в кресле.

– Как это любезно с твоей стороны предстать передо мной, Чезаре. Мне не терпится отделить твою глупую голову от твоего бесполезного тела.

Чезаре побледнел.

– Должно быть, это какая-то ошибка, ваше величество. Я сдержал свое обещание… Стефано… мертв.

– Стефано жив! – гаркнул король. – Ты должен мне корабль, пятьдесят тысяч луидоров и свою голову на блюде!

У Чезаре затрясся подбородок. Должно быть, это какая-то ошибка. Стефано не мог выжить после Остии. Когда Чезаре в последний раз навестил его в каземате, тот еле дышал.

– Не могу утверждать, что держу руку на пульсе всех интриг, как его королевское величество, но в данном случае могу со всей ответственностью утверждать, что Стефано пошел на корм рыбам Тибра.

– Ничего подобного! – Король грохнул кулаком по столу. – Стефано поправляет здоровье в Тоскане!

– Невозможно! – воскликнул Чезаре. – Он мертв!

– Бикара! – крикнул Людовик своему секретарю. – Поди сюда, бестолковый писака! Где коммюнике, которое я получил два дня назад из Милана? Принеси его мне! – приказал он, но Бикара уже положил перед ним бумагу. – Ага, вот она! – Король протянул бумагу Чезаре. – Надеюсь, ты умеешь читать? Узнаешь витиеватую подпись внизу?

У Чезаре задрожали руки при виде зловещего документа. Знак Рака, вытисненный на почтовой бумаге, был хорошо ему знаком. Он принадлежал графу Таллию Канкри, по прозвищу Восьминогий Краб, миланскому адвокату и председателю совета. «Сбор в Лукке, в следующем месяце, Тайный совет в полном составе, созываемый не кем иным, как…» Чезаре в сердцах чертыхнулся. Часть, где описывалось прекрасное состояние здоровья проживающего в Тоскане его якобы покойного кузена, была не самой худшей. Мало того, что ублюдок воскрес из мертвых, он еще собирался вернуть себе Милан!

– Таллий Канкри лжет! – пискнул Чезаре. – Стефано мертв!

– У Таллия Канкри нет оснований для лжи, – возразил Людовик, наградив Чезаре презрительным взглядом.

– Есть. Я наследник! Он хочет видеть меня мертвым, чтобы самому сохранить то, что украл с дружками у Стефано, и удержать власть!

– Ты не наследник и не принц, но почти покойник!

Глухой ко всему от свалившегося на него несчастья, Чезаре выругался.

– Это все эта английская дрянь! Сивая стерва, которую он взял в жены! Это она спасла его!

– Какая такая английская жена? – удивился Людовик. – Стефано женился на англичанке?

Мозг Чезаре снова заработал.

– Стефано женился на хорошенькой белокурой внучке герцога Делламора, личного советника королевы Анны и посланника по особым поручениям.

Наступила тишина.

– Не могу поверить! – Людовик вскочил с трона. – Стефано никогда бы не женился на англичанке после того, как высокомерно отверг всех французских принцесс, которых я предлагал ему! Ему бы только гоняться за женщинами сомнительного поведения!

– Уже нет, ваше величество, – возразил Чезаре. – Он в постели с альянсом.

Глаза Людовика выкатились из орбит.

– Спеться с английскими псами? С этим двуличным предателем Савойским?

– Похоже, что так, ваше величество, – вкрадчиво заметил Чезаре.

– Вот дьявол! – Людовик мерил шагами комнату, кипя от возмущения. – Отказываюсь верить! После своего шестнадцатилетия Стефано был вечной занозой, но он не Иуда.

– Но его величество приказали его казнить. Может, он обиделся?

– Он разозлил меня! – проворчал король. – Менее чем за год вывел из строя десять моих фрегатов, самых лучших! Видит Бог, это было уже чересчур! Один – время от времени еще куда ни шло, но десять за одиннадцать месяцев!..

– Понимаю, – вздохнул Чезаре, – что заставило его величество подписать ему смертный приговор.

– Смертный приговор! Смертный приговор! Если бы я хотел его смерти, то послал бы кого-нибудь более искушенного, чем ты! Кого-нибудь, кто мог довести дело до конца! – На лице короля отразилось горькое разочарование. – Я обожал этого шалопая! Как любой король обожает пройдоху, который обыгрывает его за карточным столом, открыто флиртует с его фаворитками и обращается с ним без должного почтения. И каждый раз, когда я предлагал ему герцогство во Франции, должность адмирала на флоте, чего только не предлагал, он лишь смеялся мне в лицо, заявляя, что у него хватает ума не соваться в политику. И что не потерпит над собой суверена. Теперь я вижу, что он коварный приспешник Савойского. Эгоистичные, неблагодарные, ничтожные шакалы, вот кто они оба! Как хорошо подойдут им роли Брута и Марка Антония.

– Я могу закончить свою миссию, ваше величество? – сказал Чезаре. – Могу сделать так, чтобы Стефано не вышел из зала, где будет проходить совет.

– Я и не подозревал, что у тебя тайная связь с Тайным советом Милана.

– У меня хорошие связи с отдельными его партиями, ваше величество, с теми, кому есть что терять, если Стефано будет объявлен герцогом.

– И ты можешь заручиться их готовностью сотрудничать?

– Уже сам факт получения этого послания свидетельствует, что по крайней мере один человек в совете не желает менять одного хозяина на другого. А полное сотрудничество совета я могу гарантировать, если его величество поручит мне возглавить великую армию его величества в Милане. Армия Орсини, находящаяся сейчас под моим командованием, уже покинула пределы Рима и встала лагерем у южных границ Эмилии. Они ждут моего приказа, сир.

– Я всегда знал, что ты подлец, Чезаре, способный предать свою страну, семью, честь, но никогда не думал, что ты повернешь брата против брата, – сказал Людовик с отвращением. – К моему величайшему сожалению, настали времена, когда я вынужден нанять такого подлеца, как ты, чтобы обеспечить стабильность на моих территориях в Северной Италии. – Он уставился на Чезаре, надеясь увидеть на его лице ухмылку или услышать неумный ответ, который удержал бы его от принятия неприятного решения. Но чуда не случилось. – Убери принца Миланского, – объявил он, – и я поставлю тебя на его место.

Чезаре просиял.

– Благодарю вас, ваше величество. На этот раз я вас не подведу.

Он начал усердно раскланиваться, буквально подметая галстуком мраморный пол королевского кабинета. Людовик презрительно скривил губы.

– Позаботься, чтобы Стефано не уничтожил тебя, Чезаре. Возможно, совету он придется больше по душе, чем ты, и они провозгласят его герцогом. В конце концов, это пустая формальность. Эта привилегия и без того принадлежит ему.

Чезаре улыбнулся.